Для тебя бессмертный - Сим Симович

Из пыли вырвался таран.

Щит Виктора, обитый истертой кожей и железом, врезался в строй защитников. Звук удара был мокрым, хрустящим. Первый сарацин, легковооруженный лучник, даже не успел поднять скимитар. Удар щита в грудь смял его ребра, вдавив их в легкие. Тело отлетело назад, сбивая с ног задних, превращая стройную шеренгу в кегельбан.

Виктор не остановился. Инерция — его главное оружие. Нельзя давать им опомниться.

Фальшион в правой руке описал широкую дугу. Тяжелое лезвие, заточенное как бритва, встретило сопротивление. Ткань, кожа, мясо, кость. Рука врага, державшая копье, отделилась от тела в локте. Фонтан крови брызнул на шлем, заливая визор красным.

Крик. Высокий, тонкий, похожий на визг свиньи на бойне.

— Вперед! — рев Виктора заглушил крики. — На стену!

За спиной, по мосту, уже грохотали сапоги штурмового отряда. Люди, подгоняемые страхом и яростью, сыпались на парапет, как горох из мешка.

Но здесь было узко. Стена Проклятой Башни имела ширину всего в пять шагов. Слева — пропасть внешнего рва. Справа — внутренний двор цитадели, где уже собирались резервы мамлюков.

Бой превратился в давку в коридоре.

На Виктора навалились сразу трое. Щитоносцы. Тяжелая пехота гарнизона. Круглые щиты, длинные копья, кольчуги двойного плетения. Профессионалы.

Они не паниковали. Они слаженно ударили копьями, целясь в сочленения доспехов — в пах, в подмышки, в шею.

Укол в бедро. Острие скользнуло по набедреннику, разодрав ткань, но сталь выдержала.

Укол в плечо. Щит принял удар, дерево затрещало.

Укол в шею.

Виктор дернул головой. Наконечник копья прошел в миллиметре от горла, оставив на коже царапину.

Руна под воротником вспыхнула холодом. Регенерация мгновенно затянула порез, не дав пролиться и капле крови.

Зверь действовал быстрее мысли.

Левая рука отпустила ремень щита. Щит остался висеть на локте. Ладонь перехватила древко копья, метившего в горло.

Рывок на себя.

Владелец копья, не ожидавший такой силы, полетел вперед, прямо на Виктора.

Встречный удар лбом. Шлем в лицо.

Хруст переносицы был слышен даже в общем гвалте. Сарацин обмяк. Виктор использовал его тело как живой щит, толкнув на остальных.

Фальшион работал как молот. Удар сверху вниз. Рассечь шлем. Расколоть череп.

Второй пехотинец рухнул.

Третий замешкался, увидев судьбу товарищей. В его глазах отразился ужас — он понял, что перед ним не человек.

Эта секунда колебания стоила ему жизни.

Виктор пнул его в колено. Сустав выгнулся в обратную сторону с сухим щелчком. Воин упал, открыв шею. Фальшион закончил дело коротким, экономным движением.

Плацдарм расширялся. Пять шагов. Десять.

Сзади подпирали свои.

— Держись, Крид! — хриплый голос Бертрана. Сержант был уже рядом, его меч был красен по рукоять. — Дави их, сук!

Но враг не собирался сдавать башню.

С верхней площадки донжона посыпались камни. Не огромные глыбы из катапульт, а булыжники размером с кулак, которые защитники швыряли руками. Примитивно, но эффективно.

Камень ударил Виктора в плечо. Боль. Тупая, ноющая. Кость выдержала, но мышцу засушило.

Второй камень попал в шлем. Звон в ушах. Мир на секунду поплыл, раздваиваясь.

Сквозь звон пробился крик.

— Виктор! Помоги!

Жан.

«Крыса» застрял у самого края моста. Его прижали к зубцу стены. Огромный мамлюк с двуручным топором заносил оружие для удара. Жан закрывался щитом, но щит был щепой против такой тяжести.

Виктор был в трех шагах. Между ними — свалка. Свои, чужие, трупы под ногами.

Пройти нельзя.

Можно проломить.

Виктор отбросил свой щит. Он только мешал в этой тесноте. Взял фальшион в две руки.

Разворот корпуса.

Удар плашмя по спине своего же солдата, мешающего проходу.

— Прочь!

Солдат отлетел. Путь свободен на секунду.

Виктор рванулся вперед. Прыжок.

Мамлюк уже опускал топор. Лезвие шло вертикально вниз, целясь разрубить щит и череп Жана.

Виктор не успевал ударить.

Он успел подставить плечо.

Левое плечо, защищенное только стеганым гамбезоном и кольчужной вставкой.

Удар.

Топор врубился в плоть. Кольчуга лопнула, звенья впились в мясо. Лезвие дошло до кости, застряло в ключице.

Боль вспыхнула белой сверхновой. Мир стал черно-белым.

Жан взвизгнул, увидев, как топор вошел в тело его защитника.

Мамлюк оскалился, пытаясь выдернуть оружие для второго удара. Топор застрял. Кость держала лезвие крепко.

Виктор не упал.

Он посмотрел в глаза врагу. В упор.

Зрачки Виктора заполнили весь глаз. Голубая бездна.

— Мое, — прорычал он.

Левая рука Виктора схватила древко топора. Удержала. Не дала выдернуть.

Правая рука с фальшионом снизу вверх. Под ребра. В незащищенный бок, где пластины доспеха расходились при замахе.

Лезвие вошло по самую рукоять. Виктор провернул клинок внутри.

Мамлюк захрипел. Его пальцы разжались, отпуская топор. Он осел, глядя на Виктора с удивлением. Как может стоять человек с разрубленным плечом?

Виктор выдернул фальшион. Тело врага рухнуло под ноги.

Топор все еще торчал в плече Виктора. Рукоять дрожала.

Кровь текла ручьем, заливая левый бок.

Жан смотрел на это, открыв рот.

— Ты… у тебя топор…

— Вытащи.

— Что⁈

— Вытащи! Сейчас! — рев, полный боли и ярости.

Жан, трясясь, схватился за древко обеими руками. Уперся ногой в бедро