Всадники Перна - Энн Маккефри

понимает всю ответственность всадника, даже если родился в холде. Он уже достиг эмоциональной зрелости, это нисколько не мешает Запечатлению, зато он способен осознать и понять последствия пожизненной связи, духовного контакта, полного сопереживания между ним и его драконом. Повзрослевшему юноше хватает знаний, чтобы сдерживать инстинкты своего подопечного: маленький дракон не отличается сообразительностью, и, если по глупости позволить ему обожраться, от его мучений будет страдать весь Вейр. Впрочем, даже взрослые драконы жили понятиями «здесь и сейчас», не особо раздумывая о будущем и не особо вспоминая о прошлом, разве что на уровне инстинктов. «Что ж, может, оно и к лучшему», – подумал Ф’нор. В конце концов, именно драконы принимали на себя главный удар в борьбе с Нитями. Не исключено, что яркие воспоминания, полные ассоциаций, попросту заставили бы их отказаться от битвы.

Ф’нор глубоко вздохнул и, щурясь от едких испарений, вошел в громадную кухонную пещеру, где кипела работа, в которой, похоже, участвовала половина женского населения Вейра. На всех очагах, вделанных во внешнюю стену пещеры, бурлили огромные котлы. Сидевшие за широкими столами женщины промывали и нарезали корни, сырье для снадобья. Некоторые разливали дымящееся варево в большие глиняные горшки, другие, в закрывавших рот и нос масках, помешивали смесь длинными палками, то и дело утирая слезящиеся глаза. Дети постарше таскали топливо из складских пещер и относили горшки остывать. Заняты были все.

К счастью, ближайший к входу очаг использовался по своему обычному назначению: над горячими углями висели большой котелок с кла и кастрюля с тушеным мясом. Наливая горячий кла в кружку, Ф’нор услышал, как кто-то позвал его по имени. Оглянувшись, он увидел Манору, свою родную мать. Судя по выражению обычно безмятежного лица, она была чем-то озадачена.

Ф’нор послушно подошел к очагу, где Манора, Лесса и еще одна молодая женщина, показавшаяся ему смутно знакомой, разглядывали небольшой котелок.

– К вашим услугам, Лесса, Манора и… – Он помедлил, пытаясь вспомнить имя третьей.

– Ты что, забыл Брекку, Ф’нор? – Лесса удивленно подняла брови.

– В этом дыму вообще ничего не разглядеть, – ответил Ф’нор, утирая глаза рукавом. – Я не видел тебя, Брекка, с тех пор, как мы с Кант’ом доставили тебя из родного поселения, чтобы ты прошла обряд Запечатления юной Вирент’ы.

– Ф’нор, ты ничем не лучше Ф’лара, – раздраженно бросила Лесса. – Имя дракона ты не забываешь, а вот его всадника…

– Как поживает Вирент’а, Брекка? – не обращая внимания на реплику Лессы, спросил Ф’нор.

Девушка неуверенно улыбнулась и многозначительно перевела взгляд на Манору, пытаясь отвлечь от себя внимание. На вкус Ф’нора она была чересчур худенькой, немногим выше Лессы, чей небольшой рост, впрочем, нисколько не умалял авторитет и уважение, с которым к ней относились. Тем не менее серьезное лицо Брекки, окаймленное темными вьющимися волосами, показалось ему привлекательным. Нравилась ему и ее подчеркнутая скромность. Ему стало интересно, как она ладит с Киларой, капризной и безответственной старшей госпожой Южного Вейра, но тут Лесса постучала по стенке пустого котелка.

– Только взгляни, Ф’нор. Внутреннее покрытие потрескалось, и мазь обесцветилась.

Ф’нор сочувственно присвистнул.

– Не знаешь, чем в кузнице покрывают металл? – спросила Манора. – Вряд ли я рискну использовать испорченную мазь, но и выбрасывать ее впустую нет желания.

