Медведев. Книга 8. Договор - Каин Градов

— В Северске новости расходятся быстро, — спокойно ответил Молчанов. — Тем более, когда речь идёт о проектах, к которым наш фонд будет иметь самое прямое отношение.

Я посмотрел на сад. По мокрой траве лениво прошла рыжая кошка Аглая. В зубах у неё, кажется, был кусок пирожка.

— Но вы звоните не только чтобы меня поздравить?

— Вы все правильно поняли, Николай Арсентьевич, — послышалось в динамике. — Есть разговор, который очень нежелательно вести по телефону.

Я обернулся к столу. Морозов сидел на прежнем месте, но чашку воевода уже поставил на стол. Он смотрел не на меня, а куда-то в сторону сада, будто любуясь мокрыми ветвями. Но по его виду я заметил, что Морозов был напряжен. Скорее всего, он уже понял, что скоро нужно будет выдвигаться по делам.

— Хорошо, скоро буду, — ответил я, и собеседник завершил вызов.

Я ещё пару секунд просто стоял на месте, держа телефон в руке и глядя на потемневший экран.

Ветер прошёл по саду, зашевелил плющ на беседке, стряхивая с него дождевые капли. А где-то в глубине двора Аглая довольно заурчала. Наверное, наслаждаясь украденным пирожком.

Глава 4

Недобрые вести

Я убрал телефон в карман и вернулся в беседку.

— Плохие новости? — спросил Морозов, как только я подошел к столу.

— Молчанов хочет встретиться с нами, — ответил я, и воевода кивнул. Одним глотком допил отвар и встал из-за стола:

— Не будем задерживать директора фонда.

— В этот раз помощь моего сына вам не понадобится? — уточнила Анна Павловна, и в голосе женщины послышался сарказм.

Я улыбнулся и покачал головой:

— Пусть лучше проведет время с вами.

— Я провожу вас, — произнесла Инга, поднимаясь с кресла.

Роман Победович тут же поднял голову, и взгляд у него сделался тревожным.

— Я тоже могу… — начал он.

— Ты побудешь с нами, — мягко, но непреклонно прервала его Анна Павловна.

Роман замер с приоткрытым ртом. Видимо, парень хотел возразить, но решил не рисковать. Вместо этого он просто кивнул.

Морозов кашлянул в кулак, пытаясь скрыть усмешку. Я сделал вид, что поправляю рукав.

Старший Губов мягко улыбнулся и пригубил напиток. После чего посмотрел на меня и вдруг показался чуть моложе. На мгновенье его глаза полыхнули лукавством, но почти сразу же стали прежними — спокойными.

— Нам и впрямь не помешает побыть вместе, — миролюбиво заявил он. — Мы очень давно не сидели вот так — по-семейному. Правда, дорогая?

Анна Павловна посмотрела на супруга и неожиданно открыто улыбнулась. Мне подумалось, что мало кому доводилось видеть ее такой домашней. Я вспомнил слова Романа о том, что его батюшка не так прост. И именно сейчас понял, что парень был прав. Побед положил ладонь на плечо жены и слегка его сжал.

— Я так рад, что мы здесь всей семьей, — произнес мужчина. — Пусть и приехали по не самому приятному поводу.

— Главное, что мы вместе, — тихо согласилась с ним Анна Павловна и зарделась, словно юная девица.

Роман Победович рассеянно вздохнул, взял с тарелки печенье и пробормотал:

— Вам давно надо было съездить в отпуск.

— Покой нам только снится, — отмахнулась Губова, а потом мягко отвела ото лба мужа выбившуюся прядь волос. — Но может, мы здесь немного задержимся, чтобы отдохнуть. Если князь не станет возражать против нашего общества.

— Отдыхайте, — тут же позволил я.

Инга улыбнулась уголками губ, но ничего не сказала. Быстро собрала со стола пустые чашки, переставила чайник ближе к Анне Павловне и повернулась к нам:

— Идемте.

Мы вышли из беседки. За спиной снова послышался звон чашек, негромкий голос Губова и осторожный ответ Романа. Кажется, оставаться наедине с родителями ему было все еще непросто. Но, судя по лицу Инги, она считала это полезным. Девушка, не торопясь, шла рядом со мной.

— Роман Победович хороший человек, — вдруг произнесла она и поспешно добавила. — Хоть и пытается скрыть это за маской столичного высокорожденного.

Я посмотрел на неё, и Инга продолжила:

— Только заблудший. Все пытается найти себя в этом мире. Стать полезным.

Я невольно улыбнулся и уточнил:

— А его матушка?

Инга перевела взгляд на дом. На веранде сквозь зелень плюща виднелся силуэт Губовой. Женщина сидела прямо, но уже не казалась такой неприступной, как утром.

— Она любит сына, — сказала Инга. — Просто выражает чувства так, как привыкла.

Морозов тихо фыркнул.

— Очень точное замечание

Хозяйка дома пожала плечами.

— В столице, наверное, иначе нельзя, — просто ответила она.

Я только кивнул:

— Спасибо за чай, — сказал я. — И за… всё остальное.

Инга неожиданно тепло посмотрела на меня.

— Не за что, — просто сказала она. — Возвращайтесь, если будет надобность.

Я открыл калитку и вышел на улицу. Морозов последовал за мной, но Инга задержалась по ту сторону забора, положив ладонь на деревянную створку.

— Передайте Никифору, что я могу дать ему сушёной таволги, если понадобится, — произнесла она, когда мы уже отошли от дома. Я остановился. Обернулся и удивленно уточнил:

— Вы знакомы с Никифором?

Инга чуть улыбнулась:

— Я знаю многих домовых Северска.

Морозов остановился рядом со мной и оглянулся через плечо.

— Обычно, они не любят знакомиться без необходимости, — произнес он.

Инга положила ладонь на калитку, провела пальцами по потемневшему от дождя дереву. Капли на зелёной краске блеснули в солнечном свете, и на мгновение её рука показалась почти прозрачной: тонкой, с чуть позеленевшими от трав пальцами.

— Я умею находить общий язык со многими. И подбирать гостинцы для тех, кто мне нравится.

— Никифор будет доволен, — сказал я.

— Конечно, — улыбнулась Инга. — Он же домовой.

Мы сделали несколько шагов, а затем я вдруг остановился, обернулся. Инга всё ещё стояла на том же месте, светлая на фоне зелени и старого дома. Она подняла руку в коротком прощальном жесте, а затем развернулась и направилась к дому. Зелёная калитка начала отдаляться, а вместе с ней и, мокрые кусты у забора, старый сад, в глубине которого снова мелькнула рыжая Аглая. Кажется, она несла в зубах уже что-то новое. Я решил не задумываться, откуда у неё взялась очередная добыча.

Уют беседки быстро остался позади. Вместе с запахом травяного чая,