Оружейник - Александр Михайлович Гулевич

синюшно-опухшее, ещё можно как-то косить под капитана, а вот когда опухоль с синевой уйдёт, этот маскарад уже не прокатит, и его непременно возьмут за жабры, да так, что жить тошно станет, да и то очень больно и совсем недолго.

В голову полезли всякие мысли одна хуже другой, из-за чего Ивану стало становиться всё хуже и хуже. В какой-то момент, решительно взяв себя в руки, он усилием воли остановил поток негативных мыслей и образов, и прикрыв глаза, задумался, но вдруг низкая округлая дверь открылась, и в помещение вошёл сначала мужчина лет тридцати пяти в белом помятом халате, а за ним следом шагнул морской офицер с золочёными погонами, кобурой на правом боку и коротким кортиком на левом.

Медик, подойдя к Ивану, с задумчивым видом осмотрел его с головы до ног и, увидев, что пациент пришёл в себя, хмыкнув, задал ему вопрос:

– Как вы себя чувствуете, капитан?

– Уууумммооо… – с трудом выдохнул Иван, с ужасом понимая, что он не в состоянии произнести даже одно слово.

– М-да, нерадостная картина, – протянул медик, сильно нахмурившись и, резко развернувшись, посмотрел в глаза своему спутнику и категоричным тоном заговорил:

– Господин капитан, до Фуреса мы пострадавших не довезём, в слишком тяжёлом они находятся состоянии, да и вообще это чудо, что этим двоим удалось выжить во время обвала.

– Я вас понял, доктор, пойдём, значит, к ближайшей базе, это займёт четверо суток, а там уже их разместим в клинике. Делайте что хотите, но не дайте этим бойцам умереть, они единственные, кто выжил во время разыгравшейся катастрофы в порту Эхард. Нам надо разобраться, что же там в действительности произошло, доложить командованию и сделать соответствующие выводы, – хмуро проворчал капитан подводной лодки, рассматривая лежавшего на койке Ивана.

– Кошмар какой-то… Что, действительно поисковой команде не удалось найти никого выжившего? – c отчётливой тревогой в голосе поинтересовался медик, сложив руки на груди.

– Вот именно, что никого. Туда даже подойти невозможно, детонация боеприпасов продолжается до сих пор, и неизвестно, когда это прекратится. Сухогруз, стоявший у причала, куда эвакуировались личный состав базы и её персонал, разорвало в клочья, да и вообще вся территория находится в руинах, и без квалифицированных сапёров туда соваться смертельно опасно, – нехотя отозвался капитан и, тяжело выдохнув, вышел из каюты. Медик, хмуро проводив его взглядом, подошёл к малюсенькой раковине и, помыв руки, принялся за осмотр своего пациента. Повозившись какое-то время, он достал из шкафчика шприц с ампулой и, сделав укол, удалился. Иван всё то время, что медик с ним занимался, молчал, хотя ему и было очень больно, и после того как медик ушёл, сам не заметил, как погрузился в глубокий сон.

В следующий раз Иван пришёл в себя на какое-то время, когда двое матросов, сняв его с кушетки, погрузили на носилки и куда-то понесли. Матросы с немалым трудом вынесли его через довольно узкий люк подводной лодки и доставили на пирс, и вот тут-то Иван увидел, где же он находился. Это была огромная пещера с развитой механизированной причальной инфраструктурой, и у причала стояли сразу четыре одинаковые подводные лодки, но большего ему увидеть не удалось, сопровождавший медик вновь сделал укол, и Ивана почти сразу поглотила темнота.

Пришёл в себя Иван посреди ночи и, облизав языком пересохшие губы, прислушался к своему состоянию. Определённо ему было уже лучше, хотя боль во всём теле всё ещё присутствовала, но она не шла ни в какое сравнение с той, что он испытывал во время пребывания на подводной лодке. Кто-то прикоснулся к нему, и Иван, открыв глаза, увидел молодую медицинскую сестричку, подносящую к его губам сосуд с питьевой водой, и он стал жадно пить.

– Вы ещё хотите воды? – мило улыбаясь, поинтересовалась девушка, всматриваясь в его опухшее лицо. Иван попытался ответить, но ничего, кроме хрипов, выдавить из себя так и не смог, только лишь похлопал глазами в знак согласия. Медсестра понятливо кивнула и, наполнив из графина сосуд, вновь напоила Ивана. Дальнейшее он помнил смутно, к нему подходили какие-то люди, что-то пытались у него спрашивать, но быстро поняв, что пациент говорить не в состоянии, приступили к его обследованию и лечению.

Сколько это продолжалось, Иван не помнил, он иногда приходил в сознание и вновь погружался в темноту, его кормили из ложечки, поили из фарфоровой кружки, похожей на маленький чайник, и мыли в ванной. К нему подключали различное медицинское оборудование, его лечили, и в какой-то момент он пришёл в себя и обнаружил, что сидит в инвалидной коляске, которую кто-то медленно катил в парке. Оглядевшись, Иван с немалым наслаждением вдохнул свежий оздоровительный воздух, пропитанный эвкалиптовым запахом, и посмотрел на свои загипсованные руки, а вот гипса на ноге уже не было, и это не могло не порадовать.

– Господин капитан, вы можете говорить? – послышался сбоку вопрос, заданный женским голосом. Повернув голову, Иван увидел всю ту же самую молоденькую медицинскую сестру и, ощущая слабость во всём теле, негромко ответил:

– Да, милая барышня, говорить я могу, хотя надо признать, говорить мне по неизвестной причине всё-таки довольно болезненно. Кстати, а как вас зовут?

– Ещё бы, вы же ведь получили сильнейшую контузию и вывих шейных позвонков, и к тому же у вас переломы обеих рук и левой ноги, правда, нога ваша уже практически зажила. С руками вашими больше недели самые опытные хирурги занимались, и теперь с ними всё будет в порядке, только потребуется какое-то время на полное восстановление. Вы очень везучий человек, господин капитан, а вот сержант Корнинг из вашего взвода артиллерийской разведки, не приходя в сознание, три дня назад, к огромному нашему сожалению, скончался. Да, и меня зовут Мария, – сочувственно проговорила медсестра и помолчала какое-то время, видимо, ожидая ответа от пациента, но не дождавшись его реакции на свои слова, задала Ивану вопрос:

– Не желаете ли, случаем, господин капитан, попробовать встать на ноги?

– Давайте попробуем, Мария, но из-за общей слабости я, похоже, без костылей этого сделать не смогу, – как-то отрешённо отозвался капитан, пытаясь понять, где он вообще находится и можно ли отсюда совершить побег.

– Подождите, господин капитан, я сейчас принесу костыли и позову на помощь дежурного санитара, и мы с вами попытаемся встать на ноги и пройтись по парку.

Медсестра удалилась и спустя несколько минут вернулась, неся в руках пару костылей, в сопровождении дюжего санитара. Получив костыли и пристроив их под мышками, при помощи санитара с девушкой Иван попытался подняться на ноги и сделать первые шаги. Ноги дрожали, отчего его