Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

– Как вы смеете так со мной обращаться? – шипела женщина, сверкая глазами. – Император этого просто так не оставит!

Но, несмотря на ее гневный настрой, я видел – она боится.

Страх был виден по дрожащим губам, в нервном подергивании пальцев, в том, как она то и дело облизывала пересохшие губы. Зея Торк была напугана до смерти.

– Нет смысла сопротивляться и врать, – сказал я спокойно. Голос звучал ровно, хотя внутри все кипело от желания разорвать ее на клочки. – Так ты только ухудшишь свое положение и добавишь себе неприятных минут.

Нужно действовать тоньше. Использовать эту ситуацию во благо.

– Я хочу видеть его величество! – выкрикнула женщина, вскидывая подбородок.

– Кто ты такая, чтобы просить встречи с императором? – усмехнулся я, давя на ее болевые точки. А они были мне прекрасно известны. – Простая распорядительница дворца. Женщина, которая следила за хозяйством.

Торк взвилась.

Ругательства полились рекой – грязные, изощренные, полные такой ненависти, что захотелось поставить защиту. Она кричала о своем положении, о годах службы, о том, что я никто, выскочка, кровавый пес…

Я слушал молча.

Мне нужно было признание. И я хотел получить его не под давлением. Так оно будет более ценным.

Когда она выдохлась, я заговорил снова:

– Ее высочество уволила тебя за неподчинение приказу. И ты решила, что можешь покуситься на наследницу престола.

Подчиненные записывали все на артефакт. Камешки мерцали тусклым светом, фиксируя каждое слово. Последняя магическая новинка нашего времени. Мало кто о ней знал.

– Остаться во дворце ты могла лишь, устранив ее высочество. – Я сделал шаг ближе. – Но она хорошо охранялась. Магией ее не взять. Яд служанка бы не пропустила. Да и во дворце никто не был готов рисковать ради женщины, потерявшей свое положение.

Я усмехнулся:

– За годы службы ты нажила массу ненавистников. И ты решилась на самый глупый поступок из возможных – наняла убийцу.

– Это не я! – Голос женщины сорвался на хрип. – Я любила ее высочество…

Ложь. Такая откровенная, что не нужно быть специалистом, чтобы это понять.

– Ты лжешь, – оборвал я. – И твой наемник уже дал показания.

Торк замолчала. В глазах мелькнуло что-то похожее на обреченность.

– Нищие не могут себе позволить нанять хорошего убийцу, – добавил я. – Поэтому ты здесь.

Она снова взорвалась руганью.

Интересно, на что она рассчитывала? На императора? Тому уже доложили об аресте любовницы и о том, за что ее арестовали. Его величество пока хранил молчание.

Неужели бросил свою женщину?

В этот момент дверь открылась. Без стука.

В это подземелье мало кто осмеливался входить вот так – без предупреждения, без разрешения. А если точнее, всего двое имели на это право.

Я обернулся.

На пороге стояла принцесса.

Принцесса Олея Есир

Я с трудом разлепила глаза, и первое, что увидела, – незнакомый потолок. Темные балки, камень, никаких вышитых покрывал и шелка. Комната была маленькой, аскетичной, с узкой кроватью и тяжелым дубовым столом. На столе – стопка бумаг, кружка с чем-то.

В памяти всплыло случившееся.

Вчерашняя ночь.

Генерал.

И его предложение, от которого невозможно было отказаться.

Я села на кровати, прижав пальцы к вискам. Спала я в той самой комнате – той, что примыкала к кабинету Наргара. Скорее всего, именно здесь он оставался, если работал по ночам.

Подушка пахла необычным запахом, немного похожим на хвою. И чем-то еще – неуловимым, чужим, но не неприятным.

Меня принесли сюда вчера, на руках, на глазах у перешептывающейся стражи. Поставив меня на ноги, Наргар сухо сказал:

– Спокойной ночи, ваше высочество.

И ушел.

Непробиваемый в своей невозмутимости мужчина.

А я так и не уснула до рассвета.

Теперь голова гудела, мир представлялся неприятным местом, а все люди – отвратительными. Настроение было злобным. Идеально, если бы все оставили меня в покое и не трогали хотя бы сутки.

Но судьба, как всегда, решила иначе.

Я едва успела добраться до своей комнаты, переодеться в свежее платье и сделать глоток воды, как в дверь постучали.

– Ваше высочество, – чиновник склонился в поклоне, едва ему разрешили войти. Лицо у него было растерянное, даже испуганное. – К вам пришел народ. И отказывается уходить.

– Зачем? – я напряглась.

Тут что ни день, то сюрпризы. То убийцы по ночам, то толпы у ворот.

– Просят вашей милости. Хотят узнать, есть ли на них проклятия.

Я замерла.

В первый момент растерялась. Потом начала лихорадочно просчитывать, чем мне грозит отказ. Сейчас народ мне благоволит – белые волосы, слухи о благословении, история с храмом. Но расположение толпы переменчиво. Сегодня они целуют край твоего платья, завтра готовы разорвать на куски.

Я решила рискнуть.

– Проводи их в малый зал, – сказала, уже поворачиваясь к зеркалу. – Я посмотрю.

Сегодня на мне было белое платье с серебряной вышивкой по подолу и рукавам. Простое, но смотревшееся очень эффектно. На свету серебро вспыхивало, оттеняя белизну волос. Я посмотрела на свое отражение – тонкая талия, бледное лицо, огромные глаза. Хорошо.

Пусть видят во мне благословение.

В боковой зал я вошла в сопровождении Тени. Телохранитель прибежал ко мне еще в комнате генерала – едва проснулся и узнал о ночном происшествии. По мере моего рассказа глаза у него стали такие круглые, что я едва не рассмеялась, несмотря на головную боль. По всему было видно, что у мужчины стресс. И сейчас он боялся отходить от меня дальше чем на пять шагов, сверкая глазами по углам.

В зале было многолюдно.

Человек пятьдесят – все бедные, в поношенной одежде, жмутся друг к другу, оглядываются. Словно их сюда притащили против воли, а не они сами пришли.

– Зря вы решили выйти к ним, – хмуро сказал Тень, становясь у меня за спиной.

– С таким бравым охранником мне ничего не страшно, – покосилась я на него.

Ради генерала заговаривает зубы, чтобы подмочить репутацию? Или действительно есть серьезная опасность? С ним никогда не поймешь.

– Ваше высочество, вам поставить кресло? – стушевался чиновник, заметив, что мне некуда сесть.

– Не нужно, – отмахнулась я. – Много времени не займет.

Я шагнула вперед, и народ замер.

– Строиться в очередь, – скомандовала я.

Люди зашевелились, зашушукались, и через пару минут передо мной выстроилась ровная шеренга. Они приближались, смотрели со страхом и надеждой, а я всматривалась в каждого – в лица, в глаза, в ауру, которая открывалась моему дару.

С губ слетали короткие вердикты:

– Болен. К лекарю.

– Все хорошо.

– Проклят. Ищи шамана.

– Болен.

– Нормально.

Чаще всего с людьми было