Медведев. Книга 8. Договор - Каин Градов

class="p1">Пёс чуть повёл ухом, показывая, что услышал, но рычать не перестал. Его взгляд по-прежнему был направлен к старой яблоне, где на скамейке, сидел пожилой мужчина.

На вид ему можно было дать лет шестьдесят с небольшим. Седые волосы аккуратно зачёсаны назад, тёмное пальто сидело безукоризненно, рядом с ногой к скамейке была прислонена простая трость. Ничего необычного.

Если бы я встретил его в Северске, то, скорее всего, решил, что передо мной отставной чиновник, профессор или владелец какого-нибудь старого торгового дома.

Мурзик, в отличие от пса, никакой опасности не чувствовал. Бельчонок сидел прямо возле чужих ботинок и с интересом наблюдал за пальцами старика. Тот достал из небольшого бумажного кулька очередной очищенный орех, разломил его пополам и протянул кусочек зверьку. Мурзик осторожно понюхал угощение, и торопливо съел, словно боялся, что угощение отнимут.

— Предатель, — негромко произнёс я, но бельчонок даже не посмотрел в мою сторону.

Зато гость услышал мои слова. Поднял голову, взглянул на меня и с улыбкой произнес:

— Доброе утро, Николай Арсентьевич. Рад, наконец, познакомиться с вами лично.

Голос у него оказался таким же обычным, как внешность. Спокойным, негромким, чуть усталым. Так разговаривают люди, которым давно уже не нужно никому ничего доказывать.

Я спустился со ступеней. Аргумент двинулся следом за мной, словно понимал, что предстоящие переговоры выйдут сложными.

Глава 34

Договор

— А вы, значит, тот самый посетитель, который решил заглянуть без предупреждения?

— Не видел смысла стучать в калитку, — произнес гость и протянул Мурзику ещё половинку ореха. Тот тотчас схватил лакомство и принялся с аппетитом грызть. — Хороший у вас питомец.

— Пока его не начали подкармливать посторонние. Боюсь, теперь он будет требовать орехи и с меня, — я развел руки в стороны.

Незнакомец тихо усмехнулся и на мгновение происходящее стало почти нормальным. Передо мной был просто пожилой человек, который сидел в саду, кормил орехами пушистого предателя и беседовал с хозяином дома. Только Аргумент стоял возле моей ноги и не прекращал тихо рычать.

— И всё-таки, — произнёс я негромко, — кто вы?

Старик аккуратно стряхнул с пальцев крошки и взглянул на меня. На его лице появилось особенное доброжелательное выражение, которое наверняка видели звери в зоопарке на лицах посетителей. Именно так смотрят на животных в вольере — с легкой снисходительностью и ленивым интересом. Гость склонил голову к плечу, словно взвешивая каждое слово, которое собирался произнести. А затем заговорил:

— Полагаю, вас больше заинтересует не моё имя, а то, зачем я пришел. Имена могут быть фальшивыми. Иногда их меняют. Порой даже забывают. Имя мало, что значит, когда умирают те, кто его помнил. Поверьте, юноша, имена, которыми нас зовут люди порой не стоят ничего. А вот намерения… — он поднял вверх указательный палец, — вот они имеют значение.

Тревога, всё это время сидевшая где-то внутри, неожиданно обрела вполне конкретные очертания.

— Вот как, — медленно выдохнул я и продолжил ровным голосом, — Вы и есть тот самый наниматель Платонова?

Мужчина кивнул и одобрительно кивнул, словно собаке, которая выполнила команду:

— Он работал на меня. Правда, в последнее время он немного дискредитировал себя, так что пришлось его… уволить.

Гость говорил всё тем же спокойным голосом, будто только что сообщил, что Платонов занимался его счетами или присматривал за недвижимостью.

Я открыл было рот и уже собирался спросить о вчерашнем нападении, когда Аргумент вдруг перестал рычать. Он резко обернулся, и приветливо завилял хвостом, будто увидел старого знакомого. Гость же наоборот перестал улыбаться. Казалось. Будто выражение скучающей вежливости стерли с его лица. Рука с очередным орехом замерла на полпути к Мурзику. Мужчина нахмурился и взглянул туда, куда смотрел пес. Белчонок не стал деликатничать и нагло вырвал из пальцев незнакомца угощение.

Но я это отметил почти автоматически. Потому как смотрел на идущего от задней калитки Победа. Тот появился во дворе совершенно бесшумно, словно из ниоткуда, и теперь неторопливо направлялся в нашу сторону.

Я нахмурился, поняв, что Губов изменился за время отсутствия. На нем была же одежда, да и шел он так же неспешно, но человека, которого я знал словно подменили.

Ещё пару дней назад за ужином Побед был примерным семьянином и обычным, немного усталым мужчиной с доброй усмешкой. Сейчас всего этого в нем не осталось. Казалось, что он стал шире в плечах, чуть выше. Или все дело было в том, что от него тянуло странной силой, которая заставляла каждый волосок на теле приподняться.

Побед в упор посмотрел на сидевшего под яблоней человека, и впервые я ясно увидел в нём не Губова, а того самого Древнего, о котором говорил Молчанов.

Причём дело было даже не в самом взгляде, а скорее в том, как на этот взгляд отреагировал наш гость. Тот стал как будто съежился, плечи его чуть поникли, голова слегка опустилась.

Но через мгновение гость встрепенулся, поднялся и подался навстречу Победу. И в этом движении появилось то, чего я до сих пор не видел ни разу за весь наш разговор. Осторожность, или даже уважение.

Побед остановился в нескольких шагах от нас. Гость некоторое время молча рассматривал его, а затем произнёс слово, которого я не понял.

Наверное, это было истинное имя Победа, только оно прозвучало так странно, что на мгновение заложило уши. Мне показалось, будто оно состоит из нескольких наложенных друг на друга голосов, хотя говорил всего один человек.

— Давно не виделись, — улыбнулся старик.

Побед даже не изменился в лице. Будто ничего удивительного в этой встрече не находил.

— Была бы моя воля, я бы не видел тебя еще столько же, — ответил он.

— Всё такой же приветливый, — отметил гость.

— С возрастом становлюсь добрее.

Незнакомец сухо рассмеялся.

— Вот уж чего никогда от тебя не ожидал.

— Все меняются, — отрезал Побед.

Взгляд незнакомца на мгновение скользнул в сторону дома и он уточнил:

— Как поживает семья?

Побед замер и на его лице скользнула эмоция.

— Не произноси это так, — прорычал он, и я услышал в его голосе плохо скрытую злобу.

И я заметил, как улыбка гостя стала немного шире.

— А если я не стану слушать твоего совета? — склонив голову, уточнил он.

— Попробуй проверить, — ответил Побед. В его голосе не было угрозы, только мрачное предвкушение. И старик враз перестал улыбаться.

Всего