Нартуган: Из огня и магии - Ануар Нурланулы Кошкарбаев

его правая рука растворилась в мерцающем пурпурном свете, а затем магия сгустилась, формируя огромную эфемерную косу, её лезвие сверкнуло в отблесках пламени, отбрасывая резкие, искажённые тени на каменный пол. Быстрыми, отточенными движениями они рванули в атаку.

Первым двинулся Нартуган, его тело было напряжено, каждая мышца горела от предвкушения битвы. Он прыгнул выше, чем прежде, и, зависнув в воздухе на несколько мгновений, выпустил сразу несколько кумалак, метая их в разные стороны. Один из снарядов с грохотом врезался в стену, разнеся её часть на осколки, другой вспорол потолок, вызвав осыпавшийся поток пепла и каменной крошки, а третий устремился прямо в защитный барьер Далагуда. Раздался мощный хлопок, воздух содрогнулся от волны давления, и мгновение спустя взрыв от отражения атаки разорвала пространство, скрывая всё в хаосе летящих обломков.

Это был момент, которого так долго ждал Мардан. Воспользовавшись кратким замешательством врага, он молниеносно сорвался с места, стремительно преодолевая расстояние до противника, пока тот ещё не успел оправиться от боли. Его движения были лёгкими и стремительными, а шаги — почти бесшумными благодаря помощи призрачного воина, силы которого влились в его тело, наделив его неестественной ловкостью. Теперь ему оставалось лишь одно: добраться до Далагуда и вырвать из его рук посох, пока колдун окончательно не пришёл в себя. Лезвие эфирной косы описало дугу, проносясь по воздуху с едва уловимым, но тревожным свистом, и прежде чем Далагуд успел полностью осознать угрозу, острое лезвие глубоко впилось ему в бок. Звук удара был резким и глухим, будто металл рассёк плоть, не встретив преграды.

Колдун вздрогнул, и в следующее мгновение алые капли брызнули на каменный пол; одна из них попала прямо на лицо Мардана, оставив горячий след на коже. Но этого было недостаточно, чтобы нанести Далагуду смертельный урон — для полной победы необходимо было отобрать его посох. Тем временем Нартуган, мягко приземлившись, направил всю накопленную магию в пальцы, и его рука озарилась мерцающим красным свечением. Далагуд едва успел почувствовать приближение разрушительной силы и тут же выставил перед собой посох.

В этот миг Мардан, собрав остатки сил, рванулся вперёд, пытаясь вырвать артефакт из рук колдуна, но Далагуд резко протянул свободную руку и, коснувшись его, вновь парализовал подростка. Мардан замер, чувствуя, как тело вновь сковывает предательский яд, парализующий каждую мышцу и заставляющий его беспомощно наблюдать за происходящим всего в шаге от цели. Он горько винил себя за то, что забыл о ядовитом прикосновении Далагуда, снова попавшись на его коварную уловку.

В тот самый миг, когда надежда уже покинула его, пространство будто замерло: из пустоты проявилась полупрозрачная рука, которая решительно сомкнулась на посохе, вырвав его из пальцев ошеломлённого Далагуда. Время словно остановилось, позволяя каждому присутствующему осознать драматичность и напряжение этого решающего мгновения, в котором смешались удивление, облегчение и отчаяние. Но Далагуд, не готовый признать поражение, с диким безумием в глазах, выкрикнул последние слова вызова:

— Я никогда не сдамся! Весь мир был против меня, тысячу раз я менял своё лицо, тысячу раз подстраивался под обстоятельства, но всегда доводил начатое до конца! Я — ДАЛАГУД!

Призванный дух древнего воина, призванный Марданом, находился внутри его тела. Он ощущал, как силы юноши стремительно тают, и отчётливо понимал, что подросток не успеет остановить отражения магии. Решив, что нельзя допустить поражения, воин резко вытянул вперёд свою призрачную руку, перехватывая посох врага и выбивая его с траектории разрушительного удара. Артефакт с оглушительным звоном отлетел в сторону, ударившись о каменный пол.

Далагуд замер, словно не понимая, что только что произошло, а затем его лицо исказилось от гнева. Но прежде, чем он успел среагировать, проклятый снаряд, выпущенный Нартуганом, уже достиг цели, пронзив старика насквозь. Магия, пропитанная проклятием, мгновенно поглотила его тело, расщепляя плоть и оставляя от некогда могущественного колдуна лишь чёрную пыль, медленно опадающую на горячие камни.

Мардан и Нартуган застыли на месте, словно не веря собственным глазам. Затем Нартуган первым пришёл в себя и, протянув руку Мардану, помог ему подняться. Их взгляды встретились, наполненные одновременно облегчением и радостью, и, не сдерживая больше эмоций, они закричали от ликования, освобождая всю накопленную за время битвы ярость и напряжение. Но праздновать победу было рано. Голос призванного воина резко прервал их радость:

— Вам нужно немедленно уходить отсюда! Это измерение принадлежало Далагуду, и теперь, когда его хозяин погиб, оно скоро разрушится.

— Но вроде ничего пока не рушится, — Мардан быстро осмотрелся по сторонам, пытаясь заметить хоть какие-то изменения.

И словно подтверждая слова воина, камень под их ногами дрогнул, мелкие трещины начали стремительно расползаться по стенам и потолку, а вдали уже раздавался глухой рокот, предвещающий обрушение всего пространства.

— Нужно спешить.

Мардан открыл портал, и они вместе с Нартуганом шагнули в него, оставляя позади бушующее лавой измерение. Однако облегчение было недолгим: выход привёл их не в привычное место, а в другую пещеру. Нартуган сразу узнал этот зал, его стены покрывали мерцающие минералы, источавшие разноцветное свечение. Это место не предвещало ничего хорошего.

Не успели они осмотреться, как пространство впереди внезапно озарилось ярким золотым сиянием, и перед ними возник Алтын Адам. Его каменное лицо ничего не выражало, однако в глазах читалась явная угроза.

— Зачем ты призвал нас сюда? — Нартуган шагнул вперёд, чувствуя, как мышцы напрягаются от нарастающего беспокойства.

— А разве это не очевидно? — холодно произнёс Алтын Адам, не сводя с него глаз.

— Надеюсь, ты собираешься поздравить или наградить нас за победу? — осторожно спросил Нартуган, но в глубине души уже знал ответ, чувствуя в воздухе исходящую от воина враждебность.

— Поздравить — возможно, — бесстрастно ответил Алтын Адам, и в его руках начал формироваться тяжёлый золотой меч. — Но единственная награда, на которую вы можете рассчитывать, — быстрая и безболезненная смерть.

Глава 34

Золотое правосудие

— Далагуд был мерзавцем, — медленно произнёс Алтын Адам, безразлично рассматривая своё отражение в идеально гладком золотом клинке. — Подлость и хитрость были его единственным оружием. Отними их — и что останется?

Он сделал паузу, позволяя тишине повиснуть в воздухе, словно наслаждаясь каждой секундой долгожданного разговора после веков одиночества.

— Но я не понимаю, в чём твоя польза для этого мира? — Нартуган с трудом скрывал гнев и непонимание. — Почему ты зовёшься его защитником, но прячешься в своей пещере, когда людям нужна помощь? Мерейли-Дара куда достойнее, чем ты…

Алтын Адам медленно поднял взгляд, его глаза сверкнули, отражая холодный блеск металла.

— Мерейли-Дара… — задумчиво произнёс он, будто вспоминая что-то приятное. — Да,