Партизан 1941. Том 1 - Петр Алмазный

лес целый день с небольшими привалами. Под ногами шелестела опавшая хвоя, поглощая звуки наших шагов. Здесь было тихо. Тревожно тихо, будто сама природа затаилась.

— Егорка, погодь… — сзади устало прошептала баба Нюра. — Ноги не слушаются, о корень споткнуться недолго.

Я замедлил шаг, оглянулся. Она с трудом брела, опираясь на палку. Малышка, держась за ее подол шла, уткнувшись взглядом в землю.

«Рекс, — мысленно позвал я. — Осмотрись вокруг. Ищи место на ночь. И что-нибудь съедобное».

Пес, бежавший впереди, насторожился и скрылся в зарослях папоротника. Через несколько минут его мысленный голос донесся четко: «Впереди бурелом. Много упавших деревьев. Можно спрятаться. Пахнет грибами».

Грибы? Ну что ж. Хоть что-то.

Я повернул в указанном направлении, и вскоре мы вышли на опушку, заваленную стволами старых, поваленных ураганом сосен. Они лежали штабелями, образуя естественные укрытия.

— Здесь, — сказал я, указывая на место под самым большим стволом. — Будем ночевать здесь.

Пока баба Нюра, кряхтя, устраивалась на относительно сухом месте, обессиленная Катя безучастно уселась на мох, я последовал за Рексом. Он стоял у подножия старой березы, тыча носом в скопление крепких грибов с красновато-коричневыми шляпками. Это была целая семья симпатичных подберезовиков.

«Молодец! — мысленно похвалил я пса, срезая несколько грибов. — 'Настоящий добытчик».

В ответ донеслась смущенная, но довольная эмоция. Он еще учился, но учился быстро.

Вернувшись к нашему укрытию, я развел на плоском камне почти бездымный костерок из сухих веточек. С огоньком сразу стало веселее. А завернутая в чистую тряпицу соль — и вовсе бесценное сокровище в лесном походе. Без нее и еда не еда.

Ужин был, конечно, скуден: вареные грибы да кипяток, но это наконец была горячая пища, и она дала нам хотя бы немного сил.

— Завтра нужно найти ручей, — тихо сказал я, глядя на язычки пламени. — И что-то посерьезнее грибов.

Баба Нюра молча кивнула, перебирая в руках заветренную корочку хлеба, которую она, видимо, припрятала про запас и теперь отламывала крошечные кусочки для Кати.

Ночь опускалась на лес, и я затушил огонь, сметя все угли с камня на землю. Теперь мы сидели в темноте, прислушиваясь к звукам.

Катя, наконец, не выдержав, тихо заплакала.

— Мамочка… — всхлипывала она, уткнувшись в колени бабе Нюре. — Где мамочка?

— Спи, рыбка, спи, — причитала та, качая ее на руках. — Мама… она пока не придет.

«Хозяин, — тихо позвал Рекс, положив голову мне на колени. — Не грусти. Я здесь.»

Я провел ладонью по его теплой голове.

«Слушай, — мысленно сказал я ему. — Ты мои уши и нос. Если что — сразу буди, мне тоже надо немного отдохнуть.»

«Понял».

Я прилег, устроился поудобнее, и наконец, забылся тревожным сном.

Разбудил меня настойчивый толчок в бок.

«Хозяин! — мысленный голос Рекса был напряженным, даже испуганным. — Просыпайся! Чужие!»

Я мгновенно вскочил, схватив нож. Было еще темно, но на востоке уже начинало медленно светлеть.

«Где?» — мысленно выдохнул я.

«Близко. Очень близко. Идут по лесу сюда. Не так, как те, вчерашние. Крадутся.»

Я слегка толкнул в плечо бабу Нюру, та открыла глаза, сразу поняв все по моему лицу. Прижала к себе спящую Катю, прикрыв ей рот ладонью.

И тут я неподалеку, метрах в пятидесяти, хрустнула ветка. Потом еще одна и к нам стали приближаться чьи-то осторожные, но уверенные шаги. Мы с Рексом смотрели в одну точку — откуда доносился звук.

Из-за ствола старой показалась сначала одна тень, потом вторая. Двое мужчин были в узнаваемой советской форме, на плечах вещмешки, в руках одного — винтовка Мосина, а у второго она же только на ремне за спиной. Шли они, озираясь по сторонам и переговариваясь на неизвестном мне языке.

Я напряг слух, пытаясь понять. Речь была чужой, ни одного знакомого слова, но акцент, обрывки фраз, которые я слышал по зомбоящику в своем времени… Это прибалты. А точнее, латыши. Наверняка дезертиры.

Память вмиг подбросила: «В первые недели войны части, укомплектованные в Прибалтике, разваливались, солдаты дезертировали, расходились по домам или превращались в банды мародеров. Это было массовое явление».

Они шли прямо на наше укрытие. Один, коренастый блондин с бесцветными глазами, тыкнул пальцем в нашу груду бурелома и что-то сказал своему товарищу, более высокому и тощему. Тот кивнул, и они ускорили шаг.

«Рекс, тихо,» —послал я мысленный приказ, чувствуя, как пес напрягся у моих ног.

Но было уже поздно. Коренастый, тот, что шел первым, резко поднял винтовку, целясь в щель между бревнами, прямо в меня.

— Юстас, стени! — крикнул он, и его палец потянулся к спусковому крючку.

Время замедлилось, дальше прятаться было бессмысленно. Я рванул вперед.

Прямо над головой грохнул выстрел. Крики бабы Нюры и Кати смешались с лаем Рекса, который больше не мог сдерживаться.

«Вперед!» — мысленно выкрикнул я, и пес, будто ждал эту команду, метнулся из-под бревен. Он вцепился в руку, державшую винтовку, мертвой хваткой, с рыком и яростью.

Юстас взревел от боли и неожиданности, винтовка полетела на землю.

Адреналин ударил в голову. Я не думал, тело действовало само. Нож коротким движением впечатался врагу под ребра. Сталь вошла в тело. Прибалт ахнул и тяжело опустился на колени, а потом завалился на бок, увлекая меня за собой.

Я вырвал нож, отпрянув назад, и в этот момент увидел второго. Тот с диким ужасом в глазах лихорадочно дергал винтовку, пытаясь ее зарядить.

Его пальцы скользили по затвору, дрожали, не могли втолкнуть патрон в патронник. Взгляд метался.

И вдруг страх дезертира сменился яростью. Он оставил попытки зарядить оружие и бросился на меня с громким криком. Коротко замахнувшись, ударил прикладом так, что сбил с ног.

Я сильно ударился спиной о землю. Нож выскользнул и исчез в папоротнике.

Враг мог в этот миг раздолбить мне голову прикладом, но почему-то решил взять живьем. Грубая ладонь вдавила голову в мох, а другая железной хваткой обхватила горло, перекрывая дыхание. В глазах потемнело.

Я видел только его перекошенное лицо и слышал отчаянный визг Кати.

Глава 4

Дышать уже не мог. Мои пальцы скользили по жилистым рукам противника, не в силах оторвать их от горла. Но я боролся. Не сдавался.

И тут, точно из-под земли вырос Рекс. Он вцепился в руку врага капканом.

Тот взвыл от боли, его хватка на миг ослабла. Я рванулся, вдохнув наконец полной грудью, и со