Люби смерть - Стелла Так

– Если выберешь этот путь, то спасешь своего друга.

В следующее мгновение возникла еще одна нить, но уже другого оттенка.

– Выберешь этот – обретешь покой. Монстры утихнут в твоей голове, и ты снова сможешь чувствовать свет, энергию и тепло, которых тебе так не хватало. Больше не надо будет убегать от себя, Крэйн Парацельс. Эта нить – путь к твоему спасению.

– Как…

Возникла и третья нить, которая, как и предыдущие, слегка подрагивала, напоминая натянутую струну на ветру. Их флуоресцентный свет освещал лицо йокая.

– Выберешь эту – спасешь человечество.

– Значит, мы убьем Люцифера?

Паук вздохнул.

– Выбрав этот путь, ты займешь место, которое давно ждет тебя. Мир не станет лучше, но и не будет уничтожен. Каждая из трех нитей предлагает тебе разные дороги, но каждая из них связана с великой потерей.

– Естественно, – пробормотал я, с каждой секундой жалея, что вообще поперся в темноту для спасения друзей, которых тут не было! Кому они вообще нужны, эти друзья?

Я молча таращился на каждую из нитей, потом с трудом сглотнул и спросил:

– А что, если мне не нравится ни один из этих путей?

– Тогда ты останешься здесь, со мной.

– О, да ладно, чувак, ты шутишь?!

– Вы вызвали меня, чтобы я указал вам путь. Именно это я и делаю с каждым, чья нога ступает в мои владения.

– А раньше предупредить об этом нельзя было?

Дзерогумо уставился на меня – я буквально чувствовал, как он пожирает меня взглядом. Я вздохнул, дотронулся до одной из нитей – та вспыхнула ярче, и по жилам пробежало колючее тепло.

– Нет ли четвертого варианта? Чтобы и Зэро спасти, и мир? – тихо спросил я.

– Нет. Придется выбирать: либо одно, либо другое, – просто сказала Дзерогумо.

– Я не могу бросить Зэро, – прошептал я, и внутри все сжалось от боли. – Без Зэро я совершенно потерян в этом мире.

Первая нить вспыхнула ярче остальных.

– Тогда следуй за нитью – и спасешь друга, – сказал Дзерогумо.

Я так сильно закусил губу, что почувствовал вкус крови, протягивая руку к светящейся нити. Пальцы дрогнули.

– Крэйн?.. – мне показалось, будто я слышу голос Зэро, зовущий меня, и вдруг глаза предательски наполнились слезами.

– Зэро? – тихо позвал я, и свет стал теплее. Руки мои затряслись.

– Мне так жаль, Крэйн, – прошептал голос.

Я представлял, как он страдает от того, что стал оболочкой Люцифера. Мой добрый, ранимый, слишком мягкий друг, в котором таилось чудище. Я знал: Зэро сделал бы для меня что угодно. Вопрос был в том, готов ли я на то же ради него.

Когда моя рука приблизилась к светящейся нити, та невероятно нежно обвилась вокруг моего указательного пальца, и голос Зэро в голове стал громче. Я дернулся назад, нечаянно задев тыльной стороной ладони вторую нить.

– Нееееет! Помогите!

Я резко поднял голову.

– Лиф? – мои слова растворились в бесконечном эхо.

– Ты это слышал? – спросил я у Дзерогумо, но тот лишь смотрел на меня с равнодушным любопытством.

Я снова потянулся ко второй нити – и голос Лиф раскатился громовым эхом в темноте, заставив меня буквально подпрыгнуть на месте.

– Крэйн! Пожалуйста… помоги мне. Так больно… так больно…

– Лиф? Черт! – я резко развернулся. – Что это за хрень?

Демон лишь пожал плечами и проговорил:

– Лишь эхо будущего. Звук застревает в сетях, как капли росы, и находит путь к тебе.

– Крэйн, прошу, не бросай меня… – шепот Лиф заполнил окружающую нас тьму, а ее рыдания стали единственным звуком в бесконечной пустоте.

