Зверолов. Том 2 - Александр Валентинович Рудазов

— Продолжайте называть ее Абзуш, — сказал их провожатый. — Мы никогда не использовали звуки для передачи информации, так что в нашем языке у нее нет произносимого обозначения.

— По этой же причине у вас нет звукового имени и названия вида? — предположил Троост.

— Вы можете называть нас архонтами. Это самый близкий термин в вашей системе понятий. Что же до моего имени, то его можно перевести на ваш язык как Созерцатель. Поскольку мы используем для общения вибрационные узоры, наши имена идентичны нашим функциям.

— А есть ли название у вашего города?

— Геометрия Сознания.

Созерцатель не задавал вопросов ни Троосту, ни Луале. Они явно не могли сообщить ничего такого, чего бы он не знал. Зато он коротко и доходчиво отвечал на все их вопросы — и лицо Луалы с каждой минутой все сильнее вытягивалось.

Ее мир переворачивался с ног на голову.

Оказалось, что Абзуш действительно принадлежит архонтам. Это их родная планета, на которой они появились, выстроили свою цивилизацию и достигли невероятных высот. Люди же попали сюда относительно недавно — около семи тысяч лет назад.

— В те времена мы так же активно изучали окружающий космос, как сейчас вы, — сказал Троосту Созерцатель. — Посетили в том числе вашу планету — и взяли оттуда нескольких туземцев.

— Дайте угадаю, — сказал зверолов. — У вас тоже был этнографический зоопарк.

— Да. Именно здесь, совсем рядом с Геометрией Сознания, находилось место, где жили представители инопланетных цивилизаций. В том числе древние серраны и земляне, вывезенные из области между двух больших рек.

— Это невероятно, — сказал Троост. — Но как вышло, что они стали хозяевами планеты?

— С тех пор многое изменилось. Земляне были одними из последних, кого мы сюда привезли. И в отличие от других представителей инопланетных цивилизаций, они дали плодовитое потомство и быстро росли в численности.

— Шесть Праотцов! — сдавленно ахнула Луала.

— Да, изначально их было шестеро, трое мужчин и три женщины. Когда их число превысило две сотни, мы решили выделить им часть территории планеты. В тот период мы в целом упразднили то, что вы называете зоопарком, а его обитателям выделили пустующие области нашей планеты. Мы сами к тому времени были уже очень малочисленны и продолжали сокращаться в числе, так что нехватки пространства не ощущалось. В течение следующих двух тысяч лет, однако, серраны и все остальные представители инопланетных цивилизаций вымерли — либо естественным путем, либо в результате войн с землянами, которые очень активно размножались и распространялись. Постепенно их становилось все больше. Мы не препятствовали им, постепенно лишь все сильнее ограничивая контакты с ними. Со временем они стали считать нас богами. Потом, когда мы окончательно прекратили с ними контактировать, мы перешли в область мифов. Нас устраивает такое положение дел. Прямо сейчас мы занимаем лишь восемьсот квадратных километров планеты — этого более чем достаточно, учитывая то, что в этой плоскости бытия нас осталось меньше шести тысяч.

— Вы вымираете, как нептунцы, — негромко произнес Троост.

— Мы не вымираем. Мы переходим в иную форму существования. У вас есть еще вопросы?

Луала раскрыла рот. Вопросы. Боги, как много у нее было вопросов. Она растерянно посмотрела на Трооста, капитана пришельцев… нет, стойте, какие же они пришельцы? Получается, что они… сородичи. Такие же люди, у них с Луалой общие предки…

— Почему вы… здесь? — спросила она наконец. — Почему… не там? Не в космосе, а… под этой горой?

— А какая разница, где именно нам находиться? — спросил Созерцатель. — С тем же успехом мы могли быть где угодно. Но это наша родная планета — почему не здесь?

— Но… почему у вас всего один город? Почему вы не… осваиваете другие звезды?

— А зачем?

Луала растерянно развела руками, а Троост хмыкнул. Он понимал ее недоумение.

Когда-то земляне тоже считали, что цивилизации, достигшие невероятных высот, и место в Галактике займут невероятное. Что они будут строить сферы Дайсона и управлять звездами, что их империи раскинутся на миллионы звездных систем.

Судя по всему — нет. Просто потому что в этом нет никакой нужды. Точно так же древний египтянин мог бы воображать высших существ как строителей пирамид размером с Луну и летающих галер с веслами километровой длины.

Но все оказалось… иначе.

— А о вас мне тоже нельзя рассказывать? — уныло спросила журналистка, глядя в холодный свет Созерцателя.

— На ваше усмотрение, — ответил хозяин планеты. — Но учтите, что мы не подтвердим свое существование и не предоставим в ваше распоряжение никаких доказательств. Мы специально увенчали Гору Богов плоским плато, решив, что вступим в контакт с теми, кто попытается приземлиться на нем на летательном аппарате. Если вы одними словами сумеете убедить своих сородичей, что ваши слова — правда, а потом сумеете вместе с ними добраться сюда — значит, вы готовы к тому, чтобы начать общение.

Луала снова раскрыла рот. Потерла виски. Вспомнила библиотеку, в которой рядами стояли книги о тайнах Маклаты, и каждая гарантировала, что именно в ней содержится Та Самая Истина…

М-да.

— Никого не поймал? — спросила Стувейра, когда Троост вернулся на «Нимрод». — Я же говорила, что это пустая трата времени.

— Ну не сказал бы, — задумчиво произнес зверолов. — Сегодня мы узнали немного больше об этой планете… да и о нашей собственной тоже.

— Если ты узнал что-то действительно важное, сообщи на нашу исследовательскую станцию. Эта планета — часть Империи Осор.

— Вот насчет этого я бы не был так уверен…

Я не робот

«Нимрод» вышел из гиперпространства 30.11.75, 22.11 UT. Никогда еще Маартен Троост не проводил в нем так много времени. Больше месяца экипаж корабля-зверолова не видел звезд, больше месяца вокруг были только четырехмерные вихри, позволяющие проходить световой год за четыре часа.

Но в этот раз пролететь пришлось сто девяносто девять световых лет. Уйти далеко за пределы освоенного землянами пространства, на самую окраину пространства серранского. Там, на границе исследованных ими территорий, располагалась планета, которую даже эти человекоящеры не посмели включить в состав своей империи. Даже номинально, как Абзуш.

— Удивительное зрелище, — сказал Троост, глядя в панорамное окно. — Вы уверены, что они не