Фантастика 2026-168 - Светлана Волкова

стал понятна цель двуногих. От лошадей им нужна была «работа» — возить на себе двуногих или их «вещи». Мушкила видел лошадей, которые таскали за собой повозки. Он даже удивился в первый раз, что лошадь довольно легко тянет за собой сухое дерево, но через некоторое время пришло понимание: это очередная «вещь» двуногих, которую они кричат «повозкой». На ней лошадь может везти столько вещей, сколько ни за что не утащит на спине.

Сам Мушкила к такому относился крайне негативно. Вкус одного из «камней» в его голове подсказывал, что такая участь предстоит и ему. Теперь-то он понимал эти игры двуногих с накидыванием на его голову и сованием в рот несъедобных «вещей». Мушкила не желал такой «несвободы» и жизни по прихоти двуногих. «Камень» выплюнул твёрдую крупицу смысла, которую Мушкила не понял сразу: «раб». Но, что удивительно, она не потерялась, а когда понадобилась, раскрылся и смысл. Сначала Мушкила заметил аналогии в стае двуногих с табуном, выделил вожака. Стал различать кобыл… пока не знал, как по-другому «кричать» кобыл двуногих. Потом он заметил трёх двуногих, которые были как бы «двуногими лошадьми» для остальных двуногих. Они носили вещи за другими двуногими и по их желаниям или крику. Однажды вожак двуногих, будучи недовольным поведением «двуногой лошади», побил его. Он кричал ему… Слово. Вот раскрылась ещё одна крупица — крики двуногих состоят из Слов. Он кричал ему «раб». Раб! Камешек мысли распался на мелкие кусочки, раскрывая главный смысл. Он — раб! Волки вонючие!

Тогда Мушкила сбежал в первый раз. Но на свободе ему не понравилось. Одинокий гордый конь просто притягивал к себе хищников. Инстинкты подсказывали ему, что нужно стадо, но на свободе не было свободных табунов. При каждом были двуногие, которые сильно возбуждались и преследовали его. Насилу ушёл. Пару раз избежал волчьей охоты, пока не прибился к стаду антилоп. Антилопы к себе его близко не подпускали, и это привело к тому, что Мушкила стал целью охоты Ужасного Ужаса. Он даже не заметил его до того, как Ужас бросился на него, пасшегося с краю стада. Спас его прыжок назад-вбок, навстречу прыгнувшему Ужасу. Такого тот не ожидал, наоборот, заложив в свой прыжок упреждение в расчете на то, что жертва бросится от него или вперёд. Как он догадался? Мушкила сам не понимал, что его подтолкнуло поступить именно так. Его разрывало двойственное чувство. С одной стороны, ужас до дрожи, а с другой — острое желание ткнуть в Ужас палкой, которые носили с собой двуногие. Мушкила впервые позавидовал несуразным верхним ногам двуногих.

Это стало последней каплей, от которой нагулявшийся Мушкила с трясущимися коленками побежал к «родному» стойбищу двуногих. Приняли как родного, и Мушкила ощутил, что даже рад вернуться. Жизнь на свободе оказалось совсем не интересной и гораздо опасней, чем в стойбище. И менее сытной, кстати.

Только вот его первое время стали держать в загоне. Поэтому Мушкила его сломал. Просто подавил полдня на опорный столб плечом и, в конце концов, завалил его вместе с ограждением на землю. Это знание он почерпнул из очередного малого камушка. Но сбегать не стал, а стал бродить по стойбищу. Вот тогда Мушкила в первый раз схлопотал палкой по спине, когда возмущённый двуногий пришёл возвращать его в загон, чего делать Мушкила не собирался.

«Я — не раб!», — возмутился жеребец и погнался за обидчиком. Мушкила уже разбирался, кого могут бить палками двуногие. Никого, кроме своих двуногих работ и других животных вроде овец. Овец он тоже не считал за ровню коням, они тупые и маленькие. А вот за пренебрежительное отношение двуногого следовало наказать. «Камни» подсказывали ему об этом, иначе так и повадятся бить палкой и ездить сверху, свесившись ногами.

Двуногий оказался опытным, отделался не фатальным для здоровья пинком передним копытом, когда перекатом ускользнул под повозку.

После того случая его в первый раз назвали Мушкилой, а потом ругательство стало его кличкой. Преимущественно за непослушание, укусы и пять обрушенных опорных столбов.

Всякий раз, когда он видел своего обидчика, кличка которого в стае двуногих была Махфуд, у Мушкилы чесалась спина и отвисала от обиды нижняя губа. Но Махфуд оказался ему не по зубам. Лишь один раз Мушкиле удалось его подловить и укусить за плечо и то, потому что он стоял по другую сторону забора и считал себя в безопасности. В другой раз Мушкила подловил Махфуда на улице стойбища, у хижин. Намерения Мушкилы были просты, с волками нужно поступать по-волчьи, то есть убивать. Есть двуногого он не собирался. Пробовал он есть мышей. Так себе еда, много не съешь. Двуногого он намеревался растоптать копытами, но у Махфуда в руках оказалась палка с непростым концом, которую он выставил по направлению к Мушкиле.

«Копьё», — горький вкус растворившегося камешка в голове коня дал ему знание, что держаться от блестящего острого конца нужно подальше. Желательно на длину палки и короткой верхней ноги двуногого.

Махфуд тоже понял, что конь копья опасается, и с тех пор он стал неразлучным со своим копьём даже в селении, а за Мушкилой окончательно закрепилась его кличка.

С Мушкилой постоянно играли пара двуногих, с которыми жеребцу было весело и интересно. Он знал их клички: Тарик и Юсуф. Мушкила заигрывался с ними и лишь время от времени прозревал, ощущая горький вкус камней в своей голове, когда на нём оказывалась то уздечка, то попона, то седло. Кстати, против попоны Мушкила ничего не имел, ему нравилось.

Но дружбе с Тариком и Юсуфом однажды пришёл конец. Махфуд повадился приходить, когда Тарик или Юсуф возились с Мушкилой. Он даже пытался его подкупить вкусняшками, но Мушкила был злопамятным и ничего от Махфуда не брал. Лишь однажды сделал вид, что потянулся, но Махфуд бдительности не терял и разгадал его хитрость. Тем не менее Махфуд приходил часто, и Мушкила постепенно привык к его присутствию поблизости. Даже научился его игнорировать.

Видимо, такой хитрый план и вынашивали двуногие. Эти предатели, Тарик с Юсуфом, во время игр накинули уздечку и седло на Мушкилу, а он как обычный двухлеток так ничего не понял, пока на него не взлетел верхом Махфуд.

Мушкила взбесился. Он ещё удивлялся, как другие кони в таких случаях не могут справиться с двуногими? Ситуации с объездкой он наблюдал многократно. Оказалось, что непросто справиться с двуногим. Во-первых, тяжело и инстинкты заставляли коня балансировать с грузом на спине, предостерегая от падения. Во-вторых, сам двуногий держался крепко и тоже как