Джейн Эйр – охотница на оборотней - Андрей Олегович Белянин

в том, что ее попечитель вознамерился жениться? Разве я – препятствие для ее хорошей жизни? Нет, нет и нет! Дело это для меня было решенное. Я не сомневалась, что смогу убедить мистера Рочестера и отстоять интересы моей маленькой ученицы.

Разве в Торнфилдском замке так мало комнат, что для Адели не найдется места? Разве мистер Рочестер настолько стеснен в средствах, что не сможет выделить денег на кусок хлеба и чашку супа для девочки, о которой заботится столько лет? Что же касается бесконечных игрушек и украшений – их можно было и даже следовало сократить в десяток раз, чтобы привить Адели скромность и хороший вкус.

В Миллькоте мистер Рочестер словно сорвался с цепи. Он сам, разумеется совещаясь со мной, выбирал материю для моих платьев, обложился десятками шляпок, водружая каждую мне на голову, так что к концу примерки моя прическа окончательно растрепалась, и горстями ювелирных украшений, которыми меня обвесили, словно елку.

Адель счастливо щебетала, и в конце концов ей тоже были заказаны аметистовое платье и тонкая нитка черного жемчуга, прекрасно сочетавшаяся с ее темными глазами и вороново-черными волосами.

Вечером, по возвращении в Торнфилд-холл, мистер Рочестер позвал меня к себе и вновь принялся петь. Я сохранила лицо, чтобы не расстраивать своего будущего супруга в момент душевной радости. Это была ария – вероятно, его собственного сочинения. Увы, сочинителем он оказался таким же посредственным, как и исполнителем.

Все это время я думала о призраке. Почему он не явился мне в Гейстхеде, когда я встречалась с тетей и кузинами? Почему любезно позволил мне самой отплатить по счетам мистрис Рид? Почему вообще покинул родной дом и следовал за мной сначала в школу, а потом и сюда? Пока я не находила ответа.

Ария мистера Рочестера не несла в себе литературной ценности, имела примитивный романтический сюжет и заканчивалась весьма дурной репликой лирического героя, который берет со своей возлюбленной клятву умереть вместе с ним.

Пропев эти слова, он встал и подошел ко мне, и страсть его была настолько пылкой, что в комнате стало жарко. Однако я должна была пресечь это воодушевление и кое-что прояснить.

– В Индии живых и здоровых жен действительно сжигают вместе с хладными трупами их мужей, – четко заявила я. – Но мы не в Бомбее, сэр, и у меня нет ни малейшего намерения умирать вместе с мужем, как вы сейчас изволили спеть.

– О, что ты! – несколько разочарованно воскликнул он. – Это лишь образ, полет фантазии! Я теперь совершенно не думаю о смерти, Дженни, мне хочется жить с тобой бесконечно долго и никогда не расставаться!

– Однако нам все равно придется расстаться, когда смерть пожелает разлучить нас, – парировала я. – Вы старше меня на двадцать лет и, очевидно, умрете раньше. Я же останусь вашей вдовой и из уважения к вашей памяти и любви постараюсь устроить свою жизнь со всем возможным комфортом.

– Взбалмошная девчонка! – тут же взвился мистер Рочестер. – Да любая другая была бы счастлива такой арии!

– Но я не любая другая, сэр, я – это я. Возможно, природа обделила меня эстетическим вкусом, но такие арии меня не радуют.

– Да ты удивляешь меня, гувернантка Дженни!

– Что ж, до свадьбы я предоставлю вам возможность получше узнать мой характер, чтобы вы могли успеть передумать вести меня к алтарю.

– Замолчи, капризное дитя! Перестань говорить глупости!

– Не вынуждайте меня молчать, мистер Рочестер, ведь я становлюсь вашей супругой, а не прислугой. К тому же я говорю с вами весьма рассудительно.

Мой жених надул губы и нервно закурил.

Признаться, теперь и самой мне кажется странной логика моих действий. Но тогда, помимо расставления точек над «i», которые можно было бы расставить гораздо мягче, я хотела увеличить дистанцию между мной и моим женихом. Секрет в том, что я боялась близости и понимала, что Эдвард, здоровый и опытный мужчина, настаивал бы на ней, пренебрегая приличиями, под сладкие речи о том, что я «не такая, как другие женщины».

Письмо от мисс Бронте лежало на столе. Его доставили, когда мы ездили в магазин, и мистрис Фэйрфакс отнесла конверт в мою комнату. Наконец я смогла найти время, чтобы прочитать весть от моей новой подруги. В письме, которое отправила ей еще до отъезда в Гейтсхед-холл, я рассказала о визите гостей, о красоте мисс Ингрэм и о мерзостях, которые творит в замке дура Грейс Пул.

Наверняка Шарлотта осталась очень впечатлена такими историями, раз так скоро прислала ответ.

«Моя дражайшая подруга и героиня!» – начала она свое письмо. Похоже, что мисс Шарлотта так и не выбросила из головы идею о написании книги и не отказалась от странного каприза сделать героиней романа меня. Я скептически скривила губы и продолжила чтение:

«Я благодарна вашему письму с рассказами о жизни в таком мрачном готическом замке, как Торнфилд-холл. Поистине странные события происходят там. Надеюсь, вы уже смогли раскрыть тайну пожара в спальне мистера Рочестера, а злобная Грейс Пул получила по заслугам и была изгнана из имения.

С удовольствием и восторгом посмотрела бы я на поля, которые вы наблюдаете с крыши замка, на сад, в котором проходят ваши уединенные прогулки. Природа – услада глаз и отдых сердца. Однако в настоящий момент я в Лондоне вместе с братом, и город этот неизменно сер и туманен.

Дженни, к великому огорчению, мне ничего не известно о Сэм. Но должна признаться, что не располагаю временем, чтобы добросовестно поискать ее. Я справилась о ней в нашей чайной, описав приметы. Уверена, что спустя какое-то время мне пришлют ответ об этой девочке.

Дорогая Дженни, вы писали про семейство Ингрэм и прекрасную мисс Бланш, будущую мистрис Рочестер. Должна сообщить вам ужасную и странную новость, которой пестрят все газеты в столице. Вы еще не в курсе? Что ж…

Мисс Бланш, ее сестры, ее брат и матушка убиты оборотнем. Поутру их нашел в доме кто-то из приходящей прислуги. Горло каждого члена семьи Ингрэм было порвано, а у непревзойденной мисс Бланш даже вырвана трахея и разворочена вся грудь – бедняжка наверняка так мучилась перед смертью!

Вас уверяют, что оборотней в окрестностях Торнфилда нет, но вы сами видели одного из них на дороге. Никто не сможет ответить, тот ли зверь решил судьбу семьи Ингрэм, или зверей в местных лесах несколько. Дорогая подруга, будьте осторожны, берегите свою жизнь и непременно пишите мне обо всем, о чем сочтете нужным рассказать.

Ш. Б.»

Я заглянула в конверт и увидела газетную вырезку, подтверждающую слова Шарлотты.

Мистер