Полыхающий рассвет - Лисса Соллей

– А то!

Ричард в восторге кинулся на шею Альберту. Это его сила, его магия! Он вовсе не бесполезен. Он ещё как полезен! Он может помогать кораблям плавать без ветра, он может крутить мельницы с мукой, он может сдувать пожары с лесов. Это может он – Ричард Фаус!

– Значит, если у меня есть такой дар, я могу быть шаманом? – Мальчик заглянул в глаза Ала, но не встретил там ничего, кроме недоумённого удивления. Ричард тут же сжался. – Альберт?

– К сожалению, это невозможно. – Салем подтянула ленту на хвосте.

– Почему? – Ричард попросился вниз, и Ал его опустил.

– Шаманами не могут стать те, в ком уже есть сила. Шаманы – люди, обладающие сильным ореолом и способные принимать силу извне. – Морганна присела на одно колено. – Но своей силы у них нет, за редким исключением потомственного шаманства, как у меня. Я могла проводить малые ритуалы лишь из-за того, что Ингихильд была шаманкой, как и её предки. И Тотра стала ею из-за этого.

– Значит, мне не стать шаманом, – заключил мальчик, совсем поникнув.

– А зачем тебе вообще им быть? Разве плохо быть чародеем? – Ал легко потрепал его по русым кучеряшкам.

– Вовсе нет. – Ричард сжал ручки в замок перед собой. – Просто я подумал, что… было бы славно, если бы у меня был верный друг, как у сударыни Ингихильд. Который будет со мной всегда и в любую минуту, будет ждать, даже если я просплю несколько лет. И… всегда будет мне рад. Это мне кажется хорошим.

Альберта больно кольнуло внутри, и он отступил. Морганна выдохнула и крепко обняла ребёнка.

– У тебя будут самые лучшие друзья. И они обязательно будут тебя любить.

– Отчего же «будут»? – Салем громко рассмеялась. – Вон, уже, – она кивнула в сторону поселения, – все кусты обшуршали, ждать не могут.

– Не можем! – Джон ловко перемахнул через зелень, а Шанти её обошла. – Ричард только начал учиться, а ты, наставница, долго его держишь! Мы уже должны играть! – Он схватил мальчишку за руку и выдернул из рук Морганны. – Побежали скорее, пока ещё учиться не заставили!

Секунда – и снова ребята пропали в листве, только уже втроём, вызвав смешок Салем. Правда, из-за деревьев тут же их вытащил Виктор, пытаясь отдышаться.

– Что случилось? Разве вы не должны были с Каем ждать Астру около истока Нех-Те? – Чародейка сложила руки на груди.

– Должны, но… – Он откашлялся. – Аманда Рэй мертва! На Эльдербаш напали!

XXII. Маскарад

Человек меньше всего похож на себя, когда говорит от своего имени. Но дайте ему маску – и он расскажет всю правду.

О. Уайльд

Морганна тут же развернулась и, перемахнув через зелень, понеслась к реке. По Нех-Те уже плыли кровавые разводы, и Хель оставалось только молить духов о том, чтобы Кай остался жив. К счастью, Альберт заприметил его раньше, чем ведьма смогла ударить его сзади. Его стрела попала точно в цель, пробив чужое плечо насквозь. Битва уже переместилась в поселение, и Морганну поистине устрашала скорость наступления. Не было секретом, что чародейки не терпят битв и потому стараются селиться тайно, но только проклятые могли так беспардонно разрушить царившее здесь спокойствие.

Пробегая мимо Великого Древа, женщина чуть не вскрикнула – тело Аманды, главы Долины Рэй, безобразно лежало посреди комнаты с раскромсанной грудью. Хватило бы и одного удара, да только было видно, что наёмница вошла во вкус от своей безнаказанности. К слову, возмездие всё же пришло от рук Морганны, на которую ведьма выпрыгнула с ветки. Приземлилась неудачно – на острие меча. Скинув тело вниз, Хель продолжила путь к южному концу ущелья.

Только сейчас она заметила, как быстро небо затянуло тяжёлыми, многослойными облаками, из которых вот-вот должен был пролиться дождь, наполнив землю сыростью и холодным влажным туманом. Он плавно заструился, за несколько мгновений окутав всё вокруг. Воздух пропитался магией, носящейся в хаотическом вихре, где все стихийные заклятия торжествуют свою волю. Молнии стали непрерывно рассекать небо, озаряя стены ущелья пугающими бликами и тенями, которые, казалось, жили своей собственной жизнью.

Земля содрогнулась от ударов магических волн, отчего под ногами побежали огромные трещины и разломы. Они, словно раны, нанесённые древнему и величественному телу Эльдербаш, растянулись в длину. Поднявшийся ветер завыл и застонал, беспокойно скитаясь от стены к стене. В этом гуле Морганна едва ли различала свои шаги, что уж говорить о том, что ни брата, ни Салем с Нишантом она не слышала и не видела.

Нападение было очень хорошо спланировано. А ведь узкие, извивающиеся отроги скал, поднимающиеся высоко в небо, чьи вершины сейчас скрылись в клубах тумана, разделяли мир здесь на два: верхний и земной, невидимый и тайный. Колоссальная величина гор вызывала трепет и уважение перед силами, сотворившими этот природный лабиринт. И теперь он покрылся уродливыми шрамами битвы.

Пробежав ещё немного, Хель упёрлась в земляной свод и только теперь заметила макушку брата где-то позади, появляющуюся среди мигания света. Постаравшись получше приглядеться, Морганна на ощупь обошла стену и наконец-то нашла дорогу: широкая и извилистая тропа, устланная гладкими камнями, вела вглубь поселения. В воздухе появился едва уловимый аромат мха и влажных листьев – запах стихийной магии.

Поднявшись чуть выше, Морганна заметила напавших. Сквозь туман едва можно было разглядеть весь происходящий хаос. Но теперь стали видны фигуры ведьм и чародеек, каждая из которых отчаянно старалась одолеть противницу. Обычно царящее здесь спокойствие испарилось, а вместо него всё заполнилось магией. Воздух вибрировал от заклинаний, которые, словно молнии, раскалывали небо и землю, осыпая ущелье каскадом сверкающих искр.

Лица ведьм, искажённые от садистического удовольствия, то и дело мелькали сквозь пелену тумана. Они не были полны гнева или решимости, в их глазах горело лишь одно желание – причинить как можно больше страданий и оставить умирать в агонии. Хель даже не знала, куда ей сунуться, но добрая проклятая радушно подсказала, напав с кинжалом со спины.

Морганна оттолкнула её локтем от себя и тут же с силой замахнулась, успев ранить её в плечо. Зарычав от боли, ведьма отпрыгнула и призвала воздушный вихрь, едва не теряя равновесие от нарастающего потока энергии, который жаждал вырваться наружу. Ветер вырывался из её руки и с каждой секундой становился всё более гневным. Она подняла ладонь, и её пальцы зашевелились, как змеи, готовые к атаке. Хель не стала ждать и сделала выпад, тут же отшатнувшись назад.