Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

– А что же сталось с группой? – тихо спросил Даниел. Но почему-то он уже знал ответ.

– Группа бесстрашного Корнелия все-таки достигла цели. Здесь, в Хвойной долине, нашли место их стоянки. Последней. Но то, что в действительности произошло с теми храбрыми людьми, никто не знает. Много гипотез об их судьбе появилось с тех пор, одна чуднее другой. Но, поверьте мне, мои дорогие, факты, с которыми столкнулись спасатели, были действительно загадочными, если не сказать жутковатыми. Сначала обнаружили палатку, которая практически не повредилась за все время. Она стояла, чуть накренившись набок, будто приглашая войти. Что чувствовали спасатели, найдя этот последний приют бедных путешественников? Страх или, быть может, почтение перед усопшими? Но тогда никто ничего не знал о судьбе путешественников, возможно, они и не погибли, а просто в спешке оставили палатку вместе с едой, одеждой и лекарствами? Так или иначе, сразу бросался в глаза один странный факт. Палатка была аккуратно разрезана ножом изнутри. Со стороны, прямо противоположной от входа. Будто бы люди, находившиеся в ней, позабыли, что можно воспользоваться выходом.

Внутри никого не было, только одежда, пачки сушеных короедов и… О чудо! Третья часть дневника! Спасатели не могли поверить такой удаче. Но когда они прочли все от первой до последней строчки, то поняли, что находка только усложняет задачу. Не было уже того оптимистичного Корнелия, который начинал писать этот дневник. С пожелтевших страниц говорил безумец. Много было странного в тех записях сумасшедшего, много подозрений и самокопаний. Я не упомнил всего, но последняя строка, написанная моим дедом, поразила меня особенно. «Не думал я, что мне придется столько времени проводить с Каритой Мэнсис… С каждым прошедшим днем я ненавижу ее все больше. О, как она отвратительна! Никогда бы не подумал, что за столь миловидной внешностью способно скрываться чудовище. Впрочем, внешность и не важна, но душа… Ее душа одержима болезнью! Может, было правильнее не выходить? Я все же вышел… Но право же, как такое возможно? О рок! Занимательно, но я ненавижу ее еще больше, чем прежде… Завтра опять иду к воде!» – вот дословно последние слова великого Корнелия, путешественника и исследователя. Что это такое? Болезнь? Галлюцинации? Всегда такой методичный и последовательный в своих описаниях подробностей путешествия, мой дед вдруг пишет о какой-то неизвестной женщине! К слову, имя которой так и не нашли ни в картотеке Беру, ни в картотеке Тимпатру, ни тем паче Полидексы… Спасатели просмотрели тут все, каждый единометр. Конечно же, никаких следов Кариты Мэнсис. А потом нашли Ракиса Лота – или, вернее, то, что от него осталось. Он неестественно лежал на берегу Мраморного моря. Кожи на лице уже почти не было, остался один скелет, обтянутый полусгнившей одеждой. Лучшие врачи Тимпатру так и не смогли установить причину его смерти.

Армут умолк, и ребята испуганно затихли. Хоть никто и не желал того, но всем, абсолютно всем без исключения сейчас представлялся этот человек, сидящий на берегу моря, уже полуразложившийся и от того еще более страшный.

– Третьего члена экспедиции, Нахима Шота, так и не нашли, он сгинул бесследно. Его также признали погибшим, но родственники и друзья Шота до нелепости неистово верят, что он спасся. Что ж… Это их право. А что до Корнелия… Самое странное во всем этом… Он остался жив.

– Но что же он тогда рассказал? – в нетерпении спросил Тин.

Армут пожал плечами.

– Ничего. Совсем ничего. И поверьте мне, смерть в его случае была бы лучшим избавлением. Корнелий де Вайт позабыл ровным счетом все – вплоть до того, как держать вилку в руке. У него начисто стерлась память. Я видел его после всего… Жутковатая картина. Ползал, как младенец, не в силах вспомнить, как надо ходить. Как сейчас вижу перед собой его моложавое лицо, волосы, почти не тронутые сединой, и это выражение… Такой детской беспомощности, которая если еще и простительна детям в силу их возраста, но, безусловно, непозволительна лицам уже пожилым. Удивительно, как ему удалось выжить здесь. Ведь прошло столько времени до того, как спасатели прибыли в Хвойную долину… По этому поводу тоже очень много гипотез и предположений. Но моей семье, к сожалению, они уже не принесут пользы.

Армут откашлялся и замолчал, глядя на огонь. В его суровых глазах отражались языки пламени.

Ребята переглянулись. Наконец Антуан решился спросить:

– Но как же… Я хочу сказать, если тут так опасно… Почему сюда возят студентов?

Даг де Вайт помолчал, а потом вдруг хитро улыбнулся.

– Может, чтобы закалить ваш дух?

– А может, чтобы заморочить вам голову, – язвительно добавил профессор Каучук. Оказывается, преподаватель по перемещениям тоже успел послушать историю.

– Я не понимаю! – разочарованно воскликнула Роза. – Так это все было взаправду или нет?

Ей никто не ответил. А армут, ужасно оскорбленный, хлебнул винотеля из чьего-то стакана, а затем сказал:

– Пожалуй, вы, прославленный магистр, тоже порадуете нас своими историями?

– Я предпочитаю промолчать. А на вашем месте я перестал бы, – тихо, чтобы не услышали ребята, произнес Каучук, многозначительно посмотрев на полупустой стакан.

Вдруг Милли Троуд, ко всеобщему удивлению, захныкала.

– Мне так жаль вашего дедушку! – с трудом проговорила она, обращаясь к Дагу де Вайту, но тот лишь удивленно покосился на нее и промолчал. Ответила Дельфина.

– Дорогие мои, не так давно я имела честь познакомиться с Корнелием де Вайтом на симпозиуме, и, поверьте мне, хорошо бы, чтобы все люди вокруг были в настолько здравом уме и трезвой памяти, как этот почтеннейший господин. – Сирена сделала акцент на слове «трезвой», явно показывая армуту, что тот перегнул палку. Строгая и любящая порядок, она решительно не понимала, как можно болтать всякий вздор, в то время как ребята совсем недавно пережили столько опасных приключений.

– Ну, может, это был другой Корнелий де Вайт? – невозмутимо парировал зеленоглазый армут. Пошатываясь, он устало приподнялся и окинул всех взглядом.

– Да, и его звали Корнелий Саннерс! – послышался язвительный голос Триумфии. Девочка в черепаховых очках во время рассказа с самым саркастическим видом посматривала на тренера и ребят, а теперь она просто не выдержала.

– Что? – встрепенулся Тин, собиратель невероятных историй.

– Его тоже звали Корнелий, только не де Вайт, а Саннерс! Этот человек был членом географического общества в Беру, и в сорок три смрадня он возглавил экспедицию по поиску целебного озера. Все, что рассказал профессор – правда, он действительно хотел найти «долину Ха». Но его группу постигло несчастье. Двое из экспедиции погибли, а он сам лишился рассудка. И нашли