Люби смерть - Стелла Так

каблучках и исчезла из виду. Я вопросительно посмотрел на Морфеуса, тот лишь пожал массивными плечами. Вскоре Меропа вернулась с длинной веревкой в руках, которую ловко завязала мне на бедрах.

– Тебе бы одеться, – пробурчала она, разглядывая мою грудь.

Я ухмыльнулся и промурчал:

– А раньше у тебя не было проблем с моим обнаженным торсом.

– Раньше ты не трахался с Лиф Янг, – прорычала она, крепко фиксируя узел.

– Это что, ревность?

– Скорее отвращение.

– Вам всем надо дать Лиф шанс.

Она бросила на меня язвительный взгляд.

– Я все еще считаю эту идею самой глупой за время создания общества. До сегодняшнего дня она не приносила нам ничего, кроме смертей и катастроф. Мое мнение неизменно, и я не собираюсь давать шанс тому, кто бесполезен. Она не экзорцист, и даже будучи демоном палец о палец не ударила.

– Может, она была бы полезной, если бы смогла хоть чему-то обучиться – тому, через что мы прошли все. А пока все только и делают, что плюются ядом на того, у кого даже не было времени научиться быть экзорцистом, – сказал я.

С одной стороны, мне действительно была понятна неприязнь Меропы, но я также понимаю, что все обвинения в сторону Лиф неоправданны. У нее не было времени осознать свои способности.

– Она недееспособна.

– Меропа, никто не научится писать, если ему только и будут говорить, что он не умеет писать. Кто-то должен научить ее хотя бы капле того, что умеем мы. Вместо того чтобы попусту осуждать ее, лучше бы попыталась научить ее хоть чему-нибудь.

Меропа поджала губы и отошла от меня на шаг. Подняв веревку, она проговорила:

– Иди. Дерни три раза, и мы тебя вытащим.

– Спасибо.

– На, держи. На всякий случай, – пробормотал Морфеус, сунув мне в руку серп.

Я проверил балансировку оружия, несколько раз перекрутив серп между пальцев. Лезвие идеально сбалансировано – Морфеус всегда был мастером своего дела.

Криво усмехнувшись обоим, я развернулся и переступил через порог комнаты.

Я знал это помещение как гостевую, поскольку провел здесь немало ночей. Но едва я сделал шаг внутрь, густая тьма поглотила меня, словно комната внезапно расширилась до бесконечности. В одно мгновение исчезло все: ни потолка, ни стен, ни даже пола под ногами. Не ощущай я твердую поверхность босыми ступнями, готов был поклясться, что пола не было.

Напряженно продвигаясь вперед, я держал серп наготове и все время ожидал наткнуться на одну из стен. Но стены не было. Казалось, само помещение растворилось в небытии.

Я прислушивался так внимательно, что уши буквально горели от напряжения. За годы работы экзорцистом я сталкивался с вещами и пострашнее, но эта ситуация определенно входила в пятерку самых жутких.

Еще один осторожный шаг – и наконец я услышал звуки.

Щелчки. Сухое шуршание.

Словно тысячи насекомых роятся вокруг. Тот самый звук, что я слышал в святилище.

– Эй? – мой голос теряется в темноте, возвращаясь искаженным, многоголосым эхом.

Щелчки вокруг учащаются. На автомате проверил веревку на поясе – она на месте.

– Лиф? Лор? Ямамото?

Я чувствовал себя полным идиотом, кричащим в пустоту. С тяжелым вздохом остановился.

Мне надоело бродить тут, как последнему дураку в доме с привидениями.

Я выпрямился во весь рост и негромко произнес:

– Хватит игр, Дзерогумо. Ты прекрасно знаешь, что я здесь. Может, хотя бы включишь свет?

– В тебе нет ни капли уважения, Крэйн Парацельс, сын Интенданта, – эхом отозвался мой же голос, вот только звучал он более тускло.

Что-то ударило меня по голове. Когда я поднял голову, то увидел лицо Эм-Джея Янга с ярко-голубыми глазами. Длинные паучьи лапы скрывались за его спиной, и они бесшумно опустились передо мной.

Эм-Джей Янг был выше меня, а мышц у него было столько – в жизни бы не съел столько белка. Не было бы паучьих лап у него за спиной, я бы ему позавидовал.

– Как я вижу, процесс прошел успешно. Надеюсь, с пареньком Эм-Джеем все в порядке и он не страдает арахнофобией? – поинтересовался я, увидев широкую улыбку йокая, обнажавшую острые, как бритвы, зубы.

– У Эм-Джея все будет в порядке. О его измученном разуме я позабочусь. Перестань беспокоиться за других, Крэйн Парацельс. Лучше задумайся о своей собственной судьбе, потому что ты важная фигура в этой партии. Окажись ты не в том месте, и все пойдет не так.

– Есть у меня способность – оказываться там, где не надо, – сухо ответил я, не отрывая взгляда от паука, который ходил вокруг меня как хищный зверь. Его длинные лапки подрагивали, словно пытались ощупать все вокруг. Когда одна из лапок коснулась моей щеки, я невольно сделал шаг назад.

– Где Лиф и остальные? – спросил я, медленно поворачиваясь вместе с демоном, как в танце.

– Инари желала, чтобы я помог этому миру. Это именно то, что я сейчас сделаю. Моя задача – следить за нитями судьбы. Они вокруг меня. Их так много. Я вижу, по каким нитям вы решаете идти, через какие уже прошли. Я вижу, что произойдет, если нити соединить или разделить. Вы все здесь ради судьбы. Я помогу им всем, но сейчас речь не о них, а о тебе, Крэйн Парацельс. Каким путем ты пойдешь?

Йокай подошел так близко ко мне, что я мог видеть сморщенное, словно шишка, лицо. На меня уставился десяток голубых круглых глазенок, выросших из лица. Казалось, что каждый из них смотрел в другую сторону.

– Фу, как отвратительно, – я не мог сдержать отвращение, но Дзерогумо лишь еще шире улыбнулся и встал ближе. Так близко, что я видел мерцающий голубой туман в его глазах, будто они были стеклянными шариками.

– Поведай мне, какой путь ты выберешь, Крэйн, и я укажу тебе дорогу.

Я раздраженно моргнул, а затем признался:

– Знаешь, когда Дзен Кицунэ позвала тебя, я думал, что ты будешь обычным шаром для гадания на восьми ножках.

Раздражение скривило лицо паука, и одна из его лап метнулась вперед, к моей пульсирующей сонной артерии. Стоит мне не так повернуть голову, и он перережет мне горло.

– Не испытывай мое терпение, сын Интенданта. Впереди еще много работы, а времени… очень мало. Поведай мне о пути, который ты выберешь, а я укажу тебе дорогу.

– Ну… – я задумался. – Какой, эм… путь выберут остальные?

Дзерогумо внимательно рассматривал меня.

– Неважно. Важно лишь то, какой путь выберешь ты. Тогда станет ясно, достижима ли ваша общая цель или нет.

– Просто замечательно, – пробормотал я, а затем поднял руки. – Знаешь что, мне известно, что нет никакой судьбы и тем более нитей. Я свободный человек и сам волен решать, куда мне…

– Ты хочешь спасти своего друга Зэро? – перебил меня йокай.

Слова застыли у меня на губах. Сердце сжало в тиски, и я чуть не пискнул:

– А могу?

Одна из лап Дзерогумо отодвинулась от меня, и внезапно между нами пролетела сияющая синяя нить. Казалось, ее начало шло из бесконечной тьмы, в дали которой