Атланты 1-9 - Дмитрий Владимирович Колосов

Вот земли хуннов, вот ди. — Территории, отмеченные рукой Таллы, занимали не более шестой части расстеленной перед ней карты. — А вот эти земли, — Талла повела рукой влево, — нам предстоит покорить. Часть их заселена кочевниками, воинственными, но немногочисленными. Главным врагом здесь будут не люди, а сама природа, суровая, негостеприимная, а порой и смертельная человеку. Летом эти земли пышут губительным жаром, зимой хладенеют стужей. Реки здесь редки, в горах течение их стремительно; безводные пустыни и плоскогорья грозят неосторожному путнику. Далее, отсюда, — Талла показала, откуда именно, — мир становится более благоволящ к человеку. Но здесь нам придётся иметь дело с многочисленными народами, громадными, обученными и отменно снабжёнными армиями, с крепостями, на которые взлететь разве птице. Нам предстоит нелёгкий путь, но человек, имеющий великую цель, способен преодолеть любые преграды.

Аландр молчал. Довольно долго молчал, рассматривая карту.

— Но это неосуществимо! — вымолвил он, наконец.

— Почему? — Талла удивилась, почти оскорбилась.

— Невозможно пересечь такие пространства и покорить столь много народов.

Талла улыбнулась.

— А помнишь, что ты сказал мне, когда мы очутились в землях Племени без имени? — Аландр задумался и отрицательно покачал головой. — Их немного — вот что сказал тогда ты. А я на это ответила…

— Великий пожар возникает из крохотной искры! Но тогда нам предстояло совладать лишь с людьми. Пространства были невелики, войско многочисленно, кампания скоротечна. — В Аландре пробудился полководец, искушённый в ратном искусстве. — Теперь же нам предстоит преодолеть громадные расстояния в тысячи и тысячи ли — по пескам, бесплодным равнинам, горам, отбивая атаки враждебных племён, а потом столкнуться, как ты сказала, со многими хорошо организованными армиями.

— Но мы будем иметь в своём распоряжении отменных воинов: кочевников, владеющих луком и копьём, синов и серов, метко стреляющих из арбалетов, сражающихся мечами и секирами.

— А как ты собираешься довести столь громадное войско до земель, где люди найдут обильную пищу, кони — корм и воду?

— А вот это твоя забота, мой дорогой! Это ты должен организовать нашу армию так, чтобы она одолела расстояния и врагов и вышла к далёкому западному морю, где мы будем непобедимы.

— Организовать — да. Но я не смогу заставить тысячи людей принять участие в столь опасной и ничего не сулящей им авантюре. Или ты полагаешь, что сумеешь толкнуть их в путь своей волей?

Талла не обратила внимания на сарказм, прозвучавший в словах Аландра, сохранив прежнюю деловитость.

— Воля одного способна повлиять на волю другого одного, пусть группы людей. Но даже самая могущественная воля не заставит повиноваться тысячи людей, если противоречит их интересам. Никакая личная воля неспособна подвигнуть толпу на подвиг. Слово может дать отправной толчок, воля дать движение, но завершить процесс можно лишь при наличии стимула, причём любого: позволения грабить, убивать, желания обрести имущество, намерения построить будущее.

— Полагаешь, эти люди пойдут на противоположный край мира ради того, чтоб грабить и убивать?

— Нет. Жажда убийства сильна в человеке, но не настолько, чтоб подвергнуть суровым испытаниям и опасностям собственную персону. Они пойдут не за нами, они пойдут за Солнцем.

— За солнцем? — переспросил Аландр. Недоумение плескалось в его солнечных глазах. — Зачем им то, что они уже имеют?

— Я пообещаю им не просто Солнце, но Чёрное Солнце. Ведь когда Солнце засыпает, оно становится чёрным, чтобы, очистившись в ночи, вернуть миру свой ослепительно светлый лик. Солнце вечное, дарующую бесконечную жизнь. Так уж устроен человек, что, разорвав узы, связывавшие его на заре человечества со Всеобщим, он познал ужасающий страх смерти, отчего искал и ищет спасения в химерах. Он веровал и верует в Луну, умирающую и воскресающую; он веровал и верует в богов, также умирающих и возвращающихся к жизни. Но более всего он склонен веровать в то, что представляется ему вечным, ибо человек убеждён: Солнце не умирает, а лишь отходит ко сну, чтоб пробудиться на рассвете. А, значит, Солнце — вечная жизнь. Эти люди уже шли к Солнцу в поисках дома, где оно восходит в бессмертном и вечном пробуждении ото сна. Они не нашли этого дома и испугались. Теперь же ради обретения вечного Солнца они побегут за ним.

— Бред! Ты и впрямь веришь во всё это?! — воскликнул Аландр.

Талла засмеялась, зажурчав чистым ручейком.

— Я слишком хорошо знаю человека. Жажда вечного существования неистребима. Лишь считанные единицы способны побороть её. Другие же живут мечтаниями, надеждами и миражами. Как Ши-хуан, год из года посылавший корабли в поисках солнечных островов бессмертия. Он непременно послал бы людей и в поисках засыпающего Солнца, если бы я, прикинувшись неким фанши, не убедила его, что там нет жизни, что там — смерть. Согласись, вовсе ни к чему было бы появление сотен полков шизцу в Степи, покуда не был решён спор за власть с нею между Модэ и Туманем, а потом между тобою и Модэ. Потому я убедила царственного параноика отгородиться от Степи стеною, направив поиски на восток. Он исступлённо искал бессмертия, а в это время к нему подкралась смерть! Теперь же я поманю алчущих вечной жизни вдогонку за Солнцем. И поверь, они пойдут! Побегут, словно крысы на зов дудочки мальчика Тона!

— Ты сумасшедшая! — сказал Аландр.

— Нет! — засмеялась Талла. — Я умная, может быть слишком умная! И я доведу до конца свою Игру. А ты должен лишь определиться, пойдёшь ли ты за мной!

Аландр развёл в стороны могучие руки, словно говоря, а что мне остаётся делать. Он откровенно любовался этой женщиной, такой слабой на вид и такой необоримо сильной, такой любимой и, возможно, такой же ненавистной. Но всё же любимой. И невозможно иначе.

— Что делать, придётся пойти! — сказал он. — Придётся. Раз за тобой побегут крысы, я должен быть с тобой. Ведь единственное, что я помню отчётливо, холм, окружённый крысами! На этом холму я должен вспомнить всё!

— Так и случится, я обещаю! — шепнула Талла, на мгновение прижимаясь головой к могучей груди Воина. Тот хотел обнять возлюбленную, но девушка отстранилась столь же стремительно. — Не время! — сказала она. — Собирай войско! Когда всё будет готово, я скажу этим людям слова, какие они ждут. А пока…

— Что пока? — спросил Аландр.

— Пока я предприму небольшое путешествие на восток. Нам нужно собрать в поход как можно больше конницы, а на востоке живёт племя, способное выставить двадцать тысяч отменных воинов.

И Леда исчезла, чтобы через месяц вернуться с целой армией воинов племени дунху, рослых и крепких, сидевших на столь же рослых и крепких конях. Солнце медленно начинало свой бег к закату…