Тень отступника - Артём Гармашов

Те двое, что возились с раненым, замерли. Бывалый выронил тряпицу. Он смотрел прямо перед собой, на что-то, что видел только он, и медленно, будто в забытьи, поднялся, сделал шаг назад, споткнулся о край плаща и рухнул на спину, не в силах отвести взгляда.

Молодой закричал. Не слова — просто крик. Высокий, сорвавшийся. Он рухнул на колени, закрыл голову руками и закачался из стороны в сторону. Наказанный на плаще дёрнулся всем телом. Спина выгнулась. Из горла вырвался хрип. Потом он обмяк. Бывалый нукер выругался и склонился над ним.

Вокруг начали оборачиваться. Сначала ближайшие. Потом те, кто стоял дальше. Кто-то опустил тренировочный меч. Кто-то перестал двигаться. Один из нукеров споткнулся на ровном месте и поспешно попятился. Но большая часть плаца ещё ничего не понимала. Там по-прежнему звенела сталь. Кричали уздени. Стучали копья о щиты.

Под шлемом заныло в висках. Нар'миир поморщился. В следующий миг лёгкие словно стянуло железным обручем. Он согнулся и попытался вдохнуть.

Не смог.

Кашель вырвался сам — сухой, рвущий. На губах стало тепло. Он бессознательно вытер рот тыльной стороной ладони. Во рту стало ещё солонее.

Кровь.

«Красное, как мятые ягоды» — мысль вспыхнула и тут же исчезла.

Нар'миир соскользнул со скамьи. Колени больно ударились о камень. Мир качнулся и поплыл в сторону. Где-то кричали. Кажется, звали его по имени.

На плечо легла рука.

Он дёрнулся так резко, что едва не завалился набок, и сбросил её. Под ладонь попал шов между плитами. Нар'миир вцепился в него так сильно, что заныли пальцы. А потом его рванули вверх. Так резко, что в глазах вспыхнули искры.

— Смотри на меня.

Ризаан.

Его голос сорвался на хрип, но приказ в нём никуда не делся.

Нар'миир попытался поднять взгляд. Лицо напротив расплывалось. Только тёмный силуэт и всполохи серого перед глазами.

— Дыши, — жёстко сказал Ризаан. — Слышишь меня? Дыши. Не сейчас. Не здесь.

Плечи ломило от его хватки.

Нар'миир открыл рот, собираясь что-то сказать, но его снова скрутило кашлем. На губы брызнула кровь.

— Дыши!

Теперь Ризаан был совсем близко.

Тёмно-фиолетовые глаза казались почти чёрными.

— Дыши, — повторил он.

Пальцы на плечах Нар'миира сжались ещё сильнее.

Нар'миир видел, как тот борется с собой. Ноги Ризаана сами подгибались, разворачивались к выходу с плаца, но он не уходил.

— Ты меня слышишь?

Нар'миир кивнул — едва заметно, но Ризаан должен был понять.

— Тогда смотри.

Между ними вспыхнул свет. Небольшой огонёк сорвался с пальцев Ризаана и ударил по глазам. Нар'миир зажмурился. Когда он снова открыл глаза, мир больше не расплывался.

Он увидел лицо Ризаана совсем близко. Шрам на щеке. Влажные пряди волос, прилипшие ко лбу. Напряжённо сжатые губы.

Ризаан что-то говорил. На этот раз Нар'миир различил слова. Холод, стиснувший грудь, понемногу отпускал. Он втянул воздух и впервые за долгое время смог вдохнуть до конца. Следом пришёл кашель. Но крови не было.

— Отпустило? — спросил Ризаан.

— Отпустило…

Только теперь Ризаан разжал пальцы. Сделал шаг назад, качнулся и опёрся о стену. Руки у него заметно дрожали.

— Ты… — начал он и осёкся.

Потом просто махнул рукой куда-то в сторону. Нар'миир поднял голову. И только тогда увидел, во что превратился плац.

В десяти шагах от них, на земле, лежали двое — бывалый и тот, что с флягой. Оба без сознания. Наказанный, чью спину только что перевязывали, отполз в сторону и сидел, привалившись к бочке, глядя перед собой пустыми глазами.

Чуть дальше, где тренировались соседние десятки, хаос тоже оставил свой след. Кто-то стоял на коленях, обхватив голову руками. Кто-то лежал ничком. Ещё двое нукеров бежали прочь, спотыкаясь, не разбирая дороги. Снаряжение — мечи, копья, щиты — валялось в пыли там, где его бросили.

В воздухе пахло страхом — едким, кислым.

— Это больше нельзя держать в секрете, — сказал Ризаан тихо.

— Боюсь, это уже сложно назвать секретом…

— В этот раз ты переступил черту. Увидит илар — тебя отправят в орден Неведомого. Это, конечно, престижно, но тебя не выпустят за его стены, пока не освоишь свой дар. А может, и заморачиваться не станут.

Нар'миир огляделся. В стороне, привалившись к бочке, стоял Канзаф-эль и смотрел на него своим единственным зрячим глазом — долго, молча. Потом отвёл взгляд и сплюнул в пыль.

— Совсем как отец, — прошептал он одними губами, и ветер едва донёс эти слова до Нар'миира.

Нар'миир молчал. Он смотрел на свои руки — на ладони, перепачканные в крови. Своей.

— Надо было… — начал он и не закончил.

— Что? — Ризаан шагнул к нему, заглянул в лицо. — Что надо было? Казнить того парня? Не наказывать? Не слышать? Не злись на себя. Уже всё.

Нар'миир поднял голову. Вдали, у казарм, показалась фигура в жёлтой мантии — придворный маг. Аральд. Он шёл не спеша, но целенаправленно, и в руке его был свиток.

— Поздно, — согласился Нар'миир. — Они уже здесь.

— Как они всегда узнают так быстро?

— Вот иди и узнай. А я, пожалуй, не стану тратить его внимание на себя ещё больше.

— Хоть одна разумная мысль за сегодня.

Аральд остановился на возвышении у казарм — там, где обычно собирались илары и уздени. Жёлтая мантия тускло мерцала в полуденном свете, в руке — свиток и угольный карандаш. Он смотрел на плац, на разбросанное оружие, на эльфов, которые всё ещё не пришли в себя. Потом достал свиток, начал что-то быстро записывать.

Из толпы нукеров вынырнул Карвек. Уздень тяжело шагал к возвышению, и даже со спины было видно, как напряжены его плечи.

Нар'миир, всё ещё сидя на корточках у стены, замер. Ризаан бросил на него быстрый взгляд, но ничего не сказал.

Карвек встал рядом с Аральдом. Говорил он негромко, но ветер дул в сторону плаца, и слова долетали обрывками.

— …твоих рук дело? — спросил Карвек. Даже сейчас в его голосе слышалась привычная хрипотца.

Аральд не поднял головы. Ответ прозвучал слишком тихо. Потом всё же повернулся к узденю, и Нар'миир увидел, как маг покачал головой.

— …доложу Лейфару, — донёсся голос Аральда. Ровный, без эмоций.

Карвек что-то резко сказал — слов не разобрать, но жест был красноречивым: рубанул воздух ребром ладони.

Аральд ответил, и на этот раз слова прозвучали чётче:

— Если парень действительно столь талантлив, ему найдут место куда приличнее, чем грязные армейские казармы.

Карвек скрестил руки на груди. Нар'миир видел, как дёрнулась его щека.

— …повторится — отстраню, — донеслось до него. — На поединке… нельзя допустить.

Аральд