Пожар войны - Мстислав Константинович Коган

— Прошу простить мне моё невежество, — продолжал тем временем сир неспешный, — Но к моему глубочайшему сожалению, относительно северных порядков в моей эрудиции имеется пробел. Кажется у вас принято…

— Жать друг другу руки, — закончил за него я и улыбнулся. Улыбнулся, забыв о перебитом нерве. По щеке тут же начала расползаться тянущая тупая боль. Неправильно сросшиеся мышцы задёргались, натягивая на себя зарубцевавшуюся кожу и превращая улыбку в жуткий оскал.

Сир Айран попятился. Со стороны это выглядело так, будто бы он просто переступил с ноги на ногу, но я заметил, как он едва заметно отступил назад. А ещё я почувствовал. Буквально кожей почувствовал то, что у него пряталось под этой маской лёгкого пренебрежения. Старое, очень хорошо знакомое чувство. Настолько простое, понятное и повседневное… Будто бы встретил старого друга в толпе незнакомцев. Страх. Он очень умело его скрывал, за своей витиеватой болтовнёй и притворными улыбочками. И всё же он меня боялся.

На мгновение мне захотелось ещё раз улыбнуться. Впрочем, из-за спазмирующей щеки это всё равно бы не получилось, так что пришлось проделать фокус лишь мысленно. И всё-же… Теперь мне было с чем работать!

— Прошу прощения, если вдруг напугал, — бросил я, осторожно разминая мышцы щеки, — Старая боевая травма, ничего особенного.

— О, должно быть за ней стоит чрезвычайно увлекательная история, — Айран быстро пришёл в себя и всё-таки протянул мне руку, — Достойная, по меньшей мере, хорошего романа. Смею надеяться, вы ей поделитесь, после того, как я представлю вас своим знакомым.

Ага. Точно. Увлекательная. Охуенно увлекательная история о том, как мне пришлось убить того, кто несколько раз спас мне жизнь и кого я, пусть и с натяжкой, мог назвать своим другом. Увлекательнее, сука, не придумаешь.

Вслух я этого естественно не сказал. Лишь вежливо кивнул и пожал протянутую мне руку. На этот раз болезненная судорога пробежала уже по лицу сира Айрана. Задержалась там всего на мгновение. Но и этого хватило, чтобы стереть с него презрительно-вежливую улыбочку. Ей на смену пришло лёгкое удивление, из-за спины которого выглядывал мой старый знакомый. Он немного помедлил, а затем осторожно потряс в воздухе кистью, одетой в изящную белую перчатку.

— Однако хватка у вас поистине медвежья, — он на мгновение замялся, осторожно шевеля пальцами, — А ведь глядя на вас, так и не скажешь…

Сир Айран и правда был выше меня почти на голову и немного шире в плечах. Что лишь добавляло ситуации неловкой комичности. Но я не стал заострять на этом внимание. В конце-концов сир Неспешный мне всё ещё был нужен для того, чтобы влиться в местное общество. И я собирался использовать его по полной программе. Тем более, что он сам это предложил.

Единственным непонятным для меня моментом оставался его собственный интерес в этом деле. Вводя меня в круг своих приятелей он делает это зачем? Хочет как-то использовать? Вряд ли у него это выйдет. Мы просто слишком мало знакомы. Возможно, хотел развеять их скуку, приведя в кампанию дурачка, над которым можно всем вместе подшутить и посмеяться? В процессе общения понял, что идея неудачная, но теперь уже не может сдать назад? Или проиграл какое-то пари? Хрен его знает. Чтобы понимать такие тонкости, нужно некоторое время повариться в этом их придворном котле. Но, поскольку времени у меня на это попросту нет, придётся изворачиваться и менять правила боя под свои сильные стороны. Благо, как минимум один из инструментов я уже нащупал.

— Что ж, — он подошёл ко мне и пытаясь изобразить этакий дружеский жест, осторожно приобнял меня за плечо. Внешне рыцарь казался спокойным, однако я чувствовал как нервно подрагивает его ладонь от каждого моего движения, — Не будем стоять посреди прохода. Идёмте, я представлю вас своим добрым друзьям.

Я ничего ему не ответил. Лишь молча кивнул и неспешно пошёл рядом. Чем тут же вызвал на лице своего собеседника страдальческое выражение.

— Вот уж воистину правы были те, кто говорил, что северяне — народ крайне немногословный, — бросил он, с нотками притворной обиды в голосе, — Неужто вы не скрасите наше небольшое путешествие какой-нибудь увлекательной историей.

— Хм… — я на мгновение завис, пытаясь понять, что этот хрен от меня хочет. Откровенно говоря, болтать попусту и правда не особо хотелось. Правда виной тому было не северное происхождение, а банальное отвращение к собравшейся тут публике, которое мне приходилось постоянно в себе подавлять. А ещё от долгого чесания языком начинала болеть искалеченная щека.

Однако мой новый «приятель» так просто сдаваться не желал. Поняв, что прозвучавшим вопросом кроме этого самого «хм», он от меня ничего больше не добьётся, сир Айран зашёл с другого конца.

— Вот например, вы упомянули, что родом ещё не успели обзавестись. Однако же титул у вас имеется, как и протекция нашего доброго друга Байрана Де Груссо. Выходит раньше вы были простолюдином?

— Угу, — кивнул я. И снова замолчал, пристально наблюдая за реакцией своего собеседника. И не зря. На короткий миг на его лице вновь отразилась целая плеяда эмоций. Злость, разочарование, брезгливость и… непонимание. Похоже он снова пытался меня поддеть, а я опять не повелся. Более того, поставил его в неловкое положение, своим коротким ответом не дав наводок, в каком направлении копать дальше.

— Говорят нынче титул можно купить, — Айран покачал головой, и тут же скосил на меня свой взгляд, проверяя реакцию. Заденет или нет, — Но я твёрдо уверен, что это не ваш случай, — Ага, вот пошёл намёк на то, что я — нищеброд, по местным меркам. Отчасти, кстати, справедливый. Хоть в последнее время у отряда дела и шли неплохо, но вряд ли моё состояние могло сравниться с рыцарем, у которого во владении было несколько деревень.

— Полагаю, свой титул вы получили за какие-то выдающиеся заслуги, — мой собеседник закончил, наконец, свою многословную мысль и выжидающе уставился на меня. На его губах гуляла лёгкая усмешка. Мол, попробуй теперь отмолчаться. Впрочем, я отмалчиваться и не собирался.

— Оказался в нужное время в нужном месте, — я улыбнулся, и вернувшаяся судорога превратила мою улыбку в жуткий оскал, — И хорошо убивал нужных людей.

Теперь завис уже мой собеседник. Он наверняка ждал, что я сейчас начну похваляться подвигами, которые озвучил герольд или возражать ему, сочиняя сказки про знатных, но