Джейн Эйр – охотница на оборотней - Андрей Олегович Белянин

Через несколько минут мы вошли в храм, где нас уже ждал священник, облаченный в белые ризы. Все было тихо. Лишь две тени шевелились в дальнем углу, у фамильного склепа Рочестеров.

Мне захотелось уйти. Резко развернуться и пойти – но не к замку, а прочь, через лес, минуя Миллькот, и дальше, дальше, хоть до самого Лондона, или до Ловуда, или в любое другое место, куда ноги выведут меня. Чутье мое диктовало, как следует поступить. Но разум и сердце настаивали на ином выборе.

Мы заняли свое место перед алтарем. Началось венчание. Пастор долго и торжественно говорил о важности таинства брака, а потом традиционно сказал:

– Я спрашиваю вас, жених и невеста, и заклинаю ответить мне честно и прямо, как в день Страшного суда, когда все тайны будут ведомы Господу нашему: известно ли кому-то препятствие для соединения вас двоих законным браком? Знайте: муж и жена, сочетающиеся вопреки слову Божию, не получат Его благословения, и брак их будет считаться незаконным!

Пастор остановился, как того требовал ритуал, чтобы выждать формальную паузу.

– Этот брак не может быть заключен! Я объявляю о препятствии! – вдруг раздался голос позади нас.

Священник застыл в изумлении. Мистер Рочестер вдруг вздрогнул всем телом, словно земля разверзлась под ним. Но в следующее мгновение взял себя в руки.

– Продолжайте! – твердым голосом велел он, глядя на священника.

– Я не могу продолжить обряд, не выслушав этого господина и не разобравшись, говорит ли он правду…

– Он лжет! – крикнул мистер Рочестер, сжав мою руку. Его лоб побледнел, глаза сверкали диким блеском. Мой жених был страшен и жалок.

– Венчание должно прекратиться, – продолжил голос позади нас. – Непреодолимое препятствие для этого брака состоит в существовании предыдущего брака. Первая жена мистера Рочестера еще жива!

Мое сердце ушло в пятки. Кровь заледенела в венах, глаза заволокло серой пеленой. Но женщина, если захочет, всегда может совладать со своими чувствами, так что я не упала в обморок на холодный церковный пол.

– Кто вы? – спросил мой жених, обращаясь к незнакомцу.

– Адвокат Бриггс из Лондона, сэр, и я…

– Решили навязать на мою шею какую-то несуществующую жену?!

– …решил напомнить вам, сэр, что прежняя ваша жена еще жива.

Я обернулась и узнала в адвокате одну из теней, прежде стоявших у склепа. Мужчина вынул из кармана сложенный лист бумаги, развернул его и монотонно зачитал:

«Я, нижеподписавшийся, утверждаю и могу доказать, что двадцатого октября NNNN года от Рождества Христова Эдвард Фэйрфакс Рочестер, англичанин из Торнфилд-холла, сочетался законным браком с моей сестрой, Бертой-Антуанеттой Мейсон, дочерью Ионы Мейсона и его законной супруги Антуанетты, урожденной креолки, в церкви Спаса на Ямайке. Свидетельство и запись о браке находятся в архивах церкви, а копия у меня в руках. Ричард Мейсон».

– Из этого документа, если, конечно, он не фальшивка, следует лишь то, что я был женат. Но нет в нем ни слова, подтверждающего, что моя жена жива!

Адвокат оглянулся. Незнакомец, остававшийся прежде за его спиной, вышел вперед, и я узнала в нем мистера Мейсона – точно такого, каким видела его не так давно. Только раны его успели затянуться. Мистер Рочестер задрожал.

– Эдвард, ты не можешь отрицать, что моя сестра (и твоя жена!) жива. Я видел ее собственными глазами в Торнфилде!

– В Торнфилде?! – удивился пастор. – Быть этого не может! Я давно живу здесь и никогда не слышал о мистрис Рочестер из Торнфилд-холла!

– О да, я принял все возможные меры, чтобы никто не знал о ее существовании… – тихо сказал мистер Рочестер с нехорошей, болезненной улыбкой на лице.

– Что вы такое говорите?! – вскричал священник. – Вы признаетесь, что хотели совершить грех двоеженства?!

– Довольно! Покончим с этим раз и навсегда! Закрывайте свою книгу, пастор, свадьбы не будет, – заявил мистер Рочестер.

Продолжая крепко держать меня за руку, он вышел из церкви. Все последовали за нами.

– Двоеженство? – оглядев всех, спросил Эдвард, его голос был тверд и громок. – Да, я готов был стать двоеженцем! Все, что говорит этот адвокатишка, – правда. Я был женат, и женщина, на которой меня женили, – жива. Я сочетался с ней браком пятнадцать лет назад. Ее имя – Берта Мейсон, и она имеет честь быть сестрой этого храброго господина, пришедшего, чтобы обличить меня и вновь разрушить мою жизнь! Берта Мейсон – оборотень!

Все замерли. Я слушала, но не слышала ничего. Значит, вот о чем меня пытался предупредить мой добрый дядюшка. «Беспечность приводит к гибели…»

– Об этом я узнал после свадьбы. О, женушка умело хранила свою тайну и от меня, и от своих родственничков. Шлялась где-то по Ямайке, там ее и покусал оборотень, приехавший туда из Англии. А я наслаждался своим счастьем: такая красавица обратила внимание на такого урода, как я! Так упрашивает о скоропостижной церемонии! Что ж, господа, и вы, мисс Эйр, приглашаю вас в Торнфилд-холл! – театрально сказал он, широко распахивая руки. – Удостойте своим визитом мистрис Рочестер, пациентку мистрис Грейс Пул! Навестите эту бешеную тварь, навсегда утратившую человеческий облик!

Когда мы вошли в замок, мистрис Фэйрфакс и Адель выбежали к нам навстречу с поздравлениями.

– Пошли прочь! – закричал мистер Рочестер. – Кому нужны ваши поздравления? Вы опоздали на пятнадцать лет!

Он пошел наверх, потащив меня вслед за собой. Пастор и все остальные шли за нами. Низенькая черная дверь, которую Эдвард открыл ключом, привела нас в устланную коврами комнату. Посреди комнаты стояла постель, со всех сторон закрытая занавесами.

– Знакомо тебе это место, Ричард? – ехидно спросил мистер Рочестер. – Здесь она покусала тебя и превратила в себе подобного?

Затем он отворил другую дверь, и мы вошли в комнату без окон. Камин был огорожен решеткой, лампа повешена на потолок. Перед разожженным камином сидела Грейс Пул. В другом конце комнаты взад-вперед металась какая-то фигура. Был это зверь или человек, сказать было трудно. Существо ползало на четвереньках и огрызалось, но было прикрыто каким-то платьем. Взъерошенные волосы сбились в колтуны.

– Доброе утро, мистрис Пул, – сказал Эдвард. – Как ваше здоровье? Как чувствует себя ваша пациентка?

– Ничего, сэр, сегодня мы довольно сносны, – хмуро ответила она. – Огрызаемся иногда, но не бесимся.

Адский, пронзительный крик раздался в одночасье. Существо в дальнем углу комнаты поднялось во весь рост.

– Берегитесь, сэр! – вскричала могучая сиделка. – Она видит вас! Уходите!

– Нет, Грейс, мне придется остаться здесь на несколько минут.

Существо взревело и устремило на нас дикие глаза. Я тотчас узнала это