Хрупкость - Кортни Ли Винн

– Что, если я поделюсь с тобой воспоминанием? – предлагает Дэй.

Мои щеки все еще горят.

– Надеюсь, это что-нибудь постыдное.

Впервые за все время его лицо становится серьезным.

– Когда я в первый раз увидел тебя в ванной комнате… – Он закрывает глаза. – Я пролетал по замку и злился, потому что у меня отняли все.

В гардеробную влетает прохладный ветерок и шелестит подолом моего платья.

– Обычно духам не нужно смотреть, куда они летят, поэтому, когда я наткнулся на твой щит и увидел тебя…

Я поднимаю голову и смотрю в его карие глаза.

– Ты была… – Дэй замолкает.

– Мокрая и голая, – подсказываю я.

В его глазах вспыхивает пламя.

– Я хотел сказать «ошеломляющая». Но ты права. Ты была мокрая, – Дэй сглатывает слюну, – и голая.

Я наклоняю голову.

– И у кого после этого предательские желания? – Я встряхиваю пеньюар в руках и указываю на сводчатый проем: – Уходи и дай мне переодеться.

Он принимается покусывать нижнюю губу, и его самодовольная улыбка говорит о том, что он слышит каждое мое желание.

– Мне казалось, ты не против духов у себя в шкафу, – замечает Дэй.

– Я не против мертвых духов.

– Но я-то как раз мертв, – невозмутимо парирует он.

Мой взгляд блуждает по его груди. Той самой мускулистой груди, к которой я прижималась на крыше Мегакупола.

– Недостаточно мертв.

Он ухмыляется победоносно, лукаво и… иронично, совсем как тот молодой король, чей портрет висит в Королевском зале.

Портрет, который я однажды поцеловала, пока никто не видел…

Я вскрикиваю и пытаюсь отогнать воспоминание, как только оно всплывает на поверхность, но…

Его губы изгибаются в дьявольской ухмылке. Он скрещивает мощные руки на груди и прислоняется к черной колонне, которая разделяет шкаф на две половины: в одной – одежда для сна, а в другой – нарядные платья.

– Это определенно станет моим новым любимым воспоминанием.

Черт бы его побрал! Я снова указываю на дверь:

– Прочь!

– Из твоего гардероба? – Дэй двигает бровями. – Или из воспоминаний?

– И то и другое, – рычу я.

Он отделяется от колонны, словно собираясь уходить, и его лицо становится серьезным.

– Есть один способ блокировать воспоминания, если тебя это действительно беспокоит. Я не обманывал тебя, когда сказал, что пытаюсь уважать твои личные границы.

Мое лицо по-прежнему пылает.

– Я слушаю.

Его взгляд задерживается на моих щеках, он сглатывает слюну, опускает глаза и смотрит на пеньюар у меня в руках.

– Для этого тебе потребуется другой наряд.

Я поворачиваюсь к вешалкам.

– Какой именно?

Дэй усмехается.

– У тебя такого нет. – Он на мгновение задумывается. – Я сделаю заказ в одной известной мне лавке. Попроси Прейси его забрать. Зайду за тобой завтра ночью, если решишься довести дело до конца.

– Я определенно этого хочу.

Глава 59

Низзара

Дневник: страница 31

Сегодня Даген празднует двадцать шестой день рождения. Если бы я могла подарить ему жену и детей, я бы это сделала. Но все, что у него есть, – это я. Поэтому я пообещала ему, что всегда буду рядом. И, конечно, он сможет поделиться со мной пирожным. А еще незаконно добытой машиной, управляемой светящимися кристаллами. Я предложила ему прокатиться по Пустошам. Он сказал, что, если я оставлю хотя бы одну крошку в его машине, он разрежет на кусочки все мои нарядные платья. В ответ я без зазрения совести напомнила ему, кто купил эту машину, и спокойно доела свою половину пирожного.

– Я ЭТОГО НЕ ХОЧУ.

Только не в таком наряде.

Я разглядываю красную бахрому, которая едва прикрывает все те места, которые принято скрывать. Красные кружевные тесемки обвиваются вокруг торса и бедер. Я плотнее запахиваю пеньюар, чтобы спрятать это безобразие.

