Странник и его спутники - Алексей Вячеславович Зубков

— Мне тоже жаль, — сказал Адемар с искренним сожалением, — Упустил возможность отличиться перед наследником императора.

— Зато вы отличились в Пайт-Сокхайлей перед правящим императором!

Надо полагать, барон Молнар поделился впечатлениями. Хотя могли и барсуки поделиться. Интересно, сколько подробностей про штурм консульства утекло в народ, пересказывается по тавернам и приукрашивается с каждым пересказом?

— Тамошние гиены и боровы обвинили меня в самозванстве и самоуправстве. Со стороны императора было очень любезно просто отлучить меня от двора, — сказал Адемар.

Хель посмотрела на графа с недоумением.

— Страшно подумать, что вы натворили, — осторожно и дипломатично предположила рыжеволосая.

— Что я такого особенного могу натворить, о чем думать страшно? Ни одной дамы не обидел. Наоборот, как раз дамы остались мной довольны.

— Может, вы там убили кого-то.

— Безоружных не убивал. Я вообще-то добрый. Мы даже пленных брали.

Хель с такой силой подавила ответную реплику, что закашлялась.

— Ладно, у нас с вами вся жизнь впереди, — сказал Адемар, — Хотите, вызову на дуэль кого-нибудь из ваших титулованных врагов?

— Спасибо. Здесь как раз недавно случился поединок между… другим фамильяром Готдуа и Порфирусом Ильдефингеном.

— Ильдефинген мастер меча. И мы с ним как раз договорились о пешем поединке.

— Более не злободневно, — сообщила Хель.

— Мертв?

— Да.

— А второй участник?

— Раньян су Готдуа. Жив и неплохо себя чувствует.

— Я его поздравляю.

Адемар подумал, что «неплохо себя чувствует» это сильное преувеличение. Его еще лечить и лечить. Но для человека, который по слухам прошел в одиночку с боем через королевский дворец, мостя дорогу покойниками, самочувствие и в самом деле пристойное.

— Я передам, — кивнула Хелинда.

— Полагаю, самое время перейти к делу, — решил Весмон.

— Пора, — согласилась женщина.

— Можете устроить мне аудиенцию у вашего господина?

— Могу. О чем пойдет разговор?

Однако! — даже не изумился, а констатировал Адемар. Никаких «я постараюсь», «это будет непросто», «когда обстоятельства окажутся благоприятными» и прочее. И уж конечно никакого намека на взятку за решение важного вопроса. Похоже, она вообще не допускает возможность того, что Артиго может отказать. Ладно… значит будем говорить дальше с той же откровенностью.

— Я привез золото не только вам. Для него две тысячи мерков монетой и десять тысяч векселями.

У Хелинды аж глаза расширились. Черт возьми, эта женщина вообще умеет скрывать хоть что-нибудь? У нее же что на уме, то сразу отражается на лице. Удивительно бесхитростная натура.

— Откуда? Это же уровень не графской казны.

— От доброжелателей. Без просьб и ответных обязательств.

— Чего хотят эти доброжелатели?

— Чтобы Артиго Готдуа жил долго и счастливо. Есть основания считать, что он унаследует трон.

Кажется, близкое и дальнее будущее Готдуа его фамильяр представляла совсем по-иному. Хелинда даже не удивлена, а форменным образом поражена услышанным. И осторожно спросила:

— Это какая-то столичная интрига?

Похоже, Артиго вообще не рассматривает идею борьбы за трон, — подумал Весмон. Либо сдался, либо придумал какой-то иной путь… например не участвовать в смуте вообще и пережить всех, дав противникам поубивать друг друга. Это может объяснить выбор сподвижников и стремление отталкивать любую руку помощи.

— Да. Интрига очень высокого уровня, — граф решил, что время для встречных расспросов. — Я вот не пойму, какая интрига разыгрывается у вас. Почему наследник трона живет не в столице в гостях у кого-то из приматоров или бономов, а в заштатном городишке?

— Жизнь в гостях у Его Высочества Рамбуса Второго очень не понравилась моему господину. Он сделал вывод, что если ты пользуешься заемными возможностями, то и достижения тоже получаются… заемные. Он хотел бы больше свободы действий. Ему приятнее, когда его охраняют, а не стерегут. И его верные люди, а не чьи-то.

— Средства, которые я должен передать, это не заем, а дружеская помощь. Как я уже сказал, золото передается без условий и обязательств. Хоть нищим раздайте, буде возникнет подобное желание. Во-вторых, не вижу ничего дурного в кредите, — искренне пожал плечами граф. — Просто надо соблюдать финансовую дисциплину и строго соизмерять намерения с возможностями. На одного неудачливого заемщика всегда приходится десяток-другой тех, которые извлекают выгоду и без эксцессов гасят обязательства. Только они не склонны вопиять на весь мир о несправедливости. А горожане вас предадут. И возьмут недорого.

— Один раз уже предали. Мы жестоко наказали город и казнили зачинщиков, — глаза Хель сверкнули холодным огоньком.

— Как указывает нам история, чужой опыт никого ничему не учит, — сообщил Адемар. — Вы совершили справедливое возмездие и утолили жажду мести. Но проблема в корне своем не разрешена. А с теми средствами, которые я привез, вы можете поселиться в столице. Опора на собственные силы — разумная стратегия. Но не уровня будущего императора. Надо заключать союзы. Хотя бы знать, кто есть кто в высшем обществе.

— Но мы здесь никого не знаем, поэтому никому не можем доверять.

Логично, — вынужден был признать Адемар. Артиго в силу воспитания должен знать наперечет все благородные фамилии, а также сколь-нибудь значимых представителей оных. Но это книжное знание, которое не дает понимания, кто чего стоит и на кого можно положиться.

— Хотите, я расскажу под запись, кто есть кто на Закатном Севере? — предложил Весмон.

— Вы хорошо их знаете?

— Был здесь в позапрошлом году. И вместе со всеми был на коронации императора Хайберта. Если я чего-то не знаю, то остальное расскажет мамин кузен дядя Бриан. Бриан аусф Кастельман, урожденный Гландивуа, муж Клариссы Кастельман, старшей из дочерей.

— Знаете, а мы как раз собирались покинуть этот недостойный город, — задумчиво проговорила Хель.

— Куда же намеревался направить стопы наследник трона?

— В Пустоши. Я предложила ему учредить там новое королевство. Или герцогство.

— Не советовал бы.

— Как это? Разве вы не предложили только что-то же самое?

— С деньгами, которые я привез, и связями, которые я вам помогу завязать, покоряйте Карфрай, столицу Закатного Севера. Пустоши подождут.

— В Ойкумене голод, а про Пустоши говорят, что они начали продавать еду. Кроме того, там хаос и безвластие. Проще устанавливать желаемый порядок небольшими силами.

А, вот в чем соль! — догадался Весмон. Артиго не опустил безвольные руки, а трезво оценил свои возможности. Очевидно, решил вообще не играть малыми силами в