Полыхающий рассвет - Лисса Соллей

Ловкие пальцы тут же скоро забегали по инструменту, помогая выдувать из него незамысловатую мелодию. Морганна подхватила ритм и стала отбивать его ладонями по коленям. Получалось довольно складно, но всё же чего-то не хватало. Словно по волшебству, откуда-то из дома Салем выплыли скрипка и сальта, нежно упав в руки Кая и Альберта.

– Я подумала, что было бы неправильно забыть её в столице. – Чародейка хмыкнула, проходя мимо Ала. – Ты рад?

– Безмерно!

Альберт тут же сел поудобнее и забренчал по струнам. Внезапная мелодия, словно древняя и позабытая сказка, захватила их трио. Сальта зазвучала низко и задумчиво, её аккорды, как грозовые облака, нависли над сводами ущелья, создавая ощущение надвигающейся бури. Мэри подхватила этот ритм, и ноги сами собой понесли её вокруг огня. Флейта ответила Алу, её нежный звук дыханием ветра плавно взлетел и заискрился в воздухе. Каждая нота навевала образы снежных гор и прозрачных рек, где духи плели людские судьбы.

Кай, словно вдохновлённый этой гармонией, зажал подбородком скрипку и провёл смычком по струнам. Раздался тихий стон, полный глубинной тоски. Это была песня самой древности, что звала к путешествию по суровым фьордам и скалам, внимала переживаниям и мечтам мореплавателей, вела за собой обездоленных в тёплые надёжные руки.

Альберт вновь сыграл аккорды гармонии, словно подначивая к рождению чего-то игривого и простого. Салем подхватила, а Кайран продолжил, и все три инструмента сплелись воедино, воркуя меж собой, словно стайка птиц. Под звуки, рождённые этим свободным людским волшебством, сама душа наполнила пространство духом старины, могущества и единства. Песня росла, крепла, захватывая каждого своим теплом, – всё в ней переплеталось в чарующий поток.

– Это именно то, чего не хватало, – прошептала Морганна, глянув на Нишанта.

В её глазах он увидел всё – и костёр, и песню, и весь восторг, унёсший тяжесть из души. И действительно, этот вечер становился чем-то далёким, древним и родным, оплетая руки и ноги корнями памяти. Скрипка вдруг на миг ослабла, но тут же была подхвачена магией. Кайран убрал одну руку за спину и склонился со второй перед Хель.

– Первый танец с королём?

Не медля, Морганна схватила руку Кая, а он потянул её на себя, помогая встать.

– Разумеется!

Они встали друг против друга. Кай хлопнул пару раз возле одного своего плеча, а Морганна повторила его движения у пояса. Так же сделав и с другой стороны, Кайран решительно шагнул к Хель. У Нишанта внутри что-то болезненно ёкнуло. Флейта же начала свой рассказ, нежно извлекая первые звуки танца, которые напомнили пение свиристеля на рассвете. Лёгкие восходящие трели уверенно взвились в воздух и рассыпались аккордами сальты, как солнечные лучи, пробивающиеся сквозь листву. Каждая нота словно светилась, манила в пляс и не желала спокойствия.

Кай резко развернулся, схватив Морганну за руку, и потянул на себя. Спина к спине, они поочерёдно подняли руки по бокам, повернулись лицами и вновь нырнули за спины, топая в ритм. Хлопки становились всё более выразительными, нарочито подчёркивали каждый поворот и каждую остановку. Удивительным делом оказался их танец – каждый шаг, каждый взмах получались интуитивно, словно бы они читали мысли друг друга. Морганна, завершив один из своих поворотов, слегка отшагнула, подначивая партнёра. Кай ответно поднял руки, начав вместе с ней проходить по границам невидимого круга.

Скрипка без музыканта вновь вступила, наполнив своим тягучим вокалом мелодию песни. Завораживающие переходы создали эффект речи и вдруг стихли, пустившись в шёпот древних преданий. Её партия, словно водный поток, то быстрая и бурная, то мягкая и ленивая, стала чем-то большим – голосом всех страстей и переживаний, переплетя в единую нить радость и печаль.

Нишант решился – или сейчас, или никогда. Когда Морганна проходила мимо него, он мягко схватил её за руку и утянул за собой. Подняв руку, он прокрутил её вокруг себя и, подхватив под спину, потянул по той же линии. Кай недовольно, но весело вскрикнул, выражая несогласие, но, подхватив инструмент, зашёл за спину Салем, которая игриво повела плечами. Каждое движение чародейки было полно изящества, и король, подхватив темп её танца, добавил в него свои элементы – резкие повороты и мягкие шаги назад.

Альберта эта картина заставила рассмеяться. Он вновь громко ударил по струнам, вклиниваясь между игрой друзей, а после поднялся и втянулся в танец Мэриэли. Его бой, как удар молота по наковальне, менял ритм, и теперь уже он был тем, кто задавал темп.

Нишант покрепче сжал ладонь Морганны и, встретившись с ней глазами, вспомнил ярмарку Милори. Да и не только её – все костры, где звучали песни, где они так же танцевали, все касания и объятия, все секреты, что их связали, все чувства. Это достигло своего пика, и, не сдержав ни улыбки, ни смеха, он подхватил Морганну за талию и закружил, прижимая к себе. Ей только и удалось, что обхватить его плечи, ответно захохотав. Аккорды сальты, насыщенные и динамичные, напомнили о тех годах, полных надежд и мечтаний, их общих чувств. Забылось всё плохое – и страхи, и горести, и тяготы, хотелось только одного – навсегда застыть в этом моменте.

Завершая эту феерию, все шестеро образовали небольшой круг, в центре которого остался костёр. Взгляды их встретились, в воздухе плясали жизнь и восторг. Их сердца бились в унисон, это была истинная гармония единства. Звуки флейты обволокли всё это и тихо сошли на нет, туша своим тонким голосом скрипку и сальту.

Нишант беспокойно глянул на партнёршу. Он знал, что этот момент сейчас закончится, но как же ему хотелось продлить его навсегда и оставить лишь между ними двумя. Его сердце горело, оно требовало продолжить танец и теперь уже ни за что не отпускать руки Морганны.

Альберт вернулся на своё место, но вновь провёл по струнам. Он принялся медленно их перебирать, тихо что-то мурлыкнул на северном и запел. Чистый голос полился легендой под новую мелодию. Он пел о княгине соколов, и старая сказка чудесной вуалью упала на плечи. К припеву проснулась и флейта, обменявшись мотивами со скрипкой. Эти переплетения хорошо легли на припев, словно людской хор вновь славил легендарную правительницу.

Полная глубоких чувств, Морганна осторожно потянула за собой Нишанта, оставив его руку на своей талии. Она мягко отступила, позволив ему снова взять инициативу, и прикрыла глаза, полностью доверившись партнёру. Этому вторили тихие аккорды сальты, которые плавно растворялись в тишине, оставленной флейтой и скрипкой, напомнив о том, что каждое мгновение имеет свои начало и конец, но их эхо может звучать в