Материя. Том 2 - Константин Сергеевич Соловьев

Доверенное лицо.

Лэйд мысленно и не без удовольствия повторил это выражение.

У него прежде никогда не было доверенных лиц. Он не доверял людям – болванчикам Левиафана, от которых можно ожидать невесть что. Он не доверял собратьям-охотникам – иногда казалось, что каждый из них обладает собственной формой сумасшествия. Он не доверял даже себе – этот остров без труда сооружал вещи, способные обмануть не только самые чуткие приборы, но и человеческий глаз. Он не доверял никому и ничему – запретил себе это.

Доверенное лицо?.. Черт, звучало немного напыщенно, даже помпезно, кроме того, отдавало канцеляритом, но по сути – совершенно верное определение. Он сам не заметил, как Доппельгангер стал его доверенным лицом.

Двойник оказался не только незаменимым помощником и толковым дешифровщиком, но и отличным собеседником – чутким, внимательным, сведущим во всех вопросах и при том ненавязчивым. Закончив обслуживать покупателей и выпроводив Сэнди из лавки, Лэйд наливал себе стакан вина и устраивался в кресле, а Доппельгангер – напротив него. Это была простая и приятная беседа, не похожая на праздные посиделки в «Глупой утке», не оставляющие после себя ничего, кроме изжоги. Они вспоминали истории, известные только им двоим, смакуя детали и заново переживая волнующие моменты, – два почтенных джентльмена, которым не было нужды перебивать друг друга.

Первая в жизни Лэйда Лайвстоуна охота на демонический поезд – и удивительное открытие, которое пришло за ним… Знакомство с Паточной Леди и ее причудливой свитой… Жуткие визиты полковника Уизерса-Уинтерблоссома, от которых он тщетно пытался уклониться и которые подарили ему первые седые волосы… Стоило Лэйду упомянуть какой-нибудь забавный случай, как Доппельгангер мгновенно припоминал забавные подробности, которые стерлись из его собственной памяти, или комментировал его в своей обычной манере, сдержанной и уважительной. Можно ли желать лучшего собеседника?

– Есть успехи с шифром?

– Весьма незначительные, – отозвался Доппельгангер. – Кто бы его ни составлял, он отличался воображением изувера. Стоит мне увериться в том, что я отыскал тропу-алгоритм, ведущую в его недра, как все мои труды рассыпаются прахом.

Лэйд рассеянно подошел к письменному столу и положил руку на «Большую поваренную книгу Хиггса». На протяжении многих лет она не раз утешала его в самых сложных жизненных ситуациях, но сейчас была бессильна даже она.

– «Если вы настолько уверились в собственных силах, что подступились к приготовлению галантина, убедитесь, что запаслись именно испанскими оливками, а не греческими, – многие джентльмены совершают эту ошибку. Кроме того, заклинаю, не доверяйте своему чувству времени, даже если привыкли безоглядно полагаться на него!..» – прочел он с кривой усмешкой. – Ну, у тебя, по крайней мере, есть хоть какие-то успехи. Самое большее, что удавалось выжать мне, – слово из двадцати семи букв, по звучанию напоминающее блюющую собаку. Давай-ка я налью еще вина, мы вместе сядем и хорошенько разберемся. Каков бы ни был код, два таких мудреца, как мы с тобой, способны с ним справиться, а?

Доппельгангер покачал головой.

– Боюсь, с этим придется повременить.

– Отчего это?

Двойник указал пальцем в сторону окна, и Лэйд машинально отметил, что он выглядит куда лучше, чем прежде. Плоть оставалась призрачной, но уже не выглядела зыбким дымком, который в силах развеять обычный сквозняк.

– Джентльмен на пороге.

Лэйд покосился в сторону окна и скривился.

– Это не джентльмен. Это какой-то грязный бродяга. Верно, забрел из Клифа. Я дам ему вчерашний пудинг и отправлю восвояси, только и всего.

