Атланты 1-9 - Дмитрий Владимирович Колосов

от него, но тот настиг беглянку и овладел ею. В нас, самцах с Зрентши, также заложен инстинкт, неодолимый инстинкт продолжения рода. По истечении отведённого срока женщина произвела на свет двух младенцев и умерла. Младенцев назвали Шеллаур и Оролон. Тебе они известны как Чёрный Человек и Русий.

— Теперь я многое понимаю! — пробормотал Кеельсее. Он был настолько увлечён рассказом, что даже позабыл о холоде и резком, пронизывавшем до костей ветре, от которого невозможно было укрыться. — Теперь я понимаю, почему Чёрный Человек преследовал Командора и Русия. Русий родился первым, а Чёрный Человек был отвергнут Командором, так же, как ты был отвергнут своим отцом.

Арий с кривою усмешкой покачал головой.

— В том-то и дело, что Русий был младшим.

— Так почему же… — Кеельсее не договорил и вопросительно уставился на зрентшианца.

— Шеллаур был одарён от рождения. Одарён больше, чем кто-либо другой. Он был сильнее отца, ему была ненавистна сама мысль о том, что кто-то может покровительствовать ему. Пусть даже отец! Он сам оттолкнул Стер Клина, хотя сделал это не сразу. Какое-то время мы, четверо зрентшианцев из рода Тон-Пи-Ф'ера повелевали миром, именуемом Атлантидой. Вернее, трое. Оролон долго ни о чем не догадывался. При рождении его брат вобрал в себя столько силы и знаний, что бедолаге Русию ничего не досталось. Потребовалось немало времени, прежде он стал полносильным зрентшианцем. Так что поначалу мы правили втроём: я, мой брат Стер Клин и его старший сын …

Арий, скривив рот, ухмыльнулся Кеельсее.

— Наверно, чудовищно представлять себя всего лишь жалким винтиком. Мне знакомо это чувство. Я познал его, когда очутился посреди Космоса в жалком десантном катере. Так вот, все вы, миллионы и миллионы созданий, именующих себя атлантами, были пешками в игре, какую вели мы, зрентшианцы из рода Тон-Пи-Ф'ера. Потом Шеллаур предал нас, верней своего отца. Он создал мир, наречённый им Альзилидой, и начал войну против атлантов. Войну, которую мы проиграли. Ну а дальше было бегство с планеты, во время которого я попытался избавиться от Оролона, начавшего набирать силу и знание. Но он перехитрил меня, а Стер Клин занял сторону сына. Дальше ты всё знаешь…

Зрентшианец вопрошающе уставился на Кеельсее, тот был задумчив.

— Интересно… — промолвил атлант. — А всё-таки где сейчас они: твой братец и его уроды-сыновья? Куда они подевались? Сейчас их помощь здорово пригодилась бы нам!

— Ни за что! — прорычал Арий. — Ни за что не подам руку ни одному из тех, кого я ненавижу!

— Но Леда… Боюсь нам не справиться с ней… Лучше попробовать договоиться….

— Справимся! Одолеем! Пойдём! — Арий резко поднялся. — Нечего ждать!

Кеельсее не стал спорить.

Как раз в этот миг прорвалось сквозь серые облака, словно пробудилось от дрёмы, солнце, и двое продолжили свой путь наверх — прямо навстречу засиявшему диску…

12.6 Они встречают Леду, которая убивает Ария

— Какой типаж, а?! Красаве'ц!

Это восклицание Кеельсее было адресовано монстру — собрату и точной копии того самого существа, что пыталось погубить Леду и было за то умерщвлено Посвящённой. Напомним, существо звалось цан и вид имело преотвратный: громадное, багровое тело с костистыми лапами, увенчанное жуткой рожей с подпиленными клыками и приплюснутым обезьяньим носом. При появлении гостей цан, как и полагалось, поднялся со своего места и с угрожающим видом двинулся навстречу.

— Кто вы и по какому праву…

Арий не дал монстру договорить. Хоть зрентшианец из-за чар Леды и лишился значительной части силы, но и оставшейся было вполне достаточно, чтобы движением руки буквально размазать жуткого стража по выпуклости скалы.

— Так его, наглеца! — поощрил Кеельсее.

Путники приблизились к подъёмнику и уселись в корзину. Ни один, ни другой не стали задаваться вопросом: а кто же будет крутить рукоять. Та начала вращаться сама по себе, и корзина мягко поплыла в облака.

До вершины скалы гости добрались без приключений. Ядовитое облако Арий сжёг, выплюнув сгусток пламени, а дуда, второго стража постигла та же участь, что и его собрата цана.

Арий скептически оглядел представшее его взору строение.

— Слишком уж скромно. У нашей потаскухи запросы побольше!

— А это и не её, это дом Изиды, — ответил ему Кеельсее, щеки которого от волнения заалели. Ещё несколько мгновений, и он увидит женщину, которую не видел не одну тысячу лет и в которую, чего уж греха таить, когда-то был влюблён.

Длинная базальтовая лестница, аркоподобные, украшенные искусной чеканкой ворота. Кеельсее толкнул одну из створок, и гости проникли внутрь. Их взорам предстал небольшой зал, пройдя через который, они очутились в следующем, потом ещё в одном. И вот наконец она!

— Изида! — негромко воскликнул Кеельсее.

Сидевшая за столом миниатюрная женщина повернула голову, и выразительные миндалевидные глаза её раскрылись от изумления.

— Кеельсее?

— Изида! — повторил Посвящённый и, раскинув руки, бросился к своей бывшей возлюбленной.

— Осторожно! — закричал Арий, но Кеельсее не внял его упреждению. Он обнял Изиду, крепко прижав к груди, и целовал, целовал, целовал пахнущие дурманящим ароматом волосы и гладил, гладил, гладил ладонью тонкое, строгое, столь дорогое лицо.

— Изида…

— Это артефакт! — закричал Арий, приблизившийся вплотную. Тут он увидел висевший на шее Изиды камень. — Вот он!

Не говоря лишних слов, зрентшианец сорвал камень с хрупкой шеи Изиды. И в тот же миг…

Трудно сказать, что случилось в тот миг. Нет, не сверкнула молния, и резкий грохот не разорвал настороженную тишину замка. И не было ни свечения, ни таинственного тумана, ни блуждающих огоньков, ни дикого скрежета или жуткого воя. Просто Изида вдруг исчезла, а Арий страшно завыл от боли.

Камень в его руке налился малиновым блеском. И тщетно Арий пытался отшвырнуть его прочь. Камень пылал всё ярче и ярче, заставляя зрентшианца извиваться от боли. Кеельсее, в ошеломлении отступив, наблюдал за происходящим, ничем не пытаясь помочь — было нечем.

А потом камень исчез, словно впитавшись в поры кожи зрентшианца. Арий кулём осел на пол, лицо его было серо. Именно в этот миг объявилась Леда.

Она вошла, озарённая неземным светом, кожа и волосы её источали дурманящий аромат, на лице была улыбка — обворожительная и ликующая.

— Привет, Кеельсее! — бросила Леда. Посвящённый осторожно кивнул. Леда перевела взор на Ария. — Привет и тебе, братец. Разве я не предупреждала тебя, что третья наша встреча будет для тебя последней? Ты решил не поверить мне, и теперь твоя жизнь завершена!

— Шлюха, дочь шлюхи! — прохрипел Арий, тщетно пытаясь подняться.

— Не согласна с первым, не уверена во втором! — Она встала напротив Ария и с брезгливостью на него взирала. — Неблагодарный ублюдок! Будь