Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

и опасна, чтобы надеяться на лучший исход. Но даже сейчас, спустя полвека истязаний, этот момент всё равно настал. И Карим его встретил так, как и хотел – в объятиях уже родного ему человека. Не хватало его душе только старых друзей, которые прошли с ним даже больше, чем огонь, воду и медные трубы.

Наконец, взглянув друг другу в глаза, родные души расцепились:

– Я даже не надеялся увидеть тебя живым. Столько слухов ходило, твоя печать в Версове... И Церцель...!

– Я крепче, чем кажусь, мальчик! Да и этих дураков обманывать было также просто, как и придворных кухарок. – с усмешкой проговорил Карим.

Жован с улыбкой покачал головой, не в силах оторвать взгляда от бойкого старика, разминающего дряхлые кости.

– Да... Это уж точно. – шепнул он.

– Где сейчас Мирабель? Нам давно пора закончить всю эту историю. Но без меня она вряд ли справится.

– Она... Создатель, я до сих пор не верю своим глазам. – выдохнул потрясённый Жован.

– У всех нас есть секреты, Жован. И если бы ты только знал ту малую часть, что шепчут по углам сплетники, то ты бы не был так удивлён. – довольно сказал старик.

– Вы правда Максвелл Тотмен?! – вскрикнул кто-то из толпы солдат.

– Ба! Это даже не секрет, сынок, совсем не секрет! Нечего скрывать настоящих имён, когда весь материк с первых дней знает, что верха правления так ненавистного им клочка земли живы.

– Но... Зачем тогда было придумывать их с самого начала? – спросил Жован.

Старик скорчил мину и посмотрел на своего названного сына так, будто тот в мгновение ока растерял все зачатки здравого смысла в своём разуме.

– Запутать! Сбить с толку! Это куда как легче сделать, когда твои враги не видели тебя ни разу в своей жизни и только и знают, что твоё настоящее имя. А мы шастали у всех на виду, перебегали из города в город, должны были выживать. Как бы нам не хотелось встревать в разговоры с этими проклятущими подлецами, но когда в твоём рту больше нескольких суток не будет даже крошки хлеба, то все твои убеждения перевернутся. Конечно, всю жизнь бегать мы не могли. Но мы здорово попортили им всем кровь! Ещё тогда, под воротами Зарема, когда король Хад Шерридан отдал корону Мирабель, мы знали, что война для нас ещё не окончена. О привычных именах пришлось позабыть и начать вживаться в новые роли, которые спустя долгие годы уже стали частью нас самих.

– Но как Сообщество смогло сбежать всем составом? Кормак твердил из раза в раз, что только троих вывезли рыбаки.

– Оно и не бежало всем скопом. В разное время, в разных местах, но наши доверенные люди сделали всё, что было указано в нашем плане, и надеюсь, что даже сейчас Рыцари Погибели заняты своим предназначением. Как своей смерти избежали мы, вы, наверняка, уже в курсе. А вот истории остальных... Вероятно, уже и не будут рассказаны.

– Не пойму... – начал было Жован, но Макс быстро осёк его.

– Все те полгода, что прошли с момента принятия Мирой короны и до момента решающего сражения, ваша Бессмертная Королева, как выразился этот солдат, занималась тем, что собирала в ряды так называемого Сообщества видных генералов войск и способных чиновников со всего материка. Каждому из них она отводила отдельную роль в плане, который мы подготовили как раз на случай, если Пятый проиграет в войне. Восстание в Версове, организация подкопов и "посыльные" в городах, местные, которые уж слишком охотно помогали всем бежавшим с Пятого – это наши люди, и именно благодаря им вы, господа, шаг за шагом пришли к тому, чтобы вырваться из западни.

– И какова же была ваша роль? Конечно, помимо той, чтобы собрать нас всех воедино.

– Мирабель годами билась над тем, чтобы разгадать секреты Падшего Принца. Его тетрадь. Все рецепты, тайны, мысли и информация. Вот он, наш секрет. Тетрадь она разделила на три части – одну получил Серум "Церцель" Зекс, вторая оказалась в моих руках, а третью она оставила у себя.

– Церцель погиб в тот день, как они встретились с королевой. Так говорят письма. – с горечью сказал Жован.

Максвелл цокнул языком и покачал головой. Улыбка быстро сползла с его лица. После нескольких секунд молчания, он тихо проговорил:

– Мы мрём как мухи. И даже сильнейшие из нас – ничто, особенно на склоне лет.

– Но как выжил ты сам?

Макс глубоко вздохнул и начал свой рассказ.

«В году эдак 107 или даже 109 после нового летоисчисления нас с мальцом Жованом настигло пренеприятнейшее из всех возможных событий. Очередного члена нашего скромного Сообщества застали в тот самый момент, как он принимал от беглого раба послания. С самим рабом никто, конечно же, церемониться не стал и его попросту закололи на месте. А вот нашего человека потащили в застенки. Витус Бамон, если мне не изменяет память, был Главным Советником города Рей, стоящего на одноимённой реке, и графские солдаты были крайне заинтересованы в том, чтобы узнать побольше о тех вещах и сведениях, что передавали между Колониями рабы.

Конечно, Витус молчал. Он клялся на собственной крови, что не раскроет наших секретов, но когда этой самой крови на каменном полу под ним оказалось даже больше, чем в его собственном теле, он сломался. Он сказал, что в городе есть и другие помощники рабов, а уж Отдел Тайн долго уговаривать не надо. В качестве показательной кары они всем своим гнилым братством заявились в город и оцепили его со всех сторон. Улицы оказались наполнены ублюдками, Серыми, которые бесцеремонно хватали всех, кто хоть как-то подозрительно выглядел. Удрать оттуда вовремя у нас не получилось, и даже ночью, когда у нас был шанс сбежать, эти ищейки прочёсывали каждый дом, и в конце концов мы попались им на глаза. Серые раздели меня до гола и распотрошили все вещи. Магистерская печать затмила их разум в мгновение ока и ни о каком спасении я больше не мог и мечтать. Жована они избили и бросили к другим беглым рабам, а меня, как важную персону, всего-то провели в чём мать родила по всему городу и швырнули в ноги Синату.

Этим же днём на телеге меня вывезли сюда, в Аутеркар. Синат, как самая последняя скотина, порывался тут же прирезать меня живьём, но собачья