– Не понимаю, каким образом этот наряд помешает тебе проникнуть в мои мысли.

Дэй стоит, прислонившись к дверному проему. На нем красная рубашка на пуговицах, такая темная, что кажется почти черной.

– Я знаю одного человека, который может научить тебя блокировать воспоминания, но тебе нужно слиться с толпой.

– И что же это за место? Бордель?

Дэй приподнимает темную бровь, и на его губах появляется чуть заметная улыбка.

– Это первоклассное заведение.

– Значит, бордель. – Я устремляю на него сердитый взгляд. – Я это не надену, – заявляю я, оглядывая свой наряд, скрытый под пеньюаром.

Бахрома… Бахрома.

Я перевожу взгляд на свои изящные платья: ни на одном из них нет бахромы.

– Почему я не могу надеть что-нибудь свое?

– Потому что тебя узнают, если на тебе не будет маски, а их носят только танцовщицы. К тому же они сейчас как раз ищут девушек. Никто ничего не заподозрит, если я приведу тебя.

Я разглядываю содержимое коробки, которую днем украдкой пронесла в мою комнату Прейси.

– Молись, чтобы здесь оказалось что-нибудь без бахромы.

Я начинаю перебирать броские наряды. Дэй наклоняется ко мне.

– Значит, ты не против, что нам придется тайно покинуть замок, не против борделя и встречи с незнакомцем, который поможет тебе научиться блокировать воспоминания… Все дело в наряде.

– Совершенно верно. – Кому захочется оказаться на улице в образе развратного клоуна? Я копаюсь в красных ленточках, перьях и блестках… – Это обязательно должен быть костюм танцовщицы? Разве буфетчики не носят маски?

– Этому заведению нужны танцовщицы, а не буфетчики, – отвечает Дэй. – Тебе не придется танцевать, и никто тебя не тронет.

Я приподнимаю бровь.

– А что, если я хочу, чтобы кто-нибудь меня тронул?

Он поджимает губы.

– Только не эти мужчины. И к тому же ты помолвлена.

– У нас с ним ничего не было. – Я добираюсь до дна коробки и наконец нахожу то, что искала. Красная кожа и никакой бахромы.

– А если бы ты пообещала ему свою руку? – тихо спрашивает Дэй.

– Тогда я была бы верна только ему, но этого не произошло. – Я разглядываю гладкий кожаный костюм и прогоняю Дэя из гардеробной. – Этот мне подойдет.

Когда я несколько минут спустя выхожу из комнаты, Дэй лежит на моей кровати, подложив руки под голову. Увидев меня, он вскакивает и замирает.

– Надень пеньюар.

– Зачем? – Я осматриваю свой костюм. Красные кожаные чешуйки с острыми шипами плотно облегают мой торс.

Пальцы Дэя впиваются в мое черное одеяло.

– Боюсь потерять рассудок.

Полчаса спустя мы с Дэем идем мимо лежащих без сознания стражников. За ужином он успел подлить им сонное зелье. Надеюсь, на этот раз на бутылке был наклеен правильный ярлычок.

Мы приближаемся к Королевскому залу, и я плотнее запахиваю плащ, прикрыв свой алый наряд.

– Куда мы идем?

Дух Дэя плывет рядом со мной, и я могу поклясться, что его рука касается моей талии.

– Кроме визита к твоему любимому портрету?

Прежде чем я успеваю придумать какой-нибудь колкий ответ, в зале раздаются шаги – кто-то направляется прямо к нам.

Ко мне торопливо приближается служанка отца Харен.

– Где Прейси? То есть я хотела спросить, – она поспешно делает реверанс, – вы не видели свою служанку, госпожа?

– Нет. Я отпустила ее на ночь, – отвечаю я, начиная испытывать легкое беспокойство.

– Скажи ей, что она в бельевой, – шепчет Дэй.

– Думаю, она в бельевой.

Харен кивает и торопится дальше, приподнимая подол юбки.

Я хочу спросить, видел ли Дэй