Люби смерть - Стелла Так

– Мне не нужны предсказания демона, – отмахнулся я от демона-паука.

Но, похоже, его это не особо волновало. Глаза его дернулись, и что-то золотисто-мерцающее пролетело по воздуху.

Инстинктивно я отпрянул назад, готовый разорвать эту штуку на куски своими несуществующими руками, но мерцающий объект просто замер передо мной.

– Я здесь, чтобы помочь тебе выбрать свой путь, Фалько Чепеш. Выберешь этот путь – вернешь свое тело и место среди экзорцистов. Этот путь даст тебе контроль над собой и своей жизнью.

Нить мерцала передо мной как приманка на крючке. Я инстинктивно сделал еще шаг назад и бросил подозрительный взгляд на йокая.

– Как ты вообще можешь такое обещать?

– Я лишь демонстрирую пути, которые могут привести тебя туда. Выбирать, идти и проживать их придется тебе самому, – загадочно ответил он.

Прежде чем я успел что-то возразить, ко мне подплыла еще одна нить. Она извивалась в воздухе прямо перед моим лицом.

– Выбрав этот путь, ты исполнишь свое предназначение и воссоединишься с семьей. Ты получишь больше силы, чем когда-либо имел любой человек, и найдешь покой среди хаоса, которого так долго боялся.

Его слова растворились в легком ветерке, обдувшем меня.

– Ты врешь.

– Фалько!

– Мама? – слова сорвались с моего языка, и я протянул руку к нити, загоревшейся так ярко от прикосновения подушечек пальцев, что на секунду я ослеп.

– Фалько, мой дорогой мальчик, как же я скучаю по тебе. Скорее иди к нам. Твоя семья тебя ждет. Мы любим тебя. Будь с нами… там, где тебе место. Твой отец и я – мы всегда желали тебе только добра.

Меня пронзила дрожь, хотя я ничего не хотел сильнее, чем схватить эту нить и следовать за ней, пока обещанное не станет явью. Пустота, ярость и скорбь сдавили горло так, что я едва мог дышать.

– Есть еще один путь, – прошептал демон, и новая нить медленно подплыла ко мне.

Она обвилась вокруг меня, шевеля волосы, словно любопытный ветерок, заблудившийся во тьме. – Этот путь потребует великой жертвы, но перепишет твою судьбу заново. Ты можешь стать оружием, которое все исправит, или спасением, которое все искупит. В одном твои родители были правы, Фалько. Ты – особенный. Твоя сила велика, а поскольку смерть над тобой не властна, она будет течь в тебе вечно. Выбрав этот путь, ты сможешь использовать вечность, чтобы спасти тех, кто тебе дорог.

Нить затанцевала передо мной, и я услышал шепот – такой тихий, что его едва можно было разобрать.

– Эй, ты…

– Лиф… – имя сорвалось с губ как молитва. Ноги подкосились, и я рухнул на колени. Ее голос шептал мне:

– Конечно, я приду к тебе. Всегда.

– Выбирай, Фалько Чепеш, – прошептал Дзерогумо, растворяясь в темноте и оставляя меня наедине с моей судьбой.

40

Лиф

Демоны 4-го уровня – Охотники

Онмораки. Птицеподобные монстры с черными перьями, яркими, светящимися как фонари, глазами и жутким, имеющим человеческие черты, лицом. Считаются искусными подражателями. Когда они встряхивают своими перьями, то издают пронзительный ужасающий крик. Дальние родственники Черных Птиц / Ночных Воронов.

– Эм-Джей? Эм-Джей, где ты?!

Мои крики разносились эхом в темноте. Я крутилась вокруг собственной оси, как заводная игрушка.

– Лор?!

Я была уверена, что этот демон стоял на шаг позади меня. Когда я сделала шаг в комнату Эм-Джея, то все исчезло! Просто пуф!

Ох, как же я ненавижу, когда все делает «пуф»…

– Неужели это снова трюки экзорцистов, про которые мне никто не рассказал? – сказала я, делая шаг вперед. Этот шаг нисколько не отличался от предыдущего. Словно мир растворился или никогда не существовал… словно…

– Я что, умерла? – вырвалось у меня.

– Не беспокойся, ты не умерла. По крайней мере, пока. Твое будущее будет зависеть от пути, который ты выберешь, – прогремел голос из темноты. Он звучал повсюду.

Я так сильно перепугалась, что поперхнулась слюной и закашлялась.

– Аааа! Лор! Это ты? Это не смешно! Не пугай меня так!

Раздался тихий вздох, а затем вновь голос:

– Я не Лор.

Я стала напряженно вглядываться в темноту перед собой, пока не увидела фигуру, от силуэта которой у меня чуть не остановилось сердце.

– Эм-Джей! – буквально провизжала я. Мои ноги сами побежали, а руки обняли брата так крепко, что мне самой было трудно дышать. Он был таким высоким и мускулистым, что я цеплялась за него как мартышка. – Господи, ты в порядке, господи…

Я не говорила – я выла; выла, рыдала, всхлипывала, так что я не была уверена, понимал ли Эм-Джей хоть слово, произнесенное мной.

– Прости меня, ох, прости меня. Прости, что меня не было рядом. Прости, что не могла защитить тебя. Забудь все, слышишь? Все, что ты видел и слышал, хорошо? Ничего этого не было. Я потрачу гору денег на психолога – нет, психотерапевта – и все будет в порядке…

– Лиф…

– Как только ты восстановишься, то, прошу тебя, не ненавидь меня, хорошо? Хотя, кого я обманываю, это невозможно. Прости меня, Эм-Джей. Прости, прости, прости, прости…

– Лиф!

– Я знаю, что никогда не смогу заменить Боба, но я позабочусь о тебе. Если ты захочешь остаться со мной, то я…

– Лиф! – брат так громко прикрикнул на меня, что несколько локонов волос у меня отлетели назад. Я шмыгнула носом и посмотрела на брата глазами, полными слез.

– Да?

Мой брат смотрел на меня сверху вниз. Слишком большим количеством глаз.

– Ооо… эти глаза. Не переживай, я люблю тебя даже с лишними, и, может, мы достанем тебе повязку. Или двенадцать? Можно спросить йокаев – они говорили что-то про гармонию с собой. Потом расскажу.

Брат вздохнул и снял меня с себя, будто я невесома.

– Я – Дзерогумо, паук-демон, а не твой брат, – произнес он медленно и четко, словно объяснял ребенку.

– Ты… – заговорила я, но тут разглядела, что именно держит меня. Это была длинная, острая паучья лапа. – Аааа!

В отвращении я замахала руками, и Дзерогумо тут же бросил меня, так что я шлепнулась на пол, едва не сломав копчик.

– Твою ж мать! – выругалась я, потирая пятую точку и глядя на демона. – Ты зачем здесь? Где мой брат? Дзен Кицунэ сказала, что ты не тронешь его! И что за мерзкие глаза и лапы? Ты вообще представляешь, каково быть подростком? Как он теперь пойдет обратно в школу?!

Я поднялась на ноги, а демон явно озадаченно моргнул всеми глазами и отступил на шаг.

– Это определенно утомительнее всего, что я когда-либо делал, – пробормотал он.

– Да ты и не узнаешь, что такое усталость, пока не оставишь моего брата в покое! – закричала я, бросаясь вперед.

Паучья лапа метнулась ко мне и прижалась к груди, удерживая на большой дистанции, пока я пыхтела и пыталась подбежать к нему.

– С твоим братом все в порядке. Я позабочусь о нем.

– Позаботишься?! Как это?

– Его душа повреждена, но я помогу ему с путем. Сейчас тебе нужно выбрать