На крыльях крови - Брайер Болейн

Ее губы изогнулись в соблазнительной улыбке, когда он подошел к кровати. Дрожь пробежала у меня по спине. Неужели я действительно собиралась на это смотреть?

Да. Да, я, черт возьми, собиралась.

Мое сердце бешено забилось в груди, когда Блейк резким движением бросился вперед и склонил голову к шее грязнорожденной девушки.

Голова девушки дернулась назад, она судорожно выдохнула, когда клыки Блейка вонзились ей в кожу.

Это должна была быть ужасная сцена. Осквернение плоти, струйка крови.

И все же это было не так.

Грязнорожденная девушка не корчилась от боли. Вместо этого ее глаза закрылись, когда она еще немного откинула голову, чтобы предоставить Блейку доступ. Ее тело выгнулось навстречу ему, руки потянулись, чтобы вцепиться в рукава его рубашки, как будто она жаждала еще больше ощущений, которые он дарил ей.

Мой желудок скрутило, я разрывалась между отвращением и постыдным теплом, растекающимся между бедер.

Наблюдать за тем, как Блейк кормится, было тревожно и интимно. Его руки обхватили талию девушки, удерживая ее на месте, пока он пил.

И все же в его действиях чувствовалась холодность, как будто его разум был отстранен от процесса. Он не ласкал ее, не обнимал. Он просто брал то, что ему было нужно.

По крайней мере, так я сказала себе, когда тихие эротические стоны девушки наполнили комнату.

Блейка, казалось, не волновала ее реакция. Должно быть, он к такому привык. Казалось, его интересовала только кровь, которую он пил.

Я следила за движением его горла, когда он глотал кровь из обмякшего тела девушки.

Я могла бы отвернуться в любой момент. Но я этого не сделала.

Наконец, спустя, как мне показалось, вечность, Блейк отстранился.

Его грудь тяжело вздымалась, а рот был перепачкан.

Я почувствовала, как во мне закипает странный гнев, когда я посмотрела на красную влагу на его губах. Как будто девушка пометила его каким-то образом, на который не имела права.

Клыки Блейка на мгновение блеснули на свету, прежде чем втянуться. Он вытер рот тыльной стороной ладони, смахивая капли крови.

Девушка села на кровати, ее глаза были полуприкрыты, кожа раскраснелась.

– И это все, что ты от меня хочешь?

Блейк не ответил. Его лицо было бесстрастным, когда он сунул руку в карман брюк и вытащил кожаный мешочек. Он поставил его на прикроватный столик, и девушка схватила его, высыпав содержимое на покрывало.

Она тихо фыркнула, проведя пальцами по золотым монетам.

– Здесь слишком много, – угрюмо пробормотала она. – Ты всегда переплачиваешь.

Она соскользнула с кровати и подошла к нему, ее пальцы потянулись к воротнику его рубашки.

Я почувствовала, как у меня скрутило живот. Она хотела его. Она хотела от него большего. Неужели он применил к ней трэлл-принуждение? Очаровал ее? Я сомневалась, что ему это было нужно. Девушка явно сама этого хотела.

Но, с другой стороны, в ней с рождения взращивали поклонение таким людям, как Блейк, напомнила я себе. Она была уверена, что они чище, чем она, лучше. Конечно, эта девушка хотела его.

И все же я надеялась, что он ее отвергнет.

Мне не стоило беспокоиться. Нахмурившись, принц оттолкнул ее руки.

– Может быть, в следующий раз, когда ты придешь, меня здесь не будет, – раздраженно сказала она. – Или я буду с кем-то другим. С каким-нибудь другим высокородным. Так тебе и надо. Что ты тогда будешь делать?

– Я заплачу другой девушке, – равнодушно бросил Блейк, подхватывая со стула свой пиджак и натягивая его обратно.

Я подавила смешок. Он был хладнокровным ублюдком. Мне следовало пожалеть эту девушку. Но я не могла. В том собственничестве, которое она проявляла по отношению к Блейку, было что-то такое, что мне не понравилось.

Я смотрела, как пиджак обтягивает его плечи. Он уходил. Я почувствовала, как во мне поднимается волна самодовольства.

Я наслаждалась им, пока холодная рука не зажала мне рот.

Меня выдернули из шкафа. Мужская рука обхватила меня за талию.

– Так-так, – прорычал мне на ухо низкий голос. – Что это у нас здесь? Кому-то нравится наблюдать?

Мое сердце бешено колотилось, дыхание вырывалось в ладонь высокородного.

– Новенькая, – пробормотал мужчина. – Я сегодня уже выпил вволю, но мне всегда нравилась свежая кровь.

Я почувствовала, как с меня стягивают капюшон, срывая ленту. Кудри каскадом рассыпались по плечам.

Внезапно наступила тишина, когда мужчина обратил внимание на мою внешность.

Затем я почувствовала, как чьи-то пальцы прошлись по моим волосам. Я попыталась отдернуть голову, но он крепко держал.

– Что это тут у нас? – пробормотал мужчина. – Такие красивые волосы. – Он принюхался. – Ты даже пахнешь по-другому. Уникально. Я никогда раньше не пробовал ничего подобного.

При мысли о том, что этот человек вонзит в меня свои зубы, меня охватила паника. Я изогнулась, вырываясь из его хватки, и наклонилась, вытаскивая кинжал Корегона из ботинка.

Действуя с ошеломительной скоростью, я развернулась и глубоко вонзила лезвие в то место, до которого смогла дотянуться – в бедро незнакомца.

Мужчина взвыл от боли и отшатнулся, опрокинув деревянный стул.

Я быстро оглядела его. Я почти ожидала увидеть того человека, с которым столкнулась в коридоре. Но это был другой высокородный. На нем были черная маска-домино, закрывавшая глаза, и малиновый плащ, а вокруг губ кровь – кровь, которую он не потрудился вытереть, как будто ему нравилось так выглядеть.

Я взглянула на его руки. Они тоже были покрыты кровью. Мое сердце забилось быстрее. Сегодня вечером этот человек сделал нечто большее, чем просто кормился.

И он еще не закончил со мной, собравшись с силами быстрее, чем любой смертный. Его лицо исказилось от ярости, и в мгновение ока он снова оказался на мне, схватив меня за запястье и больно вывернув руку назад.

Я закричала, но не выронила кинжал. Мой взгляд в отчаянии метался по комнате.

Там. На полу. Пушистик лежал неподвижно. Должно быть, высокородный пнул его чуть раньше. Это зрелище наполнило меня внезапной, ослепляющей яростью.

«Ударь его еще раз, – потребовала мать. – Используй нож. Торопись. Он не выпустит тебя из этой комнаты, что бы он ни говорил».

Но я не могла отбиться, как ни извивалась. Он был слишком силен.

Я вспомнила кое-что, чему научилась на занятиях по истории Санграты. Что высокородные с возрастом становятся сильнее. До этого момента я сражалась только с высокородными моего возраста – Вишей и Блейком. Возможно, я была близка к тому, чтобы сравниться с ними… но я не могла тягаться с этим мужчиной.

– Я должен отвести тебя в Святилище, – пробормотал