Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

Чем дольше они изучали документы, тем мрачнее становились их лица. Когда его величество дошёл до момента, где совсем молодых юношей подвергали оскоплению, отрезая полностью детородный орган, он отбросил документы в сторону. Делалось это для того, чтобы продать в женский гарем такого раба, который имелся у каждого богатого аристократа. За такого юношу давали огромные деньги.

— Не могу больше читать эти ужасы. Была бы моя воля, я бы казнил его здесь и сейчас! — сверкая гневом, произнёс Арсен.

Глава 23

Соня

Дворец ошеломлял своей неземной красотой. Сколько раз я ни смотрела на него, возникало ощущение, будто врата в сказку вновь распахнулись передо мной. Высокие стены, сияющие белизной, сложенные из редчайшего камня, добытого в рудниках герцогства Мантэин, вызывающе контрастировали с вкраплениями обсидиана в отделке и поблескивающими золотом вензелями на крыше.

Любоваться этой красотой нам не позволил граф Луцкий, он же Андрей Сергеевич. Выйдя из кареты, он бережно подал мне руку, а затем направился к мрачному мужчине, ожидавшему нас у ворот.

— Прошу прощения, господа, за неудобства пешего пути, но мы не желаем привлекать лишнее внимание. Встреча с его величеством не должна стать достоянием гласности.

— Не стоит извинений, Лаврентий, делай, как должно, — спокойно отозвался граф.

И мы с мужем последовали за графом и королевским слугой, замыкал шествие Галим.

Мы вошли в холл не через парадный вход, но даже здесь чувствовалась щедрая рука правителя: дорогие породы дерева, использованные в отделке, кричали о его несметных богатствах. Длинный коридор встретил нас уже без показной роскоши, сменившись узкой лестницей, которая привела на небольшую площадку. Оттуда мы попали в другой коридор, залитый мягким светом магических шаров, с ковровыми дорожками приглушенного винного оттенка. Остановились у неприметной двери.

— Господа, подождите меня здесь.

Слуга осторожно приоткрыл дверь и юркнул внутрь, словно змея. Мы обменялись молчаливыми взглядами, воздержавшись от комментариев. Через несколько томительных минут Лаврентий так же бесшумно появился и пригласил жестом.

— Рад приветствовать вас, господа! — голос короля Алексея II звучал приветливо. — Прошу, присаживайтесь. Лаврентий, принеси чаю и сделай так, чтобы нас никто не беспокоил.

Я видела короля на балу в честь выпускников академии магии, но тогда он был далеко, и его лицо казалось размытым. Теперь же, исподтишка, я с любопытством изучала этого мужчину. Именно мужчину, а не правителя Росса. Сейчас он казался простым семьянином, принимающим гостей в своем доме.

Высокий, широкоплечий шатен с пронзительными зелеными глазами, сверкающими даже в приглушенном магическом свете, с тонкими чертами лица и высоким покатым лбом. Каждое его движение, жест — выверенное, отточенное, без единой лишней детали. Что значит воспитание при дворе с малых лет!

Внимательно осматривать комнату я не стала, но было очевидно, что это не кабинет. Помимо книжного шкафа и широкого дивана, здесь находилась угловая изразцовая печь с открытым камином, у которого стояли два кресла, а рядом с диваном — кофейный столик.

Мы терпеливо ждали, пока Лаврентий внес поднос с большим чайником, чашками и вазой с изысканными пирожными. Быстро разлив чай и прошептав пожелание приятного аппетита, он бесшумно исчез.

Хозяин придвинул кресло к столику и занял место напротив нас.

— Итак, господа, вы просили об аудиенции, и я готов выслушать вас.

Он поднял взгляд и прямо посмотрел на Арсена, словно знал, кто будет говорить. Признаюсь, от такого взгляда у меня бы отнялся дар речи.

— Ваше величество, я принц Арсен Лакри, похищенный из дворца в детстве и брошенный в лесу, лишенный памяти. Меня подобрал и воспитал травник, как родного сына. Тайна раскрылась, когда подданная королевства Ангалии, Соня Камилла Батс, отправилась в крепость для изучения занавеси между вашим королевством и султанатом. По злому умыслу она была сброшена в море и перенесена во дворец невест — место куда магия отправляет девушек, отмеченных знаком истинной невесты. Султан Абу Лакри, мой дядя, решив, что это невеста для одного из его сыновей, прибыл во дворец, где и обнаружил на запястье Сони знак моего рода, а не его. Он понял, что его приказ об убийстве сына его брата не был исполнен, и начал поиски.

Арсен вкратце изложил дальнейшие события. Алексей II погрузился в раздумья, и никто не решался прервать молчание, ожидая решения правителя.

— Я понимаю, вы ищите поддержки, чтобы вернуть власть и занять трон своего отца!

— Да, ваше величество! И отомстить за смерть родителей. У меня есть веские доказательства того, что именно мой дядя, рожденный от наложницы, совершил это злодеяние.

— Начнем с того, что поверить голословно я не могу. Это во-первых. Во-вторых, вы живете за занавесой, и как вы попали сюда, мне неведомо. Но возникает вопрос: зачем мне ввязываться в борьбу за власть, которая меня совершенно не касается?

— Я докажу свое право на престол прямо здесь, призвав одну из королевских регалий, которая подтвердит мое наследие султаната…

— Осмелюсь прервать беседу двух столь высокопоставленных особ, но, ваше величество, у меня есть доказательства, которые, смею надеяться, заинтересуют вас. К тому же, помощь ваших воинов будет щедро оплачена золотом, — произнес визирь Галим Кхан и, поднявшись, склонился в глубоком поклоне перед королем.

— Хм, — протянул монарх, приподняв правую бровь в изумлении. — Откуда у вас золото, если вы выросли в скромной семье травника?

— Древний дворец, воздвигнутый моими предками, признал меня своим наследником и вернул все регалии. Все, что находится во дворце Абу Лакри — лишь жалкая имитация. Хранитель древнего города показал мне сокровищницу, где веками хранилось золото моего рода. Поверьте, его хватит, чтобы нанять целую армию, — твердо произнес мой супруг.

В его голосе звучала неприкрытая властность, присущая тем, кто уверен в своей силе и могуществе.

— Уважаемый господин Галим Кхан, о каких доказательствах вы говорили? — все же проявил любопытство король.

— Вот они, ваше величество! — ответил визирь и протянул королю ту самую черную папку, содержащую документы, обличающие злодеяния и ужасы, творимые султаном Абу Лакри.

И вновь король погрузился в чтение. Долгих пятнадцать минут мы провели в ожидании, успев допить чай с пирожными, пока король изучал представленные записи.