Капитан под залог - Майя Хоук

— Я думаю, — говорю я тише, — что каждая из них хочет отомстить. Кто-то из них должен знать его слабость. Где он совершил ошибку.

Рейвен молчит, переваривая информацию.

— А ещё, — добавляю я, чувствуя, как руки снова дрожат, — он пришёл ко мне накануне. Сказал, что я буду его тенью. Послушной, безмолвной. Что моя единственная функция — объединить две империи. Родить наследника. И что если я попытаюсь сопротивляться... — горло сжимается, — он научит меня послушанию. Сказал, что в нашей спальне не будет камер.

Машина резко тормозит.

Я хватаюсь за подлокотник.

— Не нравится мне, что мы едем в твой особняк, — щурится Рейвен, глядя на панель управления.

Он не произнес того, что не собирается быть моей игрушкой, но я это почувствовала.

— Это всего на час. Обещаю, — шепчу, внутренне замирая.

Автомобиль подлетает к особняку. Протокол безопасности всё ещё работает — ворота распознают мою биометрию и плавно открываются.

Вокруг — толпа журналистов. Камеры, дроны, вспышки софитов.

Я чувствую их взгляды, читаю по губам: «Богатая девочка купила себе игрушку». «Вот она, со своим трофеем». «Как романтично — спасла начальника и привезла домой».

Сердце сжимается.

Машина приземляется на парковочной платформе. Двигатель глохнет.

Коммуникатор пикает.

Сообщение от семейного юриста:

«Мисс Стормвейд. Уведомляем вас, что по решению лорда Кассиана Стормвейда особняк в Элизиумском квартале передаётся в собственность семьи. Просим покинуть помещение в течение 24 часов».

Я набираю ответ дрожащими пальцами:

«Отец дал мне час собрать вещи. Я этим правом пользуюсь».

Отправляю.

Перевожу взгляд на Рейвена.

Он крепко сжимает руль — костяшки пальцев белеют. На лбу выступает испарина. Дыхание неровное, прерывистое. Его состояние хуже, чем я думала.

Но он держится.

И я убеждаюсь, что не ошиблась в своём решении ехать сюда.

Здесь есть медицинская капсула. Мать установила её после моего поступления в академию — «чтобы ты не позорила семью шрамами», сказала она тогда. Регенерационная технология последнего поколения. Поправит его здоровье за час. Может быть, даже меньше.

— Нам нужно в дом, — говорю я тихо, глядя на Рейвена. — Это не надолго.

Он медленно поворачивает голову, встречается со мной взглядом.

Секунда тишины.

Потом, неожиданно, он находит в себе силы.

Разжимает пальцы. Открывает дверь. Выходит — движения напряжённые, но уверенные.

Обходит машину.

И открывает мне дверь.

Я замираю, глядя на него снизу вверх.

Раненый. Обвинённый в коррупции. Он находит в себе силы стоять прямо.

И он всё равно открывает мне дверь.

— Командир... — шепчу я.

— Пошли, Стормвейд, — его голос хриплый, но твёрдый. — Я дал согласие на час.

«Согласие», — что-то во мне замирает.

Он протягивает мне руку.

Я беру её, чувствуя тепло его ладони, и выхожу из машины.

Вокруг вспыхивают камеры.

Но мне всё равно.

Потому что рядом человек, в которого я все это время была влюблена. И нет, сегодня я его не покупаю. Я собираюсь его спасти.

Медицинская капсула стоит в отдельной комнате — стерильной, с белыми стенами и мягким светом. Я открываю крышку, активирую систему.

Рейвен входит следом, тяжело опираясь на дверной косяк. Взгляд мутный, но осознанный.

— Раздевайтесь, — говорю я, стараясь, чтобы голос звучал профессионально. — Капсула работает только при прямом контакте с кожей.

Он смотрит на меня долго. По глазам вижу — ему очень хочется поспорить. Отказаться. Сказать что-то колкое.

