Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

целый день, после чего заночевали в одной из многочисленных крохотных деревень, выживавших на границе с лесом. Бедные, напуганные люди всячески отказывали паре путников в ночлеге, но в результате сдались и выделили им место на сеновале, взяв с них обещание, что рано на рассвете они уйдут и более их никогда не побеспокоят. Пройдя весь следующий день на своих двоих всё также не углубляясь в лес, они повстречали одинокого путника на повозке, запряжённой дикой лошадью, который как раз ехал в сторону Аутеркара и согласился "домчать их с ветерком". Разговорчивый мужчина преклонных лет не стал расспрашивать о том, как они очутились посреди торгового пути, но вместо этого затянул монолог, который, казалось, касался всего и ничего одновременно. О дорогах, о других путниках, о фермерах, пока, наконец, не переключился на армию и сам лес:

– ...армия Конферии знать не желала о проблемах западных лесов, потому как своя голова на плечах была куда ценнее. Они были свято уверены, что как только разбойники перебьют там всех нерадивых пахарей и ополоумевших землекопов, так и разбойники перестанут там ошиваться – нет жителей, значит нет торговли, а отсутствие торговли вынудило бы этих бедолаг соваться на большую землю к городам, где стражники бы бесцеремонно пригвоздили их тупые головы к деревянной доске над главными воротами.

– Почему это "ополоумевшие"? – спрашивал Кайт у фермера, пока они чуть резвее не стали двигаться вдоль освещённой фонарями дороги.

– Места эти дикие, парень. Не просто дикие, а та ещё чёртова глухомань. Когда мы не знаем о том, что таится среди мёртвых скрученных стволов и тонн жёлтой гнилой листвы там, меж болот и сухих торфяных холмов, то мы начинаем придумывать истории, чтобы никто туда и не совался. Сечёшь? Малым детям не докажешь, что болото способно утянуть тебя в безвыходную ситуацию за десяток минут, а вот пугнуть их тем, что ведьмы и алхимики там людей на кусочки режут – это пожалуйста. Когда-то это были просто шутки. Байки, легенды, пугалки для детишек и доверчивых простаков. А потом...

Церцель уже знал, к чему клонит старый фермер. Проезжая мимо короткой просеки, усеянной старыми пнями и рытвинами после их выкорчёвывания, телега стуком своих колёс испугала нескольких оленей, которые мирно грелись на солнце и щипали траву. Приглядевшись, Церцель настороженно стал осматривать землю под ногами оленей.

– Заметил, значит. Вот о том и говорю... – фермер указал пальцем на ещё одного оленя, чья морда была полностью вымазана в крови, а в ногах у него лежал разорванный на куски труп мужчины. Тут же до носов путников донёсся жуткий запах гнили, олени в одно мгновение сбежали обратно в лес, а телега, подгоняемая фермером, понеслась быстрее.

– Много их таких стало. Снова. Я совсем мальчишкой был, когда отец мой байки всякие рассказывал про эти леса. Мол, водился тут страшным колдун, величайший из алхимиков, который на людях всякие ритуалы проводил. Из деревни его помощники людей крали, а сам он безбоязненно в города ходил. Да вот только для каждого он по разному выглядел – для одних седой косматый старик, для других прекрасный молодой человек, а третьим он статным мужчиной в дорогом фраке показывался. Сорил деньгами, аптеки подчистую скупал, а ночами в лесах так и пропадали люди. И всё равно кто! И разбойники, и дети, и женщины, и старики-фермеры.

– И он... Правда существовал? – скептически спросил Кайт.

– Вот уж не знаю. Когда я был юнцом – не верил. А потом, как до наших ушей донеслась весть, что какой-то старикан на Пятом войну со старым Шерриданом затеял, так и сомнения закрались. Уж слишком резко здесь тихо стало.

– А что у вас ещё про него говорят? – поинтересовался Церцель. – Не говорят ли имени?

– Байка эта расхожая. Куда не приедь на Конофере – везде о ней знают. Но и везде по разному рассказывают. На юге, как молвил один путешественник, он открыл госпиталь и лечил там всех бесплатно. На севере о нём говорят, как об оборотне, который нападал на людей и тащил их в мёрзлые пустоши, на которых сейчас самая дальняя Колония стоит. Из этих пустошей они выходили обратно – блаженные, далёкие от этого мира, непомнящие сами себя. Говорят, что похожего странноватого человека видели даже в Халдраге – он пытался поручкаться с Первыми Графами, да те послали его куда подальше. Хе-хе. Имён, уж прости, не знаю. По мне так гад и гад, где бы о нём ни рассказывали. Не с добрыми намерениями он это всё делал, ежели правда самый великий алхимик. Опыты как на мышах ставил, только одним повезло вылечиться от недуга, а другим быть сожранными дикими волками.

– А где ж он теперь? – спрашивал Кайт.

– Пропал. Я ж говорю, что как только местные стали голосить о какой-то войне на Пятом, так и перестали пугать детей этими рассказами. Старик Рене Шерридан, когда вынудил наших правителей подписать мирный договор, уж слишком упрямо стал бороться с этими слухами. Мол, нет никакой войны, местная неразбериха. Сновали тут его людишки, которые на каждом углу орали, будто Государство Пятого материка с каждым днём всё крепнет, а потом и они пропали. Вот там-то мы и стали мозгами шевелить – не спроста оно всё. А там и слухи дошли, что король со своим телохранителем и начальником стражи половину Зарема убили – то ли отравил их кто, а они заразу разнесли, то ли Лицо это Серое, Огюст, в ловушку попал и подорвал центр городка – уж не знаю. Но после этого никто об этом человеке не слыхивал. – фермер закурил длинную сигарету из местного растения альтуния и воздух наполнился сладким дымом, напоминавшем по запаху карамель и ваниль.

– Вы тут... Много знаете о Пятом? – осторожно спросил Церцель как бы невзначай.

– Ха! Изъездил его вдоль и поперёк. Молодость моя была бурной, нигде не мог усидеть дольше месяца. Пожил в Зареме, навестил Суту, дочурка моя в Лингере колледж оканчивала, да всё это без меня уже. Ещё б чуть-чуть и она попалась бы в руки армии, да я вовремя ей намекнул, что пора бы возвращаться домой. Меня там никто и пальцем не тронул. А люди здесь... Им только дай повод рыкнуть на рабов. Жалко их. Никто не заслуживает такой участи, особенно невинные люди. Но горожане вполне довольны. Не их спины гнутся на рудниках и пахоте