Арт 2 - Константин Георгиевич Калбанов

— И как ты меня представишь, коли нужно сделать сюрприз?

— Обыкновенно представлю. Сын нового компаньона Павла Игнатьевича, никогда не был в Москве, и батюшка просил Любовь Павловну показать тебе столицу, — спокойно ответил приказчик.

— О как. Я гляжу у Павла Игнатьевича всё продумано наперёд.

— А как же иначе ему дела вести, коли не думать наперёд. Поди тогда не выбился бы в купцы первой гильдии, — не без гордости за своего работодателя произнёс Клименко.

Я не в курсе какой была история железных дорог моего мира. Разве только припоминаю о заводской дороге Демидовых на Урале и Царскосельскую, о чём-то таком было на уроках истории. В этом мире так же есть Нижний Тагил, только заправляет там князь Успенский, занимающий в тех краях губернаторский пост. А Санкт-Петербург и вовсе не построен, да и устье Невы находится под рукой шведского короля. Не случилось в этом мире Петра Великого с его закидонами. Хотя, тут и своих хватает.

Зато имеется весьма несколько веток железной дороги расходящиеся от Москвы лучами в губернские города. В первую очередь к тем, что у засечной черты. От них уже отходят ветки вдоль засечной черты по уездным городам. Эта дорога протянется на добрых полторы тысячи километров. Таких протяжённых артерий в мире пока ещё не существует. По их завершении переброска войск на случай нашествия поганых уже будет осуществляться с куда большей скоростью. Да и жителям станет значительно проще. Будущим летом должны дотянуть железку до Винёва и тогда поездка в Тулу займёт всего-то несколько часов.

Есть ветки ведущие и на запад, где Россия граничит с Речью Посполитой и Швецией. Довольно беспокойные соседи и случается там всякое от пограничных инцидентов, до полномасштабных войн. Единственно участок границы с Великим княжеством Литовским пребывает в относительном благополучии. Эти куда ближе к нам и хотя подписали унию с Польшей, предпочитают дружить с Россией и бодаться со шведами.

Похоже ресурсов страны недостаточно, чтобы выйти к границам известным мне по моему миру. Уж больно много сил и средств отбирает Дикое поле. Но в любом случае, мне нравится то, что тут имеется достаточно развитая железная дорога. В конце концов это удобно.

А ещё, весьма занятно. Ощущение такое, что участвуешь в съёмках кино. Я ведь уже говорил, что любил фильмы об индейцах. Вот именно с вестерном у меня и возникает ассоциация при виде паровоза с трубой имеющий эдакий непропорциональную конусовидную трубу. Без понятия, отчего её делают именно такой формы, но смотрится весьма колоритно. Ну и вагоны ушли не дальше, такие же игрушечно-киношные. Или даже мультяшные.

Трёпов не стал мелочиться и купил нам билеты первого класса. Вообще-то, Клименко сюда не допустили бы, будь он хоть трижды приказчиком купца первой гильдии. Мало того, и тому здесь не нашлось бы места. Но Кирилл Остапович значился как сопровождающий меня, а потому проблем с посадкой не возникло. Тем более, что купе было выкуплено полностью и соседи не случились.

Дорога запомнилась лишь тем, что ничего, кроме скуки, за пять часов пути так и не случилось. Скучные пейзажи за окном не способствовали хорошему настроению. Золотая осень миновала, зима ещё не настала, всё серое и неприглядное. Как там у Пушкина? Унылая пора, очей очарование… Кстати, можно смело присваивать его вирши, ибо этого поэта в России не случилось. Наверное оттого, что я ничего не слышал и о его предке, Ганнибале Петровиче. Без разницы. Во-первых, тут есть свой, и пока ещё живой классик. А во-вторых, я всё равно не помню до конца ни одно стихотворение. Пытался выудить из памяти, но на поверку вспоминал лишь отрывки и не более…

В Москву мы прибыли в час пополудни, и столица встретила нас солнечной погодой. Не то, чтобы было тепло, холодный ветер этому явно не способствовал, но ясное небо однозначно лучше пасмурного. Опять же, в погожий день и увидеть можно куда больше. А мне тут интересно всё, от простых москвичей в латаной одёжке, до дворцов.

Первое отличие этого города от виденных мною уездного и губернского, в отсутствии городских стен. На подступах я видел два форта, между которыми и проходила железная дорога. Далее, мне пока не попалось ни одного деревянного дома. Только каменные или турлучной постройки. Кровля железо или черепица и никак иначе. Дороги мощёные брусчаткой. Правда, когда проезжали мимо одного из переулков, я увидел дальше по нему, переход к обычной гравийке.

Интересно погулять по улицам первопрестольной. Впрочем, тут второй столицы не случилось, так что она единственная. Что-то мне подсказывает, что разница между известным мне городом и вот этим будет если не огромной, то однозначно разительной. Во всяком случае, если исходить из увиденного в Туле и того, что я уже успел заметить здесь…

— Любовь Павловна, позволь представить, помещик Винёвского уезда Агапов Роман Тимофеевич. Его батюшка компаньон Павла Игнатьевича, и никогда не бывал в столице…

— Я поняла, дядя Кирилл, — улыбнувшись, сделала мне книксен девушка.

А ничего так у Трёпова дочка. Уже вполне сформировавшаяся девица семнадцати лет. Высокая, для девушки, статную фигуру выгодно подчёркивает гимназистское пальто. Толстая коса перекинута через левое плечо на грудь, так же недвусмысленно указывая на достоинства девичьего стана. Короче, такую писать одно сплошное удовольствие. Правда, лучше бы увидеть её без шапки и пальто. Полагаю, что в форме она будет не менее хороша, чем в выходном платье.

— Тогда, если ты не против, Любовь…

— Ну какая Любовь Павловна, дядя Кирилл, Люба. Или уже забыл как по мягким местам меня охаживал.

— Кхм. Ты бы постеснялась барышня при посторонних-то, — смутился приказчик.

— Ой не злись, — схватив его за руку и прильнув к плечу, хихикнула она. А потом легонько толкнула в бок. — Иди уж, мы дальше сами.

— Роман Тимофеевич, так это… я тогда буду ждать тебя на вокзале к шести часам, на вечерний поезд.

— Непременно буду. Позвольте? — протянул я руку, чтобы забрать у девушки портфель.

— Извольте, — уступила она его мне.

Поезд прибыл так, что мы успевали к окончанию занятий, и Клименко решил направиться прямиком в гимназию. А чего время попусту терять. Его не так уж и много отмеряно. Вот и решил поскорее передать меня с рук на руки, да свалить в закат. Верное решение. Полностью одобряю.

—