Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

думали, что никакого козыря в рукаве у нас и нет. Что та призрачная надежда, которая появится после прихода "Церцеля", тут же исчезнет. Марис и Лира знали тебя с самого юного возраста, бежали с тобой на одном корабле и знали, что ты не пропадёшь. Но их вера не могла также крепко осесть в умах остальных рабов. Этот шаг, твой... "Взрыв"... Был необходимостью. Иначе бы эти люди при первой же возможности сбежали куда глаза глядят.

– Ты знаешь, что такими словами не делаешь лучше? В таком случае я окружена предателями и трусами, готовыми бросить меня, как только случиться что-то из ряда вон выходящее. – огрызнулась Мира.

– А можешь ли ты их винить за это? Даже самый законченный фанатик способен сомневаться в своей вере. И будем честны, что вера этих людей строилась отнюдь не на том, что после рабской жизни своё отмщение они встретят на небесах. – философски говорил Риал, разгребая ногой сухой снег. – Они верили в то, что в законный час их королева поднимет восстание, которое не способны будут сломить никакие силы. И этот час наступил. Теперь тебе надо лишь взять себя в руки, встать на ноги и повести свою армию на встречу судьбе, которую они так долго ждали.

Девушка, угрюмо склонив голову, тяжело вздохнула. В мыслях её был ужасающий шторм из страха, злости, обиды, горечи утраты и сожаления. Никогда она не думала о том, что роковой час будет таким болезненным. Даже представить себе не могла, как вновь возьмёт бразды правления, снова встанет на ноги как Плачущая Королева и поведёт тысячи людей в бой. Всё это казалось ей таким давним, забытым, утерянным в летах. Не было больше в ней той уверенности и целеустремлённости, какие были после разгрома Церковников. Её потерянная душа сейчас металась из стороны в сторону, не в силах заставить даже это бренное тело подняться на ноги, не говоря уже о десятках Колоний, разбросанных по всему материку, которые населяли десятки тысяч людей. Саму себя она видела словно дикую, испуганную кошку, что взобралась на дерево и яростно шипела на всех вокруг – не то от безысходности, не то от жгучего желания, чтобы её оставили в покое.

– Ты... Не боишься меня? – тихо проговорила она.

– А я должен? С такими-то... Способностями, конечно, должен, но... – Кайт замялся, замолчал на минуту.

– Но что?

– Я рад, что всё это правда. Как только мы с Цер... С Серумом ворвались в Колонию и застали вас, хохочущих и шутящих после прорыва... Я точно также поддался сомнению. В тот момент все вы для меня казались просто кучкой людей, которые вот-вот станут горой мёртвых тел за столь наглую выходку. Кто бы только мог подумать, что однорукая женщина даже без оружия, одними лишь сосудами да бутылками, сможет уложить несколько десятков тяжеловооруженных солдат.

– Мои знания – и есть моё оружие. – цыкнула она.

– Те знания, что ты почерпнула из этой тетради – есть сама война. Безжалостная, губительная, вскормленная на крови и ядах. Я как будто увидел в тебе сразу все битвы и сражения, произошедшие за пять веков жизни Падшего. А ведь я знаю только одну миллионную от всего того, что с ним приключилось! – с придыханием говорил Риал. – Как бы ни хотелось от них отказаться, но я боюсь, что это именно то, что нам сейчас и нужно.

– Я в состоянии обойтись и без запретной алхимии! – огрызнулась Мирабель, хоть в душе и понимала, что Кайт прав. – Я всю свою жизнь разгадывала рецепты этих зелий, так что почище других знаю, насколько она опасна. С самого детства я уберегала от неё всех, кого только могла. Это яд, Кайт. Яд в виде знаний, который отравляет твоё сознание. Одной лишь капли хватит на то, чтобы попасть в полную зависимость и требовать ещё! Больше, сильнее, опаснее!

– Но в итоге не смогла уберечь даже себя. – мягко проговорила Марис, медленно шагая по скрипучему снегу к Мире.

– Главное, что вы не попали в эту ловушку. Как бы ни рвалась Кира, какой бы манящей запретная алхимия ни была для тебя, Марис – никто из вас не пал так низко.

– Ты обманываешь саму себя, утверждая, будто зелье жизни, рождённое как раз-таки запретной алхимией – есть нижайшее падение. Сначала ты просто обманываешь смерть, возвращая себе молодость, а затем – как мы все успели заметить – буквально возвращаешься из числа мёртвых уже с помощью другого зелья. Это самое настоящее чудо, неподвластное обычной алхимии.

– Лучше вам не знать, чего стоит каждое чудо на этой земле. – вскипела Мира и быстро вскочила на ноги. – Я вам не оружие. Призвание алхимика – подчинить себе природу и из каждого её проявления изъять пользу, пусть эту пользу и возможно использовать в бою. Довольно об этом.

Кайт, удивлённо хмыкнув, поднялся из сугроба, отряхнулся и покачал головой. Ему не совсем понятно было, по какой причине Мира так упорно отказывается от силы, которая необходима им всем для победы, но спорить с ней он больше не стал. Судя по всему, даже Марис не знал всего того, что произошло с Мирой за эти долгие пятьдесят лет, а уж Риалу она об этом и подавно не расскажет. Потому он просто поковылял обратно в бараки, посоветовав ей долго не засиживаться посреди ледяной пурги. Громко цыкнув, Мирабель быстро прошла рядом с ним и скрылась за дверями казарм надзирателей. Марис же подхватила под руку Риала и молча последовала вместе с ним.

Жгучая метель набирала свою силу.

Глава пятнадцатая. Искра.

Глава пятнадцатая. Искра.

– Давай-ка мы отринем тот факт, что ты позорно сбежал – хотя бы на секундочку – и чуть-чуть повнимательнее разберём то, почему ты это сделал? – Гастон Синат, крепко сцепив руки за спиной, нервно подрагивал губами, едва не срываясь на крик. – То, что ты говоришь – чушь собачья, Рэджинальд.

В тюремной колонии давно прошла "чистка" среди осуждённых, так что теперь все домики и лачуги, какие раньше населяли выдворенные на заснеженные пустоши неугодные царьки и местечковые князья, теперь заняли Серые, которые даже не знали, что их промедление и нерасторопность ведут их к гибели. Лэрд, сидящий на хвосте Сината и Листа, день ото дня был всё ближе, заручившись не просто парой сотен солдат, а