Песнь Ариадны - Guiltythree

Благословение Меняющей Звезды могло достичь их через весь мир, смывая их раны волной белого пламени.

Но то самое пламя могло не только исцелять, но и разрушать.

Так… значит ли это, что если бы Нефис из клана Бессмертного Пламени захотела, она могла бы сжечь кого угодно, где угодно и в любой момент времени? Означало ли это, что пока они являются частью её сияющего Домена, их жизнь зависит исключительно от её милости?

И что от её гнева нет спасения. Вернее, не было. До тех пор, пока Порождение Снов не пришёл к берегам Зеркального Озера и не предложил свою помощь.

Как только это осознание проникло в умы жителей Красного Холма, число отступников среди них стало стремительно расти.

Пока не настал день, когда Пробуждённый воин, патрулируя рынок, увидел драку. Шахтёр с бронзовой кожей ввязался в перепалку с поваром из соседней гостиницы, выкрикивая ругательства.

«Заткнись! Заткни свой грязный рот! Я так устал от вас, психопатов! Прекратите нести эту чушь везде, куда бы вы ни пошли, чёрт возьми!»

Пробуждённый воин нахмурился, затем подошёл к дерущейся паре и силой оттащил их друг от друга.

Ему хватило одного взгляда, чтобы понять, что происходит. Повар был одним из отступников, а отступники никогда не могли просто иметь мнение. Казалось, они были одержимы идеей распространить весть о своём изменившемся мировоззрении как можно дальше и шире, игнорируя тот факт, что это может вызывать дискомфорт у других людей.

Хмурясь всё сильнее, Пробуждённый воин поддержал избитого повара, отряхнул его одежду, а затем мрачно повернулся к шахтёру.

Когда он заговорил, его голос звучал сурово.

«…Зачем ты пристаёшь к верному слуге лорда Астериона?»

Стоя на вершине Красного Холма, Дар из клана Махарана наблюдал за своим городом с озабоченным выражением лица. Он казался уставшим, под глазами у него были тёмные круги. Его взгляд был немного расфокусирован.

В какой-то момент его пальцы дёрнулись, и он со вздохом взглянул вдаль.

Его внушительная фигура отражалась в полированном стекле, утопая в солнечном свете.

Как раз в тот момент, когда он отвернулся, чтобы посмотреть на горизонт, его отражение, казалось, на мгновение слабо улыбнулось.

Глава 2803

Положение в Красном Холме ухудшалось.

Что ещё тревожнее, положение ухудшалось повсюду.

Пробуждённые, которые всё ещё жили в мире бодрствования, приносили тревожные новости каждый раз, когда возвращались в Царство Снов. Казалось, человечество шаталось под грузом недавних откровений… то, что начиналось как скандальные слухи, расползлось словно чума, и несокрушимая слава клана Бессмертного Пламени медленно стала для многих источником не спокойствия, а тревоги.

Для большого и быстро растущего числа людей, во всяком случае.

Улицы ОССК были неспокойны. Настроение в других Квадрантах тоже. Одни чувствовали беспокойство из-за слухов, другие верили им и хотели выразить своё возмущение. Они часто сталкивались, прямо как в Красном Холме — только в гораздо большем масштабе. Внезапно ситуация в мире бодрствования стала ещё более напряжённой и мрачной, чем прежде.

То же самое происходило и в Царстве Снов, хотя некоторые регионы, казалось, переживали это хуже других. Критиков Бессмертного Пламени поначалу было мало и встречались они редко. Затем их число стало постепенно расти. В конце концов, они начали объединяться и собираться, образуя группы. С этого момента отступники утвердились как значительная фракция, а не как несколько разрозненных маргинальных групп. Они всё ещё были неорганизованны и не имели единства, но уже представляли собой нечто большее, чем незначительную диковинку. Напротив, они имели неоспоримое присутствие во всех слоях общества.

Простые люди, Пробуждённые и даже Вознесённые… лишь Святые всё ещё оставались оплотом верности, стоя рядом с Меняющей Звездой и кланом Бессмертного Пламени словно крепость, сложенная из человеческих душ.

По крайней мере, внешне.

Естественно, те, кто утратил веру в Меняющую Звезду, не просто превратились в нигилистов. Как раз в тот момент, когда их вера в Бессмертное Пламя начала рушиться, появился новый Верховный, ставший альтернативной целью для их уважения и восхищения.

Это был Астерион, Порождение Снов.

Загадочный Суверен не делал ничего особенного, чтобы завоевать их поддержку, предпочитая держаться особняком. Вместо великолепного дворца он жил в ветхой церкви на окраинах Бастиона. Вместо славной свиты могущественных Святых он, казалось, довольствовался тем, что за ним ухаживали несколько добровольцев из числа простых людей.

И всё же его авторитет и популярность, казалось, только росли.

Лоялисты, которые всё ещё почитали Меняющую Звезду, и перебежчики, которые теперь возлагали надежды на Порождение Снов, часто сходились в ожесточённых спорах. Крупномасштабных столкновений между лоялистами и перебежчиками ещё не было, но количество обычных ссор и конфронтаций было неисчислимым.

Случайные незнакомцы сходились в драках на улицах. Долгие дружеские отношения заканчивались горькой обидой. Нежные отношения становились хрупкими и разбивались. Члены семьи кричали друг на друга и переставали разговаривать… товарищи, бок о бок сражавшиеся против Кошмарных Существ на передовой Домена Человечества, внезапно перестали доверять своим собратьям-Пробуждённым.

Конечно, это повсеместное нарушение не могло не привести к реальному ущербу.

По всему Домену Человечества вращающиеся цепи промышленности и инфраструктуры скрежетали, замедляясь. Сервисы и логистика испытывали напряжение. Военная сплочённость также страдала, что приводило к ещё большим потерям на поле боя. Темп освоения Царства Снов снизился.

Те же сбои наносили урон и Красному Холму.

На самом деле, если бы жители этого отдалённого города видели общую картину, они бы знали, что их Цитадель была поражена этой чумой сильнее, чем любая другая.

Всего через пару месяцев после того, как слухи впервые достигли Красного Холма, он изменился. Пробуждённые смотрели друг на друга с враждебностью и опаской вместо того, чтобы следить за Кошмарными Существами. Оживлённые улицы стали напряжёнными и тихими. Гостиницы и рынки были полны недружелюбных взглядов и приглушённых голосов. На стекольном заводе происходило больше аварий. Добыча руды сократилась, а когда ситуация ухудшилась ещё больше, и вовсе прекратилась.

У шахтёра не было работы, так что всё, что он мог делать, — это сидеть дома и предаваться размышлениям. Хотя бы его жена больше не ссорилась с его родителями, потому что его родители теперь тоже восхищались человеком по имени Астерион. Вместо этого он оказался белой вороной, страдая от их игнорирования.

Пробуждённый воин потерял нескольких товарищей в битве с существами из Улья. Они, возможно, могли бы выжить, если бы остались верны Бессмертному Пламени. Те, кто принял Порождение Снов, больше не могли быть благословлены милостью Меняющей Звезды, и поэтому они умерли от ран, которые могли бы быть смыты белым пламенем.

Ему