Разъяренный дракон - Цинхань Цэцэ

Бруски разлетелись вдребезги, заодно выбив инкрустированную в окно слюду. Тонко обработанные и невероятно хрупкие прозрачные раковины с хрустом разлетелись во все стороны. Подошвы ног заныли от боли. А-Нань снова перевернулась в воздухе и приземлилась, носком коснувшись проваливающегося кирпичного пола, а затем снова оттолкнулась и с помощью браслета взлетела на балку.

– Это ты! – тихо донеслось из медной трубы.

Затем раздался шум, и на том конце все стихло.

У А-Нань внутри все похолодело. Фу Чжунь наверняка понял, кто находится в комнате.

Не ожидала она, что, с трудом вырвавшись из мастерской Чжоцяо единожды и снова проникнув сюда, опять угодит в его ловушку.

А-Нань прикинула время, за которое можно спуститься с верхнего этажа Башни Усмирения Ветра. Даже если наверху полно механизмов и Фу Чжуню придется обходить их, чтобы спуститься, у нее по спине все равно пробежал холодок – времени на побег осталось меньше половины кэ[52].

Она машинально оглядела комнату в поисках выхода, но не успела придумать, как преодолеть железные двери и ставни, как все вращающиеся на балках лезвия попадали на пол, а изорванный полог вдруг без всякого ветра заколыхался и взметнулся вверх.

А-Нань была настороже. Она быстро перевернулась, свесилась с балки вниз головой и увидела, что сверху опускается черное облако.

Что бы это ни было, она ни за что не даст ему до себя добраться. Но внизу, на кирпичном полу, – сплошные ловушки, стоит приземлиться, как ее затянет в смертоносный механизм.

Неужели остается только висеть в воздухе и ждать, пока Фу Чжунь явится и схватит ее?

А-Нань лихорадочно оглядывалась, обдумывая варианты, как вдруг раздалось несколько щелчков, и в темной комнате вдруг стало светло. Кто-то сорвал снаружи ставню, в которой она выбила дыру, осталась только железная решетка.

Свет из проема ворвался внутрь, заливая полумрак комнаты. В контражуре она увидела лицо Чжу Юйхэна. На фоне яркого дневного неба и пышных цветов его прекрасный профиль казался каким-то неземным, только подобные звездам глаза были осязаемы, они, казалось, смотрели ей в душу.

Он отбросил сорванную оконную раму, взглянул на нее, жалко болтающуюся в воздухе, и нахмурился:

– Быстрее, иди сюда.

– Не дотянусь, а еще Фу Чжунь сейчас явится, – горько усмехнулась А-Нань, указав наверх. – А ты зачем за мной пошел?

Чжу Юйхэн не ответил. Он взглянул на верхний этаж Башни Усмирения Ветра, прикинул время и вскочил на подоконник.

Ухватившись за угол карниза, он, напрягшись, изо всех сил пнул ногой железную решетку. Та была очень прочной, и, хотя прогнулась внутрь от удара, пробить ее не удалось.

– Так не получится. Надо выбить засов, на котором она держится, – сказала А-Нань, указывая на место соединