Песнь Ариадны - Guiltythree

Они чувствовали, что у них есть будущее под его правлением, и это было разительным отличием от тихого безысходного чувства, которое они испытывали на умирающей Земле… и, конечно же, была их сияющая богиня, Меняющая Звезда, чья благодать достигала подданных Домена Человечества даже в этом удалённом регионе. Под защитой Владыки Ада и под руководством Меняющей Звезды люди чувствовали удовлетворение от своей жизни. Больше всего они были мотивированы усердно трудиться и ждать следующего дня, потому что результаты их труда были осязаемы.

Как и все человеческие города в Царстве Снов, Красный Холм был молод. Он всё ещё находился на стадии основания, с бесконечным океаном работы, которую нужно было сделать, — но из-за этого люди видели, как их город понемногу преображается каждый раз, когда они просыпались. Каждый день появлялось что-то новое. Их город постоянно делал шаги вперёд, рос и становился лучше приспособленным для человеческой жизни.

Так что будущее казалось светлым. Настоящее тоже было светлым. Ничто по-настоящему не омрачало адскую, размеренную жизнь людей Красного Холма.

Пока среди людей не начали распространяться странные идеи.

Казалось, их занесли в город проезжающие торговцы или те Пробуждённые, которые всё ещё пребывали в мире бодрствования, лишь время от времени отправляясь во сне в Царство Снов.

Сначала никто не обращал особого внимания на странные разговоры.

Шахтёр, отправленный в полевой госпиталь с ужасным ожогом на плече, лишь усмехнулся, услышав, как пациент на соседней койке поносит Меняющую Звезду и разоблачает ужасные преступления, которые она, якобы, совершила.

Пробуждённый воин клана Махарана нахмурился, услышав, как член его когорты делится новостями, которые она услышала в мире бодрствования, с мыслью, что Домену Человечества не нужен новый Верховный, сеющий смуту.

Официантка, работавшая в таверне у городских ворот, пришла в замешательство, услышав, как повар использует в качестве благословения незнакомое имя. Из-за удалённости и изолированности Красного Холма новости доходили до него с задержкой — и когда доходили, многие факты обычно искажались или терялись. Так что новости о столкновении Порождения Снов с Меняющей Звездой дошли сюда не сразу. Даже когда они дошли, местные не придали им особого значения.

Тогда они не знали, что эта новость была знаком того, что чума уже достигла их города.

Глава 2802

Впервые местные жители почувствовали, что что-то не так, когда странные разговоры не утихли спустя неделю-другую. Вместо этого они, казалось, лишь нарастали, и всё больше людей принимали беспочвенные слухи за правду.

Пока были лишь единичные чудаки, поносящие Меняющую Звезду, всё было терпимо. Но когда их число выросло, настроение в городе ухудшилось. Сплетники продолжали нести чепуху о леди Меняющей Звезде и клане Бессмертного Пламени, и люди понемногу начинали злиться.

В конце концов, эти две идеи — клан Бессмертного Пламени и его последняя дочь — олицетворяли не просто власть Домена Человечества и правящего им Суверена. В этом мире, где боги были мертвы, а ужасающие существа смотрели на человечество с голодом, они были самым близким к чему-то священному для людей.

Меняющая Звезда была символом их надежды и одновременно её источником. Непоколебимость Бессмертного Пламени была синонимом самого человечества. Естественно, эмоции зашкаливали, когда кто-то ставил под сомнение и злонамеренно подрывал либо одно, либо другое. Особенно здесь, в Красном Холме, где большинство людей жили на виду друг у друга и редко хранили секреты, такое святотатство не могло не привести к нескольким стычкам.

Более чем в нескольких случаях за оскорблениями следовали кулаки. Прозрачное стекло было запачкано кровью, и слугам клана Махарана приходилось разнимать дерущихся горожан.

Ситуацию усугублял ещё и тот факт, что слухам верили не только обычные люди. Жутко было то, что даже люди, которых все считали умными и здравомыслящими, вдруг начинали переходить на сторону отступников. Даже собственные друзья и семья могли внезапно отринуть свои глубоко укоренившиеся убеждения и принципы, изменив свой взгляд на мир.

Шахтёр наконец вернулся домой после долгой смены на удалённом карьере, счастливый увидеть жену и родителей. К его огорчению, однако, первая, судя по всему, серьёзно поссорилась со вторыми, причём настолько, что они даже не разговаривали друг с другом. Причиной ссоры было то, что его жена каким-то образом стала ярой поклонницей нового Суверена, Порождения Снов, которого его отец презирал.

Пробуждённый воин и его братья с сёстрами устроили поминальный ужин в честь погибшего старшего брата, павшего в Божьей Могиле. Самый младший стиснул зубы и выплюнул, что если бы не Меняющая Звезда, их семья до сих пор была бы цела. Когда воин взглянул на него в полном недоумении и сказал, что это неправда, юноша лишь горько рассердился на него.

Официантка перестала понимать свою дочь в последнее время. Та казалась ей чужой. Её благоговение перед леди Нефис, которую она раньше боготворила, внезапно исчезло. Его сменило восхищение мужчиной по имени Астерион, почти фанатичное. Когда официантка спросила её об этом, дочь лишь пусто уставилась на неё. Это было тревожно. Это было тревожнее всего. Самое же страшное заключалось в том, что никакая логика и убеждения, казалось, не могли вернуть их рассудок — попытки спорить с отступниками были похожи на битьё головой о стену, потому что все аргументы просто игнорировались или переворачивались с ног на голову и использовались против вас, даже если при этом терялся всякий рациональный смысл. Это происходило потому, что большинство людей спорили не с помощью логики, а с помощью эмоций. Пока они эмоционально привязаны к идее, их подсознание найдёт всевозможные способы превратить эту идею в истину с иллюзией разумности.

И по мере того, как верные Меняющей Звезде спорили с растущим числом ревностных сторонников Астериона, сама идея истины постепенно размывалась.

Когда это случилось, пришли кошмары.

Возможно, они мучили горожан Красного Холма уже какое-то время, но никто этого не замечал из-за всего происходящего. Люди просто просыпались уставшими, проведя беспокойную ночь, ворочаясь во сне. Сначала несколько человек, потом больше, пока у половины города не появились синяки под глазами.

Их лица тоже были словно охвачены тревогой. Однако никто не обращал на это внимания, пока кошмары не стали ясными и яркими.

В них жители Красного Холма горели.

Успокаивающее пламя, что однажды принесло им надежду, стало вместо этого жгучим и ненасытным. Их кожа покрывалась волдырями, а потом чернела. Плоть под ней превращалась в уголь, затем рассыпалась в пепел. Белые кости трескались и плавились.

Кошмары повторялись снова и снова, вселяя в сердца людей новый страх.

Именно