Ф’нор наклонил котелок к свету. На тусклом покрытии виднелись тонкие трещины с одной стороны.

– Видишь, во что превратилось снадобье? – Лесса подтолкнула к нему маленькую плошку.

Обезболивающая мазь, обычно имевшая бледно-кремовый цвет, стала красновато-коричневой. «Довольно-таки угрожающая окраска», – подумал Ф’нор. Понюхав, он опустил в мазь палец и тут же почувствовал, как занемела кожа.

– Действует. – Он пожал плечами.

– Да, но что случится с открытой раной, если на нее попадет эта примесь?

– Твоя правда. Что говорит по этому поводу Ф’лар?

– Ф’лар? – Изящные черты Лессы исказила гримаса. – Он сейчас в Лемос-холде, выясняет, как идет работа у мастеров лорда Асгенара с листами из перемолотой древесины.

– Каждый раз, когда он нужен, его нет рядом, – усмехнулся Ф’нор. – Да, Лесса?

Она уже собралась ответить колкостью, сверкнув серыми глазами, но поняла, что Ф’нор ее попросту дразнит.

– Ты ничем не лучше, – с улыбкой заявила она высокому помощнику предводителя, столь похожему на ее возлюбленного.

Если общее происхождение от одного отца и наложило на этих двоих свой отпечаток – густые черные волосы, резкие черты лица, худощавые поджарые фигуры (Ф’нор был шире в кости, и казалось, будто на его скелете не хватает мяса), – они сильно отличались по характеру и темпераменту. Ф’нор, не склонный к самоанализу, относился к жизни намного проще своего сводного брата Ф’лара, который был старше на три Оборота. Лесса, иногда воспринимавшая Ф’нора как продолжение брата, порой подшучивала над ним и поддразнивала его – возможно, именно по этой причине. Впрочем, с ней многим было нелегко. Госпожа Вейра отличалась переменчивым нравом, к тому же Рамот’а суетилась над последней кладкой так, будто отложила яйца впервые в жизни, что еще больше раздражало Лессу.

Улыбнувшись в ответ, Ф’нор насмешливо поклонился, благодаря за комплимент.

– Что ж, я вовсе не против отправиться с вашим поручением к кузнецам. Мне сейчас полагается вести Поиск, а этим я могу с тем же успехом заняться в Телгар-холде. Думаю, Р’март не обидится: ему это несвойственно, в отличие от кое-кого другого из предводителей Древних Вейров. – Сняв котелок с крючка, он заглянул в него еще раз, обвел взглядом суетящихся вокруг женщин и покачал головой. – Я покажу ваш котелок Фандарелу, но, как мне кажется, у вас уже достаточно снадобья, чтобы намазать каждого дракона во всех шести… прошу прощения, семи Вейрах.

Ф’нор улыбнулся Брекке, которая вела себя до странности скованно. Более того, он не вполне понимал, почему молодая госпожа Южного Вейра варит снадобье в Бендене.

– Обезболивающей мази никогда не бывает слишком много, – живо возразила Манора.

– К тому же это не единственный потрескавшийся котелок, – в раздражении добавила Лесса. – И если нам снова придется собирать корни для снадобья, чтобы возместить испорченное…

– В Южном Вейре собрали второй урожай, – предложила Брекка и тут же смутилась, покраснев.

Лесса, однако, взглянула на нее с благодарностью.

– Я не собираюсь посягать на твои запасы, Брекка, тем более что Южному Вейру приходится нянчиться со всеми глупцами, не сумевшими увернуться от Нитей.

– Ладно, ладно, возьму котелок, – весело заверил их Ф’нор. – Но сперва мне хотелось бы чего-нибудь добавить к кружке кла.

Лесса удивленно моргнула и оглянулась на вход в пещеру, на косые лучи вечернего солнца.

– В Телгар-холде лишь недавно миновал полдень, – терпеливо объяснил он. – Вчера я весь день провел в Поиске в Южном Болле и совершенно запутался во времени… –