Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

– Тебе эти знания не нужны. Наша задача от этого не поменяется. Я не ищу хорошего и доброго исхода без кровопролития. Я хочу, чтобы они пострадали за всю боль моего народа! Но в одиночку, без помощи моей жены я ни за что не справлюсь. Если тебя это не устраивает – уходи! Хочешь стать героем прямо здесь и сейчас, почитав книгу? Думаешь, именно она даст тебе преимущество, она позволит стать оружием возмездия? Как бы не так!

Церцель вытянул из кармана сложенный несколько раз лист старой, пожелтевшей от времени бумаги и протянул его Кайту.

– Хочешь стать сильнее, чтобы не скитаться по этой земле? Хочешь отомстить? Действуй! Вперёд, читай!

Стихи. Непонятные стихи, напичканные отборными ругательствами, шутками, разными числами и... Наверное, датами. Абсолютно невнятные, лишённые рифмы, многие строки отзеркалены, написаны вверх ногами, скручены в бараний рог. Тут и там буквы поменялись местами, в некоторых словах красными чернилами выделены квадратами отдельные слоги. Это... Полная ерунда.

– Что это? Это нелепица какая-то, бессвязный бред!

– Ты хотел сказать "древний шифр, в котором без ключевого слова ты ни за что в жизни не разберёшься".

– Дай мне это слово! – вскричал Риал.

– Если б я его только знал. – тихо, уже гораздо спокойнее ответил Церцель.

Внезапно Кайта пронзило острое чувство вины. Чёрт, да если бы Церцель знал шифр или хотя бы кодовое слово, то ни за что бы не стал ждать так долго. Пятьдесят лет! Чем бы ни были те тайные знания, о которых он говорит, они бы наверняка помогли ему отомстить не на закате своего пути, а в самом его расцвете. А теперь он, старый, хоть и крепкий, вынужден проделать путь всей своей жизни ради того, чтобы эта... Вероятно, тоже старуха, дала ему возможность раскрыть знания по-настоящему, обойдя бессвязность и зубодробительность этого шифра.

– Ты... Ясно. Теперь я понял. – замолчал Кайт и виновато отвернулся.

Церцель с минуту помолчал, приходя в себя от внезапного порыва гнева, после чего выдохнул и прошёл рядом с Кайтом, утянув его за полу накидки. Они обошли величественные стены Аутеркара по левой стороне и наткнулись на небольшую торговую площадь, где тихо и спокойно отдыхали многие труженики, что остались жить рядом со стенами. Торговые лавки представляли из себя наспех сколоченные столы и прилавки, укрытые от солнца широким полотнищем, во многих из них стояли небольшие металлические печи, в которых уютно потрескивали костры, ютились небольшие креслица из старого дерева и набитых шерстью подушек, висели масляные лампы, которые вместе с огнём печи освещали товар.

Люди здесь были крайне скованы в общении, почти молчаливы. Им редко удавалось переброситься парой слов с другими путниками, потому как почти все они проезжали мимо города-тюрьмы дальше на север, в богатый город Версов. Там путники и тратили свои деньги, оставляя едва сводивших концы с концами жителей Аутеркара с носом. Потому и к Церцелю с Кайтом они отнеслись с настороженностью, но едва заслышав звон монет тут же подобрели и достали свой лучший товар. На все расспросы, почему же путники не уехали дальше, в Версов, они ответили нечто невразумительное, но вполне правдоподобное, вроде того, что в богатых городах люди ломят несусветную цену, а здесь и дешевле, и спокойнее.

– Не слышно ли каких вестей из самого Аутеркара, добрый господин? – спросил между делом Церцель, примеряя толстую дубленую куртку из свиной шкуры и овечьей шерсти.

– Поговаривают, что господин Синат совсем разгневался. Серые, мол, напали на след очередной собаки с Пятого, этих уродов из Сообщества, а он не будь дураком перебил отряд стражников, да улизнул. Господин Лист по личному указу господина Сината отправился на его поиски. Сам же господин Синат рвёт и мечет, всё проводит какие-то учения, много стражей в последнее время приехало в город. Не знаю точно, но вроде их по другим городам как подкрепление хотят разослать. Якобы, беглец хочет не хочет, а вынужден будет заходить в города за едой. Вот там его и хотят поймать. Да и по делом ему! Надеюсь, что поймают.

– Несомненно! А как нынче Колония поживает? Эти грязные черви ещё хоть на что-то способны?

– А то! Здесь рудники стоят, в основном, так совсем недавно вытянули оттуда громадный кусок самородного золота! Сам Первый Граф Марик приезжал, поздравлял рабов с блестящей работой на благо своих хозяев. Ха-ха! – ответил торговец и мерзко засмеялся.

– Бегут? – коротко спросил Кайт.

– Бегут, конечно. Чёртовы крысы всё никак не могут привыкнуть, что бежать и некуда. Неделю назад халдрагскую Колонию высекли всем полчищем за то, что те какие-то секреты другим Колониям передавали. Как – понятия не имею, но одного из них словили с письмом. Поговаривают, что уже давненько все Колонии друг с другом повязаны, но хоть убей – не поверю. Они ж тупые все до одного, каким боком они что-то подобное придумают? Ха!

– Это точно. Сколько с нас? И не найдётся ли у вас здесь мяса сушёного?

– Два золотых за куртку и исподнее, ещё два за тулуп мальчишке и двое штанов. А за едой – так это к моему брату, вон он стоит! – сказал торговец и указал пальцем на небольшой домик, рядом с которым стоял грузный мужчина. – Солонина у него – за уши не оттянешь. Секретный ингредиент – слезы самих рабов. С ними всё вкуснее становится, ха-ха!

– Оу, тут вы правы, ха! – усмехнулся Церцель и, распрощавшись с торговцем, мерзко сплюнул на землю. – Скотина.

– Вот от таких людей я и получал деньги в своё время. Всем им только и подавай, что песнь о падении Пятого, да жалобную песнь раба.

– И ты пел? Правда? – с сомнением спросил старик.

– Времена тогда были... Не лучшие для моей семьи. Мать только-только получила свои документы. Работы не было, а меня каким-то чудом приняли в гильдию менестрелей. За лишнюю монету я был готов исполнить всё, чего душа этих ублюдков пожелает, лишь бы накормить себя и сделать их кошельки полегче. Я тогда только и знал, что бесцельно шагать по улицам и нарываться на неприятности, когда кто-то из стражников упоминал о том, как убил раба или заколотил его до полусмерти. Мать часто говорила мне о