– Чччерт.

Я крепко схватился за нить и приготовился бежать. Плач Лиф с каждым вдохом становился все больше похожим на рев десятков голосов. Там была не только Лиф, но и Фалько. Рев звучал как крики матери, когда ее избивал отец. Он звучал как крики маленького мальчика, который умоляет выпустить его из игровой. Он звучал как стук кулаков моего брата по железной двери. Он звучал как Зэро. Как Ямамото. Как Директор Гейл. Как Морфеус. Как Меропа. Они все кричали, умоляли меня спасти их.

Крэйн!

Крэйн?

Крээээээйн!

Крэйн…

Крэйн…

Особо не задумываясь, я схватил нить и побежал навстречу десятку голосов. Фигура Дзерогумо исчезла в темноте. Последнее, что я видел, были его глаза, вспыхнувшие в сотни раз ярче, прежде чем я оказался в кромешной темноте, ведомый одной лишь нитью. Слишком поздно я заметил, что веревка вокруг меня была перерезана.

38

Лор

Демоны 4-го уровня – Охотники

Нэкомата. Кошачий демон. Самой чудовищной разновидностью бакэнэко является двухвостый вариант, известный как нэкомата. Они распространены в городах и деревнях и рождаются так же, как и другие бакэнэко. Однако только самые старые, крупные кошки с самыми длинными хвостами – а значит, и с самым высоким интеллектом – становятся представителями этого могущественного вида.

Когда нэкомата превращается в йокая, ее хвост разделяется надвое. Этих кошек-монстров чаще всего можно увидеть разгуливающими на задних лапах и говорящими на человеческом языке.

– Лиф?

Мой голос звучал глухо, будто звук исчезал практически моментально. Я ходил кругами в этой сраной темноте.

– Лиф!

Да где же она?! То идет как улитка, то исчезает из виду быстрее, чем реактивный самолет. Она была всего на шаг впереди меня, прежде чем влетела в эту бесцветную комнату. Было ощущение, что комната поглощала все, включая свет. Включая меня… и Лиф.

– Что происходит? – сердито я фыркнул в темноту.

Я так и знал, что надо было йокаям посворачивать шеи. Но нееет! Мы друзья, у нас все отлично! А теперь мы с Лиф застряли в темной дыре жопы йокая. Теперь я не вижу ни выхода, ни Лиф. Просто потрясающе!

Я устало потер виски и сел на пол. С недавних пор Фалько решил выселить меня из своего тела, а потому меня то и дело накрывала жуткая мигрень.

– Не-не-не, приятель. Я никуда не уйду, даже если мне придется грызть по десять килограммов ибупрофена в день.

– Ты и дня не проведешь спокойно в моем теле. Я тебе это гарантирую.

– Какой же ты противный! Прекрати вести себя как девчонка и помоги мне выбраться отсюда. Я ненавижу эти выходки йокаев. Говорю тебе, они худшие из демонов. Ни разу еще не было, чтобы какая-нибудь история с их участием закончилась хорошо.

– А как бы ты хотел, чтобы все закончилось? – прошептал голос за спиной.

– Вашу ж мать! – от испуга я взвизгнул и вскочил на ноги так быстро, что чуть не вывихнул себе колени. Я стал кружиться во все стороны. – Эм, Эм-Джей, это ты? Я не хочу показаться невежливым или некультурным, просто из твоей спины торчат отвратительные волосатые лапы, а еще с излишком глаз тоже придется поработать. Но ты не переживай, мы с Лиф разберемся со всем. Мы… я… Я знаю очень классного хирурга в Корее. Он из тебя мигом конфетку сделает!

Парень склонил голову и посмотрел на меня явно нечеловеческими глазами.

– Ты слишком много мелешь языком. Тебе когда-нибудь говорили об этом?

– Да, за исключением времени, когда я был насильно заключен в тело глухонемого,