И пеплом стали звезды - Рина Сивая

— Тогда здравствуй, старший сержант Линнея Корте, — прошептал с улыбкой Тай.

Она ведь хотела видеть его улыбку, когда вернется. И вот она вернулась, теперь уже точно навсегда.

Лин тоже улыбалась. Со слезами в глазах, но улыбалась искренне, счастливо. И отвечала с небольшой запинкой, делая Таймарина вновь самым счастливым архонцем во вселенной:

— Здравствуй… муж.

За восемь лет, шесть месяцев и двадцать шесть дней ее поцелуи ни на грамм не изменились и все еще оставались такими же, какими Таймарин их помнил: горячими, сладкими, отбирающими последние остатки разума. Они сводили с ума, они заставляли вести себя как голодный зверь, добравшийся до своей добычи. И вроде бы Корте помнил, что его Лин только-только восстанавливала свою чувствительность, что ему нужно себя контролировать, нужно пожалеть ее… Но как остановиться, когда она — здесь?

Она сама усаживалась на него сверху. Она же распахивала рубашку на его груди, не переставая целовать, пока Тай расстегивал ее комбинезон и стягивал рукава. Пальцы привычно накрывали такие любимые наросты, но натыкались на защитные наклейки.

И Корте через силу опускал руки на талию Лин, сжимая их сильнее.

— Остановись, птичка, пожалуйста, остановись, — шептал как в бреду, прижимаясь лбом ко лбу Линнеи.

— Почему?

Его птичка не хотела останавливаться, но замирала, не встречая отклика. Видят звезды, Тай тоже не хотел бездействовать, но как дать себе волю, зная, чем это может обернуться?

— Не хочу, чтобы тебе было больно.

Он и в более адекватном состоянии не мог контролировать свое воздействие, а уж сейчас оно будет работать на полную без позволения Тая.

Лин потребовалось несколько секунд, чтобы осознать слова Таймарина, и вместе с пониманием в ее глазах разгоралась злость. Вот теперь она была как никогда похожа ни Линнею Трасс, которую Тай помнил.

Корте, теперь она Корте. Даже мысленно будет называть ее только так.

А пока Лин Корте лишь неаккуратно срывала с руки Таймарина инъектор и, прикладывая тот к своему запястью, активировала подачу блокираторов.

— Лисайя запретил тебе уколы, — покачал головой Тай, даже не пытаясь остановить свою жену.

— Как жаль, что он об этом не узнает, — пожала плечами Лин, откидывая ненужный им больше инструмент, и потянулась за новым поцелуем.

— Птичка, — попытался воззвать к ее здравому смыслу Таймарин, но, видимо, как и его, разум Линнеи давно был в отключке.

— Таймарин Корте! — узкие ладошки с размаха опустились на грудь Тая. — Если ты прямо сейчас не устроишь мне первую брачную ночь, я…

Он не дал ей договорить, затыкая самым проверенным способом. А дальше — только инстинкты, гормоны и совместимость на сто из ста. Стоны, запускающие в груди вулканы. Неразборчивый шепот, воспринимаемый где-то на уровне рефлексов. Поцелуи. Прикосновения. Движения в попытке быть как можно ближе друг к другу. Крики, заглушаемые чужими губами, и все снова по кругу, пока в голове не начинали взрываться фейерверки, а наросты — сходить с ума от переизбытка ощущений.

— Я люблю тебя, Тай, — едва различимый шепот, заставляющий улыбаться.

— Взаимно, птичка, — привычный ответ, и припухшие губы так же растягивались в улыбке.

Счастье — одно на двоих. Любовь, укрывшая обоих словно покрывало. Чувства, находившие отражение в таких одинаковых глазах. Что могло быть лучше?

— Грузовой отсек корвета — галочка, — усмехнулась Лин, устало падая Таю на грудь.

Еще в Военной Академии они начали вести этот глупый список мест, где поддавались влиянию гормонов. К моменту расставания он уже был огромным, но корвета там точно не было.

— А представляешь, сколько галочек нам предстоит поставить на моем фрегате?

Тихий смех был Таймарину ответом, пока он осторожно проводил пальцами по наростам вдоль позвоночника своей жены, делая себе мысленную пометку узнать у Лисайи, когда можно будет снять защитные повязки.

— Но ты же будешь блокировать двери в те места, где мы с тобой будем ставить галочки?

Один тот факт, что они будут это делать, доводил Корте до эйфории. А уж то, что его партнером по грубому нарушению устава будет его Лин…

— Удобно быть командиром корабля, правда?

— Удобно быть женой командира корабля, — весомо отметила Линнея, а Тай снова улыбался точно идиот от того, как восхитительно это звучало: жена. Его жена.

— Тай, просто сообщи, что ты жив, и я отстану, — донеслось из коммуникатора на левой руке. Видимо, за последнее время Таймарин пропустил достаточно сообщений от Эш Маса, раз тот решился открыть прямой канал связи.

— Отстань просто так, — недовольно буркнула Лин, но до подполковника ее слова все равно донеслись.

— Ну, хоть кто-то из вас двоих жив. Лин, притащи Таймарина на «Нею», даже если от него остался только хладный труп. Через час я обязан продемонстрировать его Элиасу, а вам добираться не меньше тридцати пяти минут. Рассчитываю на вашу сознательность.

Тихий щелчок сообщил о том, что сеанс связи прерван. Вот так реальность ворвалась в их маленький мир, где были только они вдвоем.

— Нам правда нужно возвращаться? — слишком печально спросила Лин, поднимая на Тая свои умопомрачительные изумрудные глаза.

Корте не удержался и заправил прядку волос ей за ухо.

— Увы, птичка.

Он бы и сам остался с ней здесь, в маленьком мире, где не было ничего лишнего. Но Таймарин Корте — не тот, кто убегал от проблем. Он их решает — уверенно и быстро, как будет и в случае с генералом Элиасом.

— И что нам делать дальше? — осторожно поинтересовалась Лин, потянувшись за своим комбинезоном, отброшенным в пылу страсти едва ли не к противоположной стене. И как бы не хотелось Таймарину ее отпускать, а пришлось позволить выскользнуть из своих рук.

— Вернемся на «Нею», отдадим запись Ив Улье и решим, когда именно я сообщу Элиасу о твоем чудесном воскрешении, — коротко обрисовал план полковник, приводя в порядок свою одежду.

— Тай, — выдохнула Лин, и по интонациям в ее голосе Таймарин понял, что следующие слова ему не понравятся. — Я не думаю, что…

Он не дал ей договорить — просто оказался рядом и притянул к своей груди, показывая, что теперь за нее есть кому постоять.

— Даже не думай об этом, — поцеловав жену в лоб, заявил Тай. — Я знаю, что ты хочешь сказать. Чтобы я не рисковал, чтобы не ввязывался в то, что предложит твой старый знакомый. Что ты согласна считаться мертвой и дальше, лишь бы защитить меня. Но нет, Лин, так не пойдет. Это я должен тебя защищать, и я буду это делать, нравится тебе или нет. А раз именно Элиас виноват в том, что тебя не было со мной все