Любовь, космос и цена свободы - Катерина Дэй

Он невольно подумал о корабле, о том, как достать его со дна, и о том, что ещё предстояло отыскать закопанный коммуникатор. А если местные всё это увидят… За кого тогда его примут? За чужеземца? За колдуна? Или, чего доброго, за посланника небес, явившегося с какой-нибудь грозной миссией?

Он тихо усмехнулся про себя. Может, и правда представиться каким-нибудь божеством? Скажем, Богом Солнца — это звучало внушительно. Или, учитывая синие волосы и хвост, сойти за Морского бога… Эта мысль неожиданно развеселила его, и на миг тяжесть плена будто стала чуть легче.

«Пожалуй, Морской бог мне даже больше подходит, — мелькнуло у Алора в голове. — Особенно если вспомнить, что они меня нашли на берегу… Вот только чего — моря, озера, реки? Ладно, с этим разберёмся потом».

Но тут же он одёрнул себя: шутки шутками, а перед королём и его свитой лучше не разыгрывать божественные роли. Тут скорее оценят умение вовремя предупредить о падающем крюке, чем пышные титулы. А то ещё решат, что это такой особый вид придворного этикета: «А теперь Морской бог кланяется на три четверти оборота и произносит ритуальную фразу о приливах».

Алор вздохнул, пряча усмешку, и снова сосредоточился на главном: выбраться из камеры, узнать, у какого именно водоёма его нашли, и вернуть корабль. А уж потом можно будет подумать, стоит ли вообще просвещать местных насчёт устройства Вселенной или пусть себе дальше верят, что звёзды — это булавки. В конце концов, кто он такой, чтобы рушить чьи-то вековые представления о мироустройстве? Тем более что эти представления, судя по всему, крепко держат королевство на плаву — буквально: ведь если небо хрустальное, то летать на кораблях с гравидвигателями тут точно не принято.

Короче, загрустил Алор…

Глава 4

Из раздумий его грубо вырвал стражник. Он произнёс это с таким видом, будто оказывал вселенной величайшее одолжение:

— Его Величество хочет на тебя посмотреть. Вставай!

Алор медленно поднял взгляд. В глазах стражника не было ни капли сочувствия, лишь привычная жёсткость того, для кого пленники давно перестали быть личностями и превратились в очередную обязанность.

— Прямо сейчас? — спокойно уточнил Алор, не спеша подниматься.

— А ты думаешь, король будет ждать? — фыркнул стражник и нетерпеливо дёрнул плечом. — Шевелись, пока я не решил, что тебе полезно ещё денёк посидеть тут и подумать о своём поведении.

Алор едва заметно усмехнулся про себя: забавно, что этот громила всерьёз полагал, будто может что-то решать. Но спорить не имело смысла.

Он нарочно не торопился. Уселся в углу, опустил голову, свесил руки в кандалах с колен и даже не дрогнул, когда раздался громогласный голос Велдора, такой, будто король репетировал его всю неделю, перебирал разные интонации и наконец нашёл ту самую, «внушающую трепет»:

— И где тут рихтэн?!

Алор чуть приподнял бровь, но головы не поднял.

В темнице повисла густая, как остывший кисель, пауза. Стражники и советник переглядывались, будто ждали, что Алор сейчас либо начнёт рычать, либо вдруг отрастит ещё пару хвостов, чтобы всех привести в ужас. Кто-то нервно хихикнул, кто-то сделал вид, что поправляет воротник, хотя тот и так сидел идеально.

Велдор слегка наклонил голову и тут же его корона, будто воспользовавшись моментом, съехала набок.

— Ну?! — рявкнул король, и в его голосе уже не было прежней уверенности: скорее, в нём сквозило раздражение терранца, чьи чёткие представления о мире вдруг начали рассыпаться. — Ты рихтэн или нет? У нас в летописях чётко сказано: невысокие, хвостатые, быстрые… Ты вроде подходишь, но цвет волос смущает. У рихтэнов, по моим данным, хвосты и волосы серые, а не синие.

Алор наконец поднял голову и посмотрел на Велдора. А потом медленно, похищному поднялся на ноги так, будто каждое движение было частью безмолвной угрозы. Он мягко, бесшумно подошёл к решётке и остановился перед свитой, расправив плечи.

Король, стражники и советник, затаив дыхание, задирали головы всё выше и выше… пока у Велдора корона не съехала на затылок. Он торопливо поправил её, но жест вышел неловким, почти комичным, словно монарх вдруг превратился в мальчишку, который пытается выглядеть солиднее, чем есть.

— Доброго вам дня, Ваше Величество, — голос Алора звучал бархатно, с едва уловимым шипением, будто в интонации пряталась скрытая насмешка. Надо было поддерживать легенду, не перегибая палку.

Велдор замер: слова Алора будто столкнулись в его голове с тем, что он успел себе нафантазировать, и никак не могли найти общий язык.

— Мне не говорили, что рихтэны бывают такими высокими и так хорошо говорят на нашем языке, — пробормотал он, снова поправляя корону. На этот раз движение вышло почти отчаянным, будто корона была единственным, что он мог хоть как-то контролировать в этой странной ситуации. — Ты не рихтэн. Тогда кто ты такой? Как тебя вообще поймали и притащили сюда, будто редкий трофей?

Алор чуть усмехнулся, но тут же спрятал улыбку: не хотелось, чтобы король решил, будто над ним смеются.

— Я тот, кому не повезло оказаться не в том месте и не в то время. Я тонул и сильно ударился головой о камни. Многое забыл, но имя помню. Алор меня зовут, — честно ответил он.

— И как ты попал на мою землю, в мою реку, в мои владения? — прищурился король.

— Не помню, — спокойно ответил Алор, отметив про реку. — Помню лишь удар, боль… и, кажется, видел саму богиню Луны. Наверное, благодаря ей и остался жив.

Алор произнёс про богиню не просто так. Он уловил, как дрогнули лица стражников, как советник торопливо коснулся серебряного медальона на груди, а сам Велдор на миг замер, будто слова ударили не по разуму, а по чему-то более глубокому, спрятанному под короной и мантией. К тому же это объясняло, почему Алор выжил там, где другой бы утонул. И давало ему крошечный, но такой нужный зазор между «опасным дикарём» и «тем, кого трогать рискованно».

Он чуть склонил голову, будто сам прислушивался к тишине, которая теперь повисла в подземелье не от страха, а от благоговейного напряжения.

— Говорят, она не спасает просто так, — тихо добавил он, будто не королю говорил, а делился тайной с самой темнотой камеры. — Если я и жив, значит, для чего-то нужен. Только вот не знаю, для чего.

Советник нервно сглотнул и крепче сжал медальон. Стражники переглянулись, и в их