Но сил нет.

Рейвен кивает.

Я деликатно отворачиваюсь к панели управления, делая вид, что изучаю настройки.

Но боковым зрением отмечаю, как на пол ложится рубашка. Потом брюки. Ботинки.

Вещи падают хаотично, небрежно.

Как в порыве страсти.

Горло пересыхает.

Сейчас он за моей спиной без одежды. Мы вдвоём, без свидетелей. Я представляю его совершенное тело — широкие плечи, рельефные мышцы, которые я видела сквозь порванную рубашку в медблоке. Смуглую кожу, натянутую на стальных мускулах.

Мысленно ругаю себя.

Нашла о чём думать! Человек при смерти!

Слышу тихий всплеск — он погружается в капсулу.

— Готов, — хрипло произносит Рейвен.

Я отсоединяю пульт управления от стены и быстро ухожу в соседнюю комнату, закрывая дверь.

Сердце колотится.

Активирую сканирование.

Механизм капсулы оживает — гул, мигающие индикаторы. На экране пульта появляются данные: пульс, давление, карта повреждений.

И предупреждение — красное, мигающее:

«ОБНАРУЖЕНО ТОКСИЧЕСКОЕ ВЕЩЕСТВО. Класс: Валарийский нейротоксин. Летальная доза достигнута через 6-8 часов. Рекомендуется немедленная детоксикация».

Дыхание застревает в горле.

Яд.

Токсичный для валарийцев. Для обычных людей — совершенно безвреден. Это значит, что его мог пронести любой сотрудник полиции. В последние часы. Незаметно.

Кейлан.

Конечно, Кейлан.

Он хотел расквитаться с Рейвеном, который слишком многое знает. И заодно уничтожить меня — привязав к умирающему человеку.

Рейвен не преувеличивал. Я влезла в серьёзное, опасное дело.

К счастью, новейшее устройство капсулы способно вывести яд.

Время обработки:74 минуты.

Руки подрагивают.

Час уже прошёл. Люди отца могут явиться в любой момент. Выставить нас обоих.

На экране появляется опция:«Наблюдать за процессом восстановления?»

Я замираю.

Могла бы взглянуть. Тайком. На его тело, погружённое в восстанавливающий гель. Идеальное. Подтянутое. Никто не узнает.

Силой заставляю себя отложить пульт.

Не буду.

Не стану.

Вместо этого активирую голоэкран на стене.

Меня обрушивают новости.

Все каналы говорят только о нас. И всё разное.

Бесконечный шум.

«Роман века: наследница спасает опального командира!»

«Любовь или расчёт? Стормвейд внесла залог за Блэкторна!»

«Скандал в высшем обществе: свадьба отменена ради полицейского!»

Журналисты рассуждают, спорят, строят теории.

Натыкаюсь на интервью. Светская львица — одна из тех, кого я видела на приёмах, — даёт комментарий:

«У Рейвена Блэкторна идеальная репутация. Семь лет назад он потерял жену — Лейру Блэкторн, полицейскую. Её убили на задании, когда на планете был разгул преступности. С тех пор он бросил карьеру в контртеррористической межзвёздной организации и перешёл в полицию. Планировал отомстить. И почти преуспел».

На экране вспыхивают фотографии.

Рейвен в тактической форме после спецоперации — пыль на лице, автомат в руках, жёсткий взгляд прямо в камеру. Мускулы напряжены под облегающей формой, челюсть сжата. Опасный. Смертоносный. Прекрасный.

Следующее фото: парадный китель, награждение. Он стоит по стойке смирно, медали на груди, волосы зачёсаны назад. Идеальная выправка. Широкие плечи. Взгляд, от которого слабеют колени.

«Многие пытались соблазнить его»,— продолжает светская львица со смешком.«Ни у кого не вышло. А Элира Стормвейд? Это же смешно. Слабая, никчёмная девчонка. Всё, что у неё