Снова вернуться в 80. Часть 1 - Игорь Перах

Я не ждал. В три прыжка долетел до стены, подтянулся и перемахнул через забор.

На той стороне сцена была эпичная. Один «дружинник» уже лежал у будки, согнувшись в три погибели и натужно рыгая — видимо, Серега пробил печень на совесть. Второй, подельник Вопилы, сидел на карачках, сплевывая кровь с разбитых губ. Сами же братья уже выбегали из двора—

Я спрыгнул на землю, услышал за спиной маты приходящего в себя Вопилы и рванул вглубь лабиринта дворов, прочь к остановке. В голове пульсировало только одно: «Первое дело закрыто. Красиво закрыто».

....

Я сижу в изоляторе уже два часа. Стены здесь не просто давят — они словно высасывают из тебя воздух, оставляя вместо кислорода лишь запах казенной хлорки и старой пыли. Время в одиночке превратилось в густой, липкий кисель. Я смотрю на свои руки и пытаюсь понять: в какой именно момент мой безупречный план из будущего превратился в этот бетонный мешок? Ведь еще вчера я был уверен, что схватил бога за бороду.

Последние неделя прошла в каком-то нереальном, спокойном ритме. Пятьсот долларов — я отдал Владу и после короткого спора дав еще сто рубле сверху, договорился на два видика

Пока шло время ожидания, я наслаждался «обычной» жизнью. Встречался с Леной. Мы часами гуляли по Амурскому бульвару, ели мороженое за двадцать копеек в вафельных стаканчиках, и я смотрел на нее, уже прикидывая, какой подарок сделаю ей с первой прибыли от перепродажи техники. Она смеялась, рассказывала о школьных сплетнях, а я слушал и думал: Что наверное и не все так плохо когда знаешь что все что ты задумал , происходит ,и ты будешь готов к началу 90,если можно быть готов к этому вообще.

Дома тоже всё шло ровно. Я не бросал учебу. Мы встречались с Катей, учили английский.. Я зубрил слова, вгрызался в грамматику, читал книги которые она мне давала.

Днем я ходил на работу, выполнял свои обязанности, был вежлив и исполнителен. Даже в СКА начали ставить меня в пример. Внутри меня росло это опасное, сладкое чувство — я всех переиграл. Я, человек из будущего, и никто, решительно никто не мог мне помешать.

С братьями Абросимовыми я расплатился щедро и честно. Они теперь смотрели на меня не как на случайного пацана с деньгами, а как на лидера, за которым стоит идти в любой замес. Казалось, всё схвачено.

Но советская система оказалась старше и мудрее моих планов.

Сегодня утром я шел на работу. В голове крутились планы на вечер, я прикидывал, куда именно буду пристраивать аппаратуру, когда Влад даст отмашку, что «товар» прибыл от отца. Мир вокруг был солнечным, дружелюбным и пах весенней свежестью.

Всё изменилось в долю секунды.

Белый «Жигуль» с госномером, который я не успел запомнить, вылетел из-за поворота, взвизгнув шинами по асфальту. Я даже не успел удивиться, когда из него выскочили двое в штатском. Работа за гранью мастерства: резкий захват, жесткий залом рук, и вот я уже вдавлен лицом в вонючее сиденье машины. Первая мысль — Вопила нанял отморозков. Но парни работали молча, профессионально, с тем особым, государственным холодком, который бывает только у «конторы».

И вот я здесь. В изоляторе, который явно не пахнет обычным милицейским обезьянником. Здесь пахнет Комитетом — машиной, которая перемалывает жизни и не давится.

Дверь открылась с тяжелым, лязгающим звуком, от которого заложило уши. В камеру вошел человек.

Дядя Сережа.Мой спарринг партнер . Но сейчас на нем был безупречно отглаженный китель, и в тусклом свете лампы он выглядел как ожившая тень из моих худших кошмаров.

Он смотрел на меня долго, и в его глазах не было ни капли й теплоты. Только голый свинец.

— Ну что, Пахомов... Допрыгался? — голос его прозвучал тихо, но от него по спине побежали ледяные мурашки. —. На валюте тебя поймали. Статья восемьдесят восьмая, «бабочка». Ты хоть понимаешь, дурачок, что это значит?

Он подошел ближе и бросил на стол папку. Мое дело. — На этом твоя игра закончена, — добавил он почти шепотом, и в его глазах я увидел не жалость, а злость охотника. — Конец тебе, Пахомов. Где валюта?.

Я опустил голову на руки. Весь мой опыт, все мои знания о будущем и высокомерие «человека из завтра» оказались бесполезны против этой клетки.

конец первой книги