Хрупкость - Кортни Ли Винн

Она пожимает плечами.

– У Казема высший ранг. Пехотинцы Зарра безжалостны, и я слышала, что некоторые представители Зо, которые в этом году попали в финал, тоже довольно неплохи.

Я делаю выпад мечом, и она отражает мой удар. Довольно умелое движение, но недостаточно резкое.

– Используй корпус, как учил Соррен. Попробуй еще раз.

Я взмахиваю мечом, и она снова парирует.

– Еще. Опирайся всей стопой. Используй вес тела для удара и напряги все мышцы.

Я снова наношу удар, и на этот раз Низзара с силой отражает его.

– Хорошо. Блокировка ударов – самое важное умение на шестом уровне.

– Тоже мне новость. – В темных глазах Низзары застыло выражение, которое я видел тысячу раз в ее воспоминаниях. Сосредоточенная решимость.

Еще один удар.

И снова она отражает атаку.

Мои удары становятся стремительнее и мощнее.

Она отражает их в последний момент, напрягая весь корпус.

– Второе важное правило – знать своего противника. Например, твоего маленького любовника Казема. Тебе известно, есть ли у него Метка?

– Не знаю, – отвечает Низзара, тяжело дыша. – Этого никто не знает.

Она взмахивает мечом, мы с силой скрещиваем клинки, и Низзара рычит:

– А как насчет нападения? И не называй его моим любовником.

Наши дрожащие от напряжения мечи опускаются.

– Удары головой для этого не годятся. А почему бы и нет? Ты ведь пыталась его поцеловать, отсюда и прозвище. Твоего жениха я не могу называть «любовником», потому что у него уже есть имя – Светлячок.

Низзара фыркает, опускает меч и наносит очередной удар. Я парирую и бью ее в грудь рукояткой меча.

Она отшатывается, и в ее глазах вспыхивает гнев.

Она заносит меч.

Я уклоняюсь.

Она наносит боковой удар.

Я резко разворачиваюсь.

Она наступает, и я исчезаю.

Размахивая мечом в воздухе, она с трудом удерживает равновесие и поворачивается ко мне.

– Так нечестно, – зло рычит Низзара, и я никогда не слышал более сладостного звука.

Я вновь появляюсь перед ней и изо всех сил пытаюсь не представлять этот голос в иной обстановке.

– Ты должна знать своего противника.

– Что это значит? – Ее грудь вздымается от усилий.

Я приближаюсь к ней.

– Это значит, что тебе известно о том, что я могу исчезать. Ты знаешь, как я двигаюсь. Используй эти знания, когда сражаешься со мной. Не поддавайся на одни и те же уловки. – Я задерживаю взгляд на румянце на ее щеках и пытаюсь запечатлеть это мгновение в памяти. – Когда окажешься на ринге, постарайся как можно быстрее познакомиться со своим противником. Замечай, как он двигается, какую сторону предпочитает, обращай внимание на его ритм и привычки.

Я смотрю на ее пальцы, сжимающие меч, протягиваю руку и провожу по ее запястью.

– Тебе надо использовать силу своего духа, чтобы не выпускать меч из рук, иначе твой противник всякий раз будет отбирать его у тебя. Одной физической силы недостаточно.

В этот момент раздается стук в дверь, и я исчезаю.

– Тебе послание, – произносит Брунар, глядя на мой меч, лежащий на полу.

Низзара подзывает его взмахом руки. Он протягивает ей письмо, то и дело поглядывая на ее ягодицы, обтянутые узкими кожаными брюками. К счастью, его похотливые желания не так сильны, как у Светлячка. У того они смахивают на природную стихию в человеческом обличье.

Низзара берет письмо и разворачивает его.

Она замирает на месте. Я пытаюсь дать ей возможность прочесть написанное, поэтому вместо того, чтобы подглядывать за ее воспоминаниями, спрашиваю:

– Что там?

Она наклоняет лист бумаги в сторону, чтобы я мог прочесть.

«Если доживешь до финального поединка, я буду счастлив убить тебя. Казем».

Она сжимает кулаки, комкая письмо.

– Похоже на детскую истерику, – замечаю я.

Она фыркает, но тут же смолкает, глядя на смятое письмо, в ожидании, когда Брунар покинет зал.

– А что не так? Зато теперь, когда встретишься с ним на ринге, ты уже будешь знать, что он хочет тебя убить.

Я наблюдаю за тем, как Низзара безуспешно пытается придать своему лицу выражение царственной маски.

– Я видела, как он сражается. – Она переводит взгляд на меч, и по ее лицу пробегает тень сомнения. – Мне надо было давным-давно научиться владеть мечом.

Я подхожу к ней сзади и останавливаюсь, когда ее заклинательный щит начинает вибрировать.

– Он не стал бы писать тебе, – шепчу я ей на ухо, – если бы мысль о твоих кинжалах не вселяла в него страх.

Глава 54

Низзара

Дневник: страница 28

У меня проблема. На этот раз я серьезно влипла. Мне удалось проникнуть в замок Зема под видом стражника, подсунуть Катрин нелегальное снотворное зелье, запереть ее в безобразно-вычурной комнате и при помощи Метки притвориться Катрин, чтобы кое с кем побеседовать. Я даже подделала ее невыносимый гнусавый голос. Все шло по плану. Однако я не предусмотрела появления короля Тигуса с сыновьями, которые обладают исключительной способностью узнавать меня. Именно это и стало причиной препятствия, с которым я столкнулась месяц назад. Когда за ужином мне пришлось сидеть рядом с одним из мелких паршивцев, я никак не могла избавиться от мысли, что он видит меня насквозь. Он то и дело прикасался ко мне. Да, и еще на снотворном зелье оказался неправильный ярлык – именно поэтому мой отец ввел на них запрет, – и теперь Катрин мертва.

Во время проведения поединков шестого уровня Мегакупол представляет собой удивительное зрелище. Но когда приходит время для Королевских поединков, здесь царит настоящий хаос. Никто не сидит на месте, и, наверное, это и к лучшему, потому что зрителей намного больше, чем доступных мест.

В зале стоит оглушительный шум.

– Ты готова? – спрашивает Лиха. Мы разговариваем впервые за несколько недель. У меня сжимается сердце. Я так привыкла к ее присутствию в своем щите, но теперь наши отношения изменились. Я не могу сражаться без помощи духа, но, по правде говоря, я не совсем уверена в своих чувствах. Я люблю Лиху, но вместе с тем ужасно злюсь на нее, и мне одновременно хочется и не хочется, чтобы она была рядом со мной. В любом случае темная, страшная сила внутри ощущается меньше в присутствии Лихи. И это меня радует.

Я киваю.

– А ты?

Лиха стала какой-то другой. Она менее жизнерадостная, ее голос не такой оживленный, и в нем уже не слышатся дерзкие нотки.

– Я тебя не подведу, – отвечает она, и я начинаю беспокоиться еще сильнее.

– Что случилось?

– Ему становится хуже, и у него мало времени. – Лиха замолкает.

Стоя в туннеле для игроков, я перевожу взгляд на королевские ложи, огибающие ринг. Отца в моем номере не было. Зато там была Халикс. Я удивляюсь, что, не найдя его в толпе зрителей, испытываю глубокую грусть. Он ни разу не пропускал моих поединков.

Словно прочитав мои мысли, Лиха произносит:

– Он старается выжить, чтобы сохранить жизнь тебе.

– Мне все равно, – перебиваю я, но в глубине души мне очень больно.

Лиха подталкивает меня в щеку.

– Он любит тебя.

– Не начинай. –