Палочки для еды - Сяо Сян Шэнь

это очень редкое вещество, очень полезное, но брат ни в какую не хотел его пить. Поэтому я положила в чай из водорослей много сахара и дала ему. Но все остальные дети тоже стали кричать, что они хотят попробовать, как я их могла остановить?

Ну как же это получилось?!

Неужели дети должны умирать, потому что не в силах сопротивляться соблазну? Почему так вышло? Неужели сестренка ни капли не колебалась? Это же… убийство!

– И что ты собираешься делать? – я не могла не задать этот вопрос. – Ты же всех отравила! Если их найдут, тебя сразу схватит полиция.

– Не волнуйся.

Сестренка вынула из портфеля палочки. Это были палочки кудесника Вана, ошибиться было невозможно.

Она сказала:

– Это он велел мне все это сделать. Он наверняка меня защитит. Так что не волнуйся, все будет хорошо.

У меня потемнело в глазах.

Как она может говорить такое? Она абсолютно серьезно верит, что в палочках обитает божество. Поэтому и приняла мое проклятие за чистую монету. Вот она стоит и улыбается. Никаких признаков раскаяния, искренне верит в то, что только что сказала.

Но кудесник Ван не сможет ее по-настоящему защитить. Ее арестует полиция. Ее казнят, а может, посадят в тюрьму? А ведь это я зачинщица. Если бы не я, этого бы не случилось. Значит, ответственность лежит на мне.

Я медленно встала.

– Ясно. Шулань, это кудесник Ван велел тебе поступить так, верно? Тогда делай то, что я скажу, и полиция тебя не схватит.

– Правда? – радостно спросила сестренка. – Вот это да! Значит, ты слышишь его голос!

Я кое-как выдавила из себя улыбку, но никаких идей у меня не было. Смогу ли я защитить сестру? Мы с ней в одной лодке, но я могла бы и не садиться в нее. И все же сделала это. Я ведь не могла свалить всю вину на сестренку.

– Для начала спрячем всех куда-нибудь. Так, чтобы их никто не увидел, даже если заглянет в класс.

Я решила воспользоваться «мертвыми зонами» в классе и вытащила все вещи из шкафчиков. Отлично. Оставив их валяться на полу, я запихала в пустые шкафчики тела детей. Кого-то прикрыла стоявшей у стены веленевой бумагой для творческих проектов, кого-то спрятала под учительским столом – убрать всех оказалось ужасно сложно.

– Шулань, ты тоже спрячься. И ни в коем случае не показывайся. Примерно через час, когда убедишься, что в школе никого не осталось, выйдешь из класса. Можешь не закрывать класс, сядь у входа в школу и жди, когда кто-нибудь появится. Когда тебя найдут и спросят, где остальные дети, просто укажи на Цзюцзишань. Больше ни на какие вопросы не отвечай. И начиная с этого момента целый день ни с кем не разговаривай.

Она посмотрела на меня невинным взглядом.

– Это тебе кудесник Ван сказал так сделать?

– Именно! Он собирается всех увести на гору. Не волнуйся. Завтра тела твоих одноклассников исчезнут. Кудесник их заколдует.

– Хорошо, – ответила она и спряталась под учительский стол.

Я вылетела из класса, осмотрела другие аудитории, побежала к выходу из школы и сообщила учителям, что в классе никого нет. Когда мы втроем снова пошли к пятиклассникам, я от напряжения готова была завопить. Если учителя зайдут в комнату и начнут ее обыскивать, всему конец. Сестренку посадят в тюрьму, и меня тоже признают виновной.

Чтобы справиться с этой бедой, оставалось только молиться, чтобы кудесник Ван действительно существовал.

Учитель, не входя в класс, запер его на ключ. Это должно было стать доказательством того, что «пятиклассники незаметно ушли из школы».

Я притворилась, что иду домой, тут же вернулась к горе и разбросала вынутые из портфелей учеников вещи там, где они сразу попались бы людям на глаза. Затем как ни в чем не бывало вернулась домой и сказала, что в школе никого не было, что я решила, будто муж с сестрой уже дома, но, так как они еще не вернулись, искала вокруг.

Отец с матерью ужасно волновались за детей, пошли спрашивать у соседей, но оказалось, что никто из учеников из школы не приходил. Родители других пятиклассников тоже заволновались.

Простите. Я дрожала, ощущая каждый удар сердца, гонящего кровь по моим артериям. Дети уже не оживут. Несмотря на то что тела, которые я только что спрятала, еще хранили тепло, их сердца уже не бились.

Вслед за родителями, которые отправились к школе, я дошла до входа – там сидела сестренка. Мои родители, узнав ее, вздохнули с облегчением, заключили в объятия и спросили, куда девался брат. Однако она не отвечала. Другие тоже стали спрашивать, где остальные дети, и она, ничего не говоря, указала на гору.

Затем на дороге, ведущей в гору, обнаружились детские вещи, которые я специально разбросала так, чтобы всех отвлечь, и все побежали вверх. Я попросила отца и мать сначала отвести домой сестренку, а сама решительно сказала:

– Я поищу Чжисюна. Не вернусь, пока не найду его.

Но на самом деле, притворившись, будто поднимаюсь на Цзюцзишань, я тихонько пробралась в школу. К тому времени уже стемнело. Когда сестренка вышла из класса, дверь осталась открытой, так что я легко попала внутрь. Затем, стараясь никому не попасться на глаза, я перетаскала тела детей на берег реки – каждый весил, наверное, килограммов двадцать – так что для меня, выполнявшей всю работу по дому, это не было такой уж тяжелой задачей. Когда я закончила, восемь детских тел лежали в ряд.

Вопрос был в том, что делать дальше. Если просто бросить их в воду, через несколько дней тела всплывут и будут обнаружены. Мне случалось видеть утопленников. Это было слишком ужасно, смотреть на них было невозможно. К тому же, если тела найдут, наверное, поймут, что сестренка напоила их ядом?

Не знаю. Ясно одно: самое безопасное – сделать так, чтобы их никто не увидел. А что нужно сделать, чтобы тела не всплыли? Привязать к ним камни? А вдруг веревки в воде перетрутся? Если один конец веревки всплывет, а другой останется на глубине, она когда-нибудь наверняка порвется. А если порвется веревка, которой связаны руки, разложившееся в воде тело всплывет.

Я готова была молиться богам, размышляя, как увеличить вес тел и удержать веревку в воде. Вдруг у меня в голове сверкнула мысль: я вспомнила сказку братьев Гримм «Волк и семеро козлят». В этой сказке мама Коза и ее козлята утопили волка, набив камнями его брюхо.

Я тоже когда-то ходила в эту школу, поэтому знала, где можно