Путь в пустоте - Данила Скит

— Чем так воняет? — сморщился он, пряча нос в согнутый локоть.

— Трупы. Все, кто пытался проснуться до нас умерли, не пройдя последний этап реанимации. Когда стало теплее, некоторые из них растаяли и начали разлагаться. Наверное, они как раз и пахнут. Капсулы открыты.

— Так закрой.

— Не могу. Все-таки хочется их похоронить, когда мы отсюда выберемся. Мне кажется, они этого заслуживают.

— Чего?

— Если я закрою капсулы, температура внутри повысится, создастся парниковый эффект и разложение пойдет гораздо быстрее. Потом их не открыть без защитных масок, да и хоронить будет нечего.

— Ну и плевать. Хочешь, чтобы мы сдохли от нестерпимой вони?

— Прости, Марк, я не могу.

— Артифа, ты жива там? — Марк размял плечо, не без удовольствия примериваясь к оживающим мышцам.

— С кем я говорю? — спросила Артифа. — Назовите свои ключевые данные.

— У нее иногда бывают сбои, — пояснила Медея, — Может не сразу тебя распознать.

— Отлично, — обрадовался Марк. — То, что она еще работает спустя четыреста лет — уже большая удача. Артифа, проанализируй генетический маркер с последнего прерывания гибернации. У тебя сохранилось функция биометрического распознавания личности?

— Да. Желаете ею воспользоваться?

— Установи мою личность и…

— Подтвердите доступ к функционалу бортовой нейростети. Нехватка командных полномочий.

— Да чтоб тебя, — Марк посмотрел на Медею, спрятавшую взгляд. — Какой-то замкнутый круг. Кто сейчас главный? Ты? Прикажи ей.

— Артифа, сделай, что он просит, — приказала Медея.

— Да, капитан, — подчинилась Артифа. Пауза, — Поздравляю с удачным завершением сессии, пользователь. Генетический профиль загружен, биометрические данные сканированы.

— Передача командных полномочий, — отдал приказ Марк. — Надеюсь, с последней проверки меня не задвинули на последние ряды.

— Коршунов Марк Андреевич, номер пять в списке передачи командных полномочий. Понижение приоритета статуса Медеи Индеверин. Пожалуйста, подождите… передача произведена. Добро пожаловать на борт, капитан.

Марк оскалился на Медею:

— А теперь иди и закрой чертовы капсулы. Это приказ.

Казалось бы, прошло четыреста лет с тех пор, как иерархия для них что-то значила, и теперь нет ничего ценней, чем человечность, но Медея видела перед собой все того же Марка. Человечность для него всегда была клеймом слабости. Может, ей всего лишь казалось так, но тогда Марк очень хорошо притворялся. На его должности без масок не обойтись. Да и люди не меняются, хотя отец всегда говорил, что у каждого есть шанс. На своем веку Медея ни разу не замечала, чтобы на ее глазах кто-то сильно изменился, или хотя бы стал добрее. Разве что доктор Грегори ужасно похудел, но разве у него был выбор?

Зря она разбудила Марка. Теперь многое из того, что правильно, будет сделано ровно наоборот. Многих они бросят в аварийных отсеках, иные будут болтаться по космосу, вместо того чтобы долететь до Марса и обрести покой в настоящей могиле. Он ни за что не оставит кости на корабле. Может, случится еще что-нибудь печальное. Марк начнет раздавать только эффективные приказы, а на остальное ему будет плевать. Хотя если она разбудила бы Ашеру, было бы гораздо хуже.

— Артифа, фильтрация воздуха. Смердит здесь просто жуть, — отдал приказ Марк и принялся вставать. У него получалось лучше, чем он рассчитывал. — Скажи, что у нас имеется, и на что стоит обратить внимание. Медея, сейчас я тебя спрашиваю.

Она все еще отводила взгляд. Не может оправиться после катастрофы? У девчонки всегда были слабые нервишки.

— Что случилось? — раздраженно спросил Марк.

— Прости, просто я ожидала другой реакции.

— Слёз?

— Хоть бы и так.

— Нужно быть честным с самим собой. В остальном смысла нет.

— Ты о чем?

— Прошло четыреста лет. Черт с ними. Что тогда, что сейчас, все одно. Вечный забег наперегонки со смертью и нескончаемый голод. Меняются только декорации и число действующих лиц. На твоем месте я бы порадовался, что ты оказалась в их числе.

— Просто ты никогда не терял никого из близких.

— Ты серьезно, девочка?

— Прости, — Медея поняла, какую глупость сморозила.

— Я потерял близких задолго до того, как зашел на этот корабль, и, знаешь, как-то успел отскорбеть. Одна сотня лет, или другая, их все равно не вернуть. Давай я пожалею тебя позже, когда мы решим главные вопросы. Где этот чертов лом?

Самое ценное, что у него сейчас есть — собственная жизнь, поняла Медея. Ей не стоит искать в нем утешения, но это лучше, чем ничего. Марк хотя бы дышит. Живой человек рядом само по себе невиданная удача, даром что у него в груди сердце холоднее льда. Когда они достигнут Марса, разойдутся в разные стороны и никогда больше не вспомнят друг о друге.

— Ты голый, на, возьми, — девушка протянула Марку полотенце, вынув его из стерильной вакуумной упаковки. Когда он вставал, его причиндалы уныло свалились с бедра. Медея скромно отвела взгляд. — Только осторожней, пожалуйста, ткань довольно хрупкая.

Гигантских размеров помещение выглядело вполне сносно, учитывая, сколько минуло времени. Разве что стены после оттаивания потекли черными разводами, и сейчас выглядели, словно к горлу тянутся истлевшие пальцы. Несколько столов лежали ножками вверх, судя по отметинам на крышках модулей, они неоднократно сталкивать друг с другом во время отсутствия гравитации. Некоторые бутыли зафиксированы на месте, это их и спасло — они были наполнены перегноем, питающей субстанцией и водой. Медея сказала, что фильтрационная система воды вышла из строя, но она прогнала жидкость через обычный угольный фильтр. Крупные шкафы с инвентарем были закрыты.

— Есть шанс поесть что-нибудь более сносное, чем столетние запасы с кухни? — спросил Марк, обвязывая вокруг бедер длинное полотенце. — Если повезет, найдем капсулы анти-голод, но я бы не стал сильно обольщаться. Говорят, на Земле пробовали замороженного мамонта, когда отрыли его из вечной мерзлоты. Это правда?

— Я не знаю.

— Не важно, до мамонта нам все равно не добраться. Сейчас я согласен даже на четырехсотлетние улитки. Неужели ты совсем не хочешь есть?

— Хочу. Я проверила семена, есть шанс, что некоторые из них прорастут. Генно-модифицированные сорта предназначены для длительного пребывания в космосе. Хранитель семян стоит первым в приоритете на затрату энергии, но нам не узнать, как система справилась с хранением, пока я их не посажу. Удобрений много.

— Разве они не испортились? — с удивлением спросил Марк. — Удобрения, с грунтом все понятно.

— Я использую трупы для перегноя, мы же все равно не будем их хоронить.

Марк посмотрел на нее настороженно.

— Это безопасно?

— Я проведу биологический анализ и подготовлю субстрат.

— Не уверен, что готов заниматься поеданием трупов, — поморщился Марк. — Никакой голод меня не заставит.

— На них будут расти грибы и