Не та героиня этой дорамы - Дада Смехова

Ага. Может, это просто такая акция — «купи ужин, туфли в подарок»?

Бред, конечно… но звучит логичнее, чем всё, что со мной происходит в последнее время.

— Ваше высочество… — я дёрнула принца за руку. — Может, лучше вернёмся? Мне тут как-то… неуютно, — пробормотала я тихо, чуть потянув его к себе, чтобы он наклонился и услышал.

Вокруг было шумно, дымно и очень… сомнительно.

Все столики заняты, кто-то громко смеётся, кто-то уже спит носом в стол. На сцене полуголые девушки танцуют танец живота, лица закрыты вуалями, но всё остальное – совсем нет. Публика внизу восторженно хлопает, ржёт и подкидывает им монетки.

У меня возникло стойкое ощущение, что мы зашли не в таверну, а в местный бордель при ресторане. А туфли на входе были, похоже, частью маркетинга: сначала выдают обувь, потом выставляют счёт за всё сразу — и тапки, и воздух, и моральный ущерб.

Принц ещё чуть ниже наклонился ко мне и спокойно сказал:

— Мы же договорились играть семейную пару, — проговорил прямо в ухо.

Я замерла от его голоса так близко, мысли на секунду перестали складываться в слова.

Почему его вообще не смущает вся эта атмосфера «грех, вино и стриптиз на сцене»?

Я посмотрела на его лёгкую, слишком спокойную улыбку… и кивнула. Ладно. Семейная пара, так семейная пара.

Тем временем он уверенно поднимался по лестнице, всё так же тянул меня за руку вверх, как будто каждый день ходит в подобные заведения. Нам навстречу спускались девушки, смеясь и обнимая пьяных мужчин.

Шенли ловко их обходил, с каменным лицом.

Я смотрела на всё это и понимала, что моё удивление уже даже конкурирует со страхом. Зная его занудную правильность и моральный кодекс где-то уровня «монастырский устав плюс приложение», я вообще не понимала, зачем мы здесь до сих пор ещё находимся. Ладно — сразу не разобрался, куда зашёл, но сейчас-то уже всё очевидно.

Как он вообще выдерживает этот концентрат разврата? У него же, по идее, от одного вида этих танцовщиц нервный тик должен начаться.

Тем временем мы поднялись на второй этаж, который тянулся балконом по периметру зала. Мы шли за служанкой, которая уверенно вела нас куда-то подальше от общего шума. Она остановилась у одной из дверей, поклонилась, плавно приоткрыла её и отошла в сторону.

Шенли, как воспитанный «муж», пропустил меня вперёд, сам зашёл следом и тихо прикрыл дверь.

Я огляделась.

Комната любви.

Именно так я бы это назвала.

Слишком уж сильно всё напоминало свадебные покои принцессы.

— Зачем мы здесь? — шёпотом, осторожно оглядываясь, спросила я принца.

В дверь как то зысловато, постучали. Я насторожилась, глянула на дверь, потом на Шенли. Он, как ни в чём не бывало, спокойно подошёл, открыл — и в комнату вошёл Вэньмин.

Ага. Значит, онизаранеедоговорились здесь встретиться? Весь мир — сцена, а лучший кабинет для переговоров — местный бордель. Получше мест реально не нашлось?

За ним потянулась вереница девушек с подносами: еда, закуски, напитки. Всё это ловко выложили на низкий столик, поклонились и выскользнули обратно за дверь.

Вэньмин подошёл к принцу и что-то зашептал ему на ухо.

Мог бы уже не стесняться — говори громче, яне слышу.

Как ни напрягала уши — ноль.

Со вздохом я переключилась на более понятный объект — стол.

Можно уже есть? Или мы кого-то ждём? Иличего-то?..

Вэньмин с поклоном вышел и, судя по звуку, остался за дверью — на страже.

Я перевела взгляд на принца и пыталась хоть как-то сложить этот пазл. Что за шпионские игры?

Он медленно подошёл к столу, сел на низкий стульчик и посмотрел на меня:

— Фэнфан, присаживайся, — он кивнул на место рядом с собой.

Я стояла, смотрела на него… потом на дверь… и обратно, не понимая, что вообще происходит.

Он вздохнул, поднялся и подошёл ко мне:

— Ты же хотела кушать, — мягко приобнял за плечи и подтолкнул к столу. — Присаживайся.

Я ещё раз сомнительно покосилась на дверь, потом на принца… но голод победил паранойю. Тем более, если что — Вэньмин за дверью. Да и вообще, если даже наш гиперцеломудренный принц не испугался сюда прийти, чего это я?

Я села к столу и, как честный человек, первым делом начала осматривать блюда в поисках того, что можно естьбезпалочек. Палочки для меня до сих пор были больше оружием, чем столовым прибором.

На столе мирно лежали булочки. Слава всем богам этого мира.

Но хотелось ещё и руки помыть — с учётом того, где я сегодня уже успела полазить. Я оглянулась на принца — и увидела рядом с ним на отдельном низком табурете тазик с водой. Повернула голову — возле меня такой же.

Ура. Я с облегчением вымыла руки, вытерла их полотенцем/тканевой салфеткой и по привычке разложила салфетку себе на колени.

Принц посмотрел на мои манипуляции, чуть улыбнулся, но промолчал. Подозреваю, что я только что нарушила очередное правило этикета, но делать вид, что «так и задумано», у меня уже большой стаж.

— Здесь самое безопасное место, — наконец ответил он на мой прежний вопрос. — Ни тебя, ни тем болееменя с тобойтут точно никто искать не будет.

В принципе логично.

Если насчёт меня ещё можно поспорить, то вот нашего непорочного, точно никто в борделе искать не подумает.

Место всё равно так себе, конечно.

Но с другой стороны — когда мне ещё выпадет шансзаконнопосидеть в таком заведении?

А это же обязательная часть любого киношного сюжета — героиобязаныхотя бы раз оказаться в злачном месте.

Так что ладно. Ждём, что ещё сценарист на этот раз подготовил.

Глава 40. Госпожа

Когда ты сытый, мир действительно расцветает новыми красками. Даже опасности уже не кажутся такими уж опасными — максимум слегка неприятным недоразумением. Всё кажется лёгким и простым.

В голове чуть шумело — полагаю, от выпитого вина. Хотя выпила я совсем немного, ровно до того момента, пока не поняла, что этовино, а не «очень вкусный сок», и тут же попросила заменить на воду. В моём мире я почти не пила алкоголь, поэтому и здесь особо не хотелось. Но здешнее вино было таким нежным, что казалось, будто это концентрированный сок. Пришлось уточнить у Шенли, дождаться его подтверждающего «угу» и только после этого срочно