Библиотека ведьмы - Ыно Чон

– Я не хотела, чтобы ты умирала, – сдавленно ответила Шарлотта.

Розмари сощурила глаза, но в ее взгляде не было упрека. Только бесконечная нежность.

– Спасибо, сестра.

Розмари с искренностью произнесла слова благодарности, но Шарлотта отчаянно замотала головой. Она обхватила ладонями руки сестры, сжимая их так, словно в этом жесте хотела выразить весь ее страх и сожаление.

– Но у меня ничего не вышло.

– Знаю. Но ты старалась.

– Но в конце концов… все равно… Розмари, ты всегда умираешь. Я просто…

– Я знаю. Я знаю, что ты видела мою смерть снова и снова.

Розмари мягко обхватила руки Шарлотты, позволяя ей ощутить свое тепло. Она понимала: ее сестра пыталась изменить предначертанное будущее, боролась с ее судьбой. Шарлотта поднесла ее ладонь ко лбу и прошептала:

– С детства ты любила романтические истории. Всегда мечтала встретить того самого.

– Вот как?

– Ты родилась слабой. Помнишь? Хотя, наверное, нет… Все слишком часто повторялось. Ты так сильно изменилась.

Шарлотта говорила задушевным голосом. Розмари молча слушала, ловя каждое слово.

– Но ты по-прежнему моя любимая сестра.

Левитан на мгновение перестал дышать. Если верить Шарлотте, каждый раз, когда она воссоздавала этот мир, Розмари менялась. Ее история, детали ее жизни – все переписывалось раз за разом. Значит ли это, что его Розмари… никогда не существовало по-настоящему? Она – всего лишь чей-то вымысел, скопление исправленных ошибок в бесконечном черновике?

В алых глазах Левитана вспыхнуло смятение. Он смотрел на сестер, но теперь ему казалось, что Розмари как будто размыта, что она мираж, словно его тревога сама стирала ее очертания.

– Ты всегда лежала в постели, Розмари. Ты так часто болела…

Голос Шарлотты звучал почти рассеянно. Розмари узнавала себя заново через чужие воспоминания. Сейчас она выглядела здоровой, полной сил, но, если верить сестре, первоначальная она… просто чахла в четырех стенах.

– Твоей единственной радостью были романы. Те, что выходили в столице. Я отправляла тебе все новинки, когда была в Академии.

– Правда?

– Да. Ты была слишком слаба, слишком хрупка. Твой мир заканчивался у порога твоей комнаты.

Когда Шарлотта подняла голову, по ее щекам текли слезы. Розмари понимала: если этот мир снова и снова создавался заново, значит, и она сама не раз менялась.

Где-то в глубине души проснулось беспокойство. Она чувствовала смятение Левитана. Если мир – ложь, то не является ли она частью этой лжи? Его страх был осязаем. Розмари опустила взгляд.

– Шарлотта, так я не могу быть счастливой. И никогда не смогу.

– Тогда что мне сделать? Что угодно, Розмари. Только скажи…

– Верни все как было. Верни меня…

– Тогда ты умрешь!

Шарлотта вскрикнула, будто ее пронзили клинком. Она попыталась вырваться, но Розмари сжала ее руки крепче.

– Но мы не можем бесконечно блуждать в этой выдумке. Не надо больше повторений, сестра!

Ты несчастна. И я тоже. Розмари всхлипнула, притягивая Шарлотту ближе.

– В мире не бывает идеальных концов. Ты пыталась. Переписывала историю снова и снова – и что же изменилось?

Шарлотта закусила губу, но не ответила. Все, чего она хотела, – это чтобы ее сестра была счастлива. Но с каждым циклом грани добра и зла стирались. Она отчаялась. Она очерствела.

Сердце говорило остановиться. Шептало, что уже поздно, что все пропало. Но дьявольский голос не унимался. Еще раз. Еще один раз!

– Я существую, сестра! Я не хочу жить в этом выдуманном мире. Я хочу жить в реальности. Хочу сама строить свою судьбу. Пусть даже мне суждено умереть от болезни! Это моя судьба! Да, мне будет страшно, больно, одиноко… но это все будет реальным!

Глаза Розмари горели решимостью.

– А если после возвращения все станет как было… и ты окажешься мертва? – Лицо Шарлотты было залито слезами.

– Тогда я пройду через круг перерождения и когда-нибудь вернусь к тебе.

В глазах Розмари тоже заблестели слезы. Шарлотта беззвучно шевелила губами, но не могла вымолвить ни слова. И в этот момент кто-то резко схватил Розмари за руку.

– Я не позволю.

Это был Левитан. «Какой смысл в настоящем мире, если в нем не будет тебя?» Он угрожающе прорычал:

– Я не приму этого, Розмари. Мир без тебя? Тогда лучше жить в иллюзии.

Розмари внимательно посмотрела на него, ничего не говоря, ведь прекрасно знала, что услышит в ответ. Они были связаны. Она медленно покачала головой. Отказ был очевиден. Левитан сжал губы.

– Леви, не надо так категорично. Может быть, мы снова встретимся.

– «Может» – этого мало.

– Какой ты дотошный.

– А что, если я тоже выдумка? Что если меня вообще не существует?

Розмари моргнула, широко распахнув глаза.

– Я даже не подумала об этом.

– Вот именно.

Левитан без Розмари… Он даже думать об этом не хотел. Только сейчас осознав свои чувства, он просто не мог принять подобный конец.

– Это маловероятно. – Шарлотта вмешалась в разговор, ее голос звучал уже более спокойно. – До того, как я начала писать, я читала газету. Королевство Ху существует. Вот только… что же там было написано?..

Она нахмурилась, пытаясь вспомнить, но никак не могла. Однако даже этого открытия хватило, чтобы Розмари, удовлетворенно кивнув, посмотрела на Левитана.

– Значит, ты существуешь. Вот и хорошо.

– Но даже так…

– Все в порядке. Мы живем на одном континенте и обязательно встретимся, если такова наша судьба.

Она улыбнулась. Левитан только нахмурился, но потом тяжело вздохнул, словно смирившись.

– Когда все закончится, я обязательно найду тебя.

– Ой, страшно-то как!

Розмари рассмеялась. Ее голос был таким звонким, что в этом напряженном и серьезном моменте стало чуть легче дышать.

– Ну что, пора вернуть этот мир туда, откуда он пришел?

– Куда? – удивленно спросила Шарлотта.

Розмари лукаво подмигнула:

– В Библиотеку. Туда, где все началось.

[Динь-дон!]

Как только она это произнесла, под ними разверзлась бездна. Черный водоворот подхватил троих, и все застыли в изумлении. Но, что странно, Эликсер и Канон, словно приклеенные к полу, оставались на месте. Их фигуры приобрели мрачный сероватый оттенок, они застыли словно каменные. Время для них остановилось.

– Значит Бель все же и есть кукловод…

– Бель?

– Ты про проводника? – спросили одновременно и Шарлотта, не знавшая, что Розмари дала светлячку это имя, и Левитан, наоборот, хорошо его знавший.

Розмари кивнула. В темном зале Библиотеки, среди бесчисленных стеллажей, уставленных до самого потолка книгами, сидела Шарлотта – та, что писала историю. Шорох пера, чистые страницы. Тусклый свет лампы, грубый деревянный стол. Если обернуться, можно было увидеть бесконечные полки, уходящие ввысь, наполненные книгами, сложенными в хаотичные башни, тянущиеся к небесам.

Башни из книг. Розмари