Империя Розы: сначала спасём вас, потом уже поработим - Тим Темный

глифа осыпались на пол. Ударная волна от лапы очередного колосса отбросила меня к ступеням возвышения, выбив рапиру из онемевших пальцев. Левое плечо пронзила тупая, выворачивающая боль от вывиха.

Мы стояли в кольце огня, крови и распадающейся смолы, выжатые до последней капли сил.

Но мы выиграли главное — драгоценные две минуты.

В центре зала Руби уже подняла руку к пробитому своду, замыкая контуры артефактов. Настало время нанести удар, против которого бессмертие было бессильно.

**POV:** Руби Роуз (Императрица Империи Розы)

**Дата и время:** 29 ноября, 80-й год После Великой Войны, 11:35

**Локация:** Тронный Зал цитадели Эвернайт, Земли Тьмы

Крики моих сестер и грохот рушащихся барьеров Вайсс слились в единый белый шум, отсеченный абсолютной концентрацией Силы.

Я не смотрела на разорванную плоть Салем, которая в очередной раз с шипением затягивалась черными смоляными жгутами. Ее бессмертие было биологической и магической константой, созданной богами. Бороться с ним клинками, пламенем или пулями было детской наивностью, на которую Озпин потратил тысячи лет бессмысленных жизней.

Я опустила «Кресент Роуз» и подняла левую руку к зияющему пролому в потолке.

На моем предплечье вспыхнул квантовый маяк наведения, спаренный с главным вычислительным комплексом станции «Эгида».

— Пенни, — мой голос прозвучал в комлинке без единого колебания. — Протокол «Абсолютный Ноль». Залп гравитационной линзой на полную мощность. Синхронизация с ядром Создания по моим координатам.

— Координаты захвачены, Владыка Роуз, — отозвался в наушнике чистый, лишенный эмоций голос Пенни. — Высота сорок километров. Ударный вектор зафиксирован строго по вертикали тронного зала. Время подлета луча — одна секунда.

Салем оскалилась. Вокруг ее ладоней закручивались вихри первобытного распада, черная смоляная волна поднялась за ее спиной на высоту десяти метров, готовая обрушиться и раздавить нас вместе с руинами зала.

— Ты не сможешь убить меня, девчонка! — взревела королева Гримм, и от ее крика задрожали вековые базальтовые плиты. — Ты превратишь это место в пепел, но я восстану из каждой частицы праха!

— Я знаю, — холодно ответила я, глядя прямо в ее горящие ненавистью глаза. — Поэтому я заберу у тебя само пространство.

*НЕБО РАСКОЛОЛОСЬ.*

Ослепительный столб ультрамаринового гравитационного луча толщиной в двадцать метров пробил облака, атмосферный барьер и тридцать уровней костяного шпиля цитадели тьмы за долю секунды.

Звука не было — гравитационная плотность луча была настолько чудовищной, что спрессовала сам воздух в абсолютный вакуум.

Луч ударил точно в возвышение с троном, накрыв Салем целиком.

Ее тело не распалось на атомы и не сгорело в пламени. Гравитационный луч «Эгиды», подпитываемый неисчерпаемой мощью Реликвии Создания, создал в радиусе десяти метров локальную гравитационную сингулярность с силой давления в десять тысяч атмосфер.

Кости Салем хрустнули, сжавшись внутрь.

Смоляные щупальца расплющило о каменный пол в тонкую пленку, а саму королеву Гримм вбило в базальтовый монолит, сминая ее плоть в неподвижный, спрессованный комок материи. Она пыталась регенерировать, но каждая новая клетка ее тела мгновенно раздавливалась гравитационным прессом чудовищной частоты, лишая ее возможности даже вдохнуть или пошевелить пальцем.

Ее магия захлебнулась в собственном бессилии перед непреодолимым физическим законом.

Гравитационный столб «Эгиды» с ревом отключился, оставив после себя оплавленную базальтовую чашу и звенящую тишину.

Салем попыталась вдохнуть. Ее расплющенные кости с отвратительным хрустом начали расправляться, черная смола потянулась к раздробленному черепу, восстанавливая мышечные волокна. Ее кровавые глаза с ненавистью впились в меня, а губы скривились в торжествующей усмешке — луч ушел, и она ждала новой атаки, чтобы снова поглотить ее и восстать из мертвых.

Она думала, что перед ней охотница с пушками и праховыми трюками.

Вайсс без сил осела на колени у разбитой колонны, ее Аура была выжжена до капли, пальцы не могли удержать даже рукоять рапиры. Янг и Блейк едва стояли на ногах, истекая кровью. Помощи ждать было неоткуда. Реликвия Знания молчала — ее вопросы иссякли на целое столетие вперед, а трогать Жезл Создания на орбите означало обречь всю Армаду на падение в бездну.

Но мне не нужны были древние духи и чужие костыли.

Я глубоко вдохнула раскаленный, пропитанный серой воздух и раскрыла врата Темной стороны внутри своего естества.

Вся ярость, вся боль предательств, холодный расчет каждого завоеванного города, смерть Синдер, реки крови в Вакуо и Мантле — весь этот накопленный концентрат ненависти и воли к абсолютному порядку вспыхнул в моих жилах черным пламенем. Мои серебряные глаза померкли, затягиваясь серным, хищным золотом истинного Владыки Ситхов.

— Твое бессмертие — твоя же гробница, Салем, — мой голос зазвучал не из горла, он прогремел прямо в ее разуме, как раскат потустороннего грома.

Я вскинула обе руки вперед, растопырив пальцы в черных латных перчатках.

Пространство вокруг Салем схлопнулось. Невидимые тиски Силы, в миллионы раз более плотные, чем орбитальный луч, сомкнулись на ее теле. Раздался оглушительный треск: ее восстанавливающиеся кости снова переломало в порошок, мышцы спрессовало в плотный узел, а легкие сплющило, не давая вырваться наружу ни единому звуку.

Но этого было мало. Ситхи древности не просто убивали плоть — они сковывали саму суть скверны.

Я обратилась к запретному искусству — **Ситхской Алхимии** и **Плетению Стазиса**.

Я вырвала из расплавленного базальтового пола сотни килограммов жидкого обсидиана, железа и проклятой смолы Гримм. Направляя потоки сырой Темной стороны сквозь расплавленный камень, я начала перестраивать его молекулярную структуру на лету. Металл чернел, напитываясь темными рунами изоляции, кристаллизуясь в нерушимый сплав, устойчивый к любой магии и первородному распаду.

*ТЕМНЫЙ САРКОФАГ.*

Черный алхимический монолит сомкнулся вокруг скованной Салем, слой за слоем заливая ее тело, конечности и лицо.

Она билась внутри своего угасающего разума, посылая ментальные вопли первородного хаоса, но я сомкнула пальцы в кулак, накладывая поверх сферы печати Силы. Я завязала этот узел на ее собственном бессмертии: чем сильнее ее плоть пыталась регенерировать и давить изнутри, тем сильнее алхимический саркофаг сжимался в ответ, запирая ее в бесконечном цикле боли и нулевой кинетики.

*ЩЕЛЧОК.*

Последний шов монолита спаялся.

На месте королевы Гримм осталась