– И сильно продешевите, старина. Вам пришлось заплатить куда больше, чтобы найти его.

– Ты хочешь сказать…

– Да. Я думаю, это мистер Уэлч собственной персоной.

* * *

Мистер Уэлч выглядел скверно – так, словно пересек Тихий океан на плоту, отбиваясь от акул, а потом еще три дня брел по пустыне без глотка воды. Он был настолько бледен и немощен, что лишь немногим отличался от Доппельгангера, но призраком все-таки не был – это сделалось очевидным после того, как он отворил дверь лавки и услужливый колокольчик над дверью издал короткий звон.

Это был немолодой джентльмен в облачении, которое, следуя негласным правилам Миддлдэка, еще рано было называть лохмотьями, но которое уже безнадежно вышло из той поры, когда его можно было бы именовать костюмом. Скорее оно подошло бы бродячему китобою или князю Тринидада Джеймсу Первому. Впрочем, от Лэйда не укрылось то, что это одеяние сидит на госте весьма ладно и по фигуре, – верный признак того, что было сшито или подогнано хорошим портным. Вероятно, оно помнило и более хорошие времена…

– Кто из вас Лайвстоун? – неприязненным тоном вопросил гость, глядя исподлобья.

– Простите?

– Я… Дьявол, – он потер глаза грязной рукой, – должно быть, у меня что-то со зрением. На миг мне показалось, что в кабинете двое.

– Здесь только я. – Лэйд украдкой подмигнул Доппельгангеру. – Что до меня, я определенно мистер Лайвстоун. А вы?

– Уэлч. Энри Уэлч. Это вы натравили на меня того маленького черного дьявола?

– Вы про Тама? На редкость исполнительный молодой человек, не так ли? Это наш новый начальник курьерской службы при «Бакалейных товарах Лайвстоуна и Торпа». Я думаю, у него большое будущее на этом поприще.

– Только в том случае, если он не угодит на виселицу, – мрачно обронил Уэлч. – Этот тип прицепился ко мне со своим письмом и шел следом восемь кварталов, не слушая никаких возражений. Я отказывался под всеми мыслимыми предлогами, но он не отставал. Я попытался скрыться бегством, но он догнал меня. Я пообещал проломить ему голову камнем, если он не отвяжется, но, кажется, это тоже не произвело на него особенного впечатления. Кончилось тем, что он всучил мне вашу чертову бумажку.

– И судя по тому, что вы здесь, – нашли ее достаточно интересной, а?

Уэлч устало взъерошил волосы. Он выглядел человеком на последней грани истощения – сам царь Соломон, распахнув сокровищницы, едва ли смог бы вызвать его интерес.

– Ровно ничего в ней не понял. Кто вы такой и что вам от меня надо?

Доппельгангер встал со своего места, подошел к гостю и несколько раз обошел его, пристально разглядывая в упор.

– У вас острый глаз, как у тигра, старина! – возвестил он. – Костюм покрыт таким слоем грязи, что безусловно представляет собой интерес для археологии, однако сшит на заказ и не больше года назад. Под ногтями грязь, однако сами пальцы в отличном состоянии, ни мозолей, ни увечий. Степень истощения я бы оценил как умеренную. Этот человек, по всей видимости, пребывает в крайне плачевном состоянии, но я поставил бы шиллинг на то, что еще месяц назад он вел совсем другую жизнь.

Лэйд кивнул. Он сам пришел к такому же выводу.

– Меня зовут Лэйд Лайвстоун. Я помогаю людям решать их проблемы.

– Не думаю, что мои проблемы можно решить при помощи фунта чая.

– Я держу бакалейную лавку, но проблемы, которые я помогаю решать, совсем другого рода. – Лэйд поднялся из-за стола, чтобы выглядеть внушительнее. – Думаю, вы понимаете, что я имею в виду. Я говорю о проблемах, с которыми вы не отправитесь в полицию и которые не изложите приятелю за рюмкой