Сияние вечного пламени - Пенн Коул

Первыми подошли два мускулистых воина армии Эмариона из соседнего Фортоса. Я настолько привыкла к грубоватым манерам армейских приятелей отца, что жесткая напористость, с которой они меня оглядели, явно составив невысокое впечатление, воспринималась как встреча со старым приятелем-ворчуном. На миг моя улыбка стала искренней. Вполне ожидаемо, их подарком было оружие – искусно выкованный клинок, удивительно похожий на работу Брека.

Следом подошли два друида из Монтиоса, нашего северного соседа. От сурового горного климата кожа у них огрубела, ярко-фиолетовые глаза смотрели из-под тяжелых меховых капюшонов. Монтиос славился таинственностью, и, верные себе, его посланцы не говорили ни слова.

Их подарком был толстый, подбитый мехом плащ, который они преподнесли вместе с запиской, объясняющей, что силой заклинания он всегда согревает своего владельца. Прежде чем я успела спросить, как их магия действует за границами Монтиоса, они развернулись и направились к выходу.

Зеленоглазая пара из Арбороса подарила изумрудное снадобье, якобы исцеляющее любые недуги, за исключением ниспосланных самими богами. Лишь ценой огромного самообладания я не спросила, почему они не осчастливили таким даром моего предшественника во время его медленного, многомесячного угасания.

Смертные болтали, что Потомки Фауноса перенимают звериные повадки и даже способны превращаться в зверей, но желтоглазые посланцы, подошедшие ко мне следующими, к сожалению, выглядели как люди. Они подарили мне двух милых пушистых зверьков, якобы считающихся лакомством для гриверн. Пушистиков я тут же отдала Лили, заставив ее поклясться, что Сора их не увидит.

Следующими подошли краснокожие, обмотанные белой тканью женщины из пустынь Игниоса и подарили шарф из тончайшего шелка, такого прочного, что не пронзишь никаким клинком, даже самым острым. За ними подошли моряки из Мероса с бирюзовыми глазами, непристойная речь и развязность которых мигом меня покорили. Они подарили мне компас, якобы указывающий на то, что больше всего желает мое сердце.

Когда я окинула его взглядом, компас показывал куда-то вглубь дворца – возможно, в сторону Смертного Города, или в сторону родительского дома на болоте, или в сторону острова, где меня могли короновать, или в сторону приключений на Святом море.

Когда пара из Мероса направилась прямиком к бочкам с пивом, у меня вдруг ускорился пульс, а в голове возникло странное ощущение. На краю сознания извивались щупальца, кружа, как змея, приглядывающаяся к жертве. Мысли затуманились, сосредоточенность притупилась.

Стройный мужчина подошел ко мне без своей пары, всматриваясь в меня глазами цвета ониксовой бездны вечной ночи. Кожа у него была такой же темной, волосы – аккуратно подстриженными, бородка – ухоженной. Не вынимая рук из карманов, он ухмылялся с самодовольным торжеством одержавшего верх в партии, которую и играть не удосужился.

– Ваше Величество! – проурчал он.

От его бархатного голоса перед мысленным взором у меня возникли обнаженные тела, скользящие на красных шелковых простынях. Возникло смутное ощущение, что этот образ создан не моей фантазией.

– Умброс прислал только одного представителя? – невозмутимо осведомился Реми.

Черноглазый беззаботно пожал плечами:

– Моя спутница где-то здесь. Думаю, она помогает особому другу Ее Величества решить досадную проблемку. – Черноглазый улыбнулся мне, напоминая о нашем неправедном секрете.

– Особому другу? – повторил Реми, глядя на нас из-под насупленных бровей. – Ваше Величество, вам что-то об этом известно?

«Осторожно!» – шепнул голос мужчины у меня в сознании.

У меня в горле пересохло.

– Лютер сказал, что она его знакомая. Я отпустила их поговорить в другом месте.

Я почувствовала, как сбоку в меня впился горячий взгляд Эмонна. Он знал, что Лютер выполняет мой приказ, следовательно, знал, что я вру.

– Моя королева шлет вам привет, – сказал черноглазый, подходя ближе. – Она ждет не дождется вашей встречи на Обряде Коронации. Говорит, вам с ней нужно столько обсудить.

– Например? – спросил Реми.

– Это между нашими очаровательными королевами. – Черноглазый провел зубами себе по нижней губе. – Как бы мне хотелось там оказаться!

Эмонн плечом вклинился между мной и черноглазым.

– Вы будете держаться на подобающем расстоянии от Ее Величества, – предупредил он.

Черноглазый наклонил голову, и его улыбка стала смертельно опасной.

– Правда?

– Все в порядке, Эмонн! – поспешно заверила я, прижала ладонь к его плечу и толкнула назад.

Выясни Эмонн, что я вернула Потомкам Умброса магическую силу, даже его самоинициативное желание помогать мне могло исчезнуть.

Черноглазый негромко усмехнулся:

– Каким поучительным вечером оказался этот бал! Я уже узнал так много. – Последние два слова растянулись в хриплый стон, звучащий до бесстыдного сексуально.

Под темно-малиновым фраком скрывалась голая грудь. Пальцы черноглазого с ногтями, подпиленными до острой формы и покрытыми обсидиановым блеском, прочертили чувственно-длинную линию к бедрам и скользнули под низко сидящие брюки. Я старалась смотреть ему в лицо, но когти его силы впивались в меня все глубже, и я не могла остановить видения, возникавшие у меня по мере движения его пальцев.

– Я не расслышала ваше имя, – процедила я сквозь зубы.

– Саймонд, – ответил черноглазый.

Против собственной воли я прижала ладонь к груди и повторила движения Саймонда, легко поглаживая выпуклости своих желез.

Во мне нарастал гнев. Он натягивал путы самоконтроля, рвался на свободу.

«Борись!»

Я захлопала глазами, удивленная внезапным пробуждением голоса. Он был до странного тих с той ночи в подземной тюрьме, но сейчас ожил, расправляя могучие крылья перед лицом новой угрозы.

– Мы премного благодарны за дружбу вашего королевства, – прошипела я. – Надеюсь, когда-нибудь я смогу вернуть долг. Когда-нибудь скоро.

У Саймонда снова вырвался до сексуального чувственный смешок.

– Могу предложить разные способы того, как отметить нашу дружбу прямо сейчас.

Он заслал мне в разум новое видение – безобразный образ нас с ним на сцене бального зала, обнаженных в мягком свете сфер. Я перегнулась через трон Люмноса, Саймонд пристроился сзади и, обхватив рукой мне шею, заставляет хрипло стонать его имя.

«Борись!»

В отличие от прошлых раз, когда я яростно сражалась с голосом, сейчас я радостно передала ему остатки контроля.

«Помоги мне! – взмолилась я. – Освободи!»

Я вздрогнула, когда ледяное пламя прорвало мне оборонные порядки и опалило каждую складочку кожи. Мое тело полыхнуло ярким светом, заставив гостей ахнуть.

Когда голос стих, а серебряное сияние померкло, Саймонд выпустил мой разум из когтей. Он дико смотрел на меня, всполошившись, что, думается мне, случалось с ним не часто.

Взгляд темных глаз осторожно скользил по моему лицу, и я чувствовала, как когти его силы слабо царапаются мне в голову. Он старался попасть обратно, но, похоже, в сознании у меня появилась новая стена, за которую он больше не мог проникнуть.

– Думаю, вам пора идти, – тихо проговорила я, чуть задыхаясь от старания выскрести из мыслей память о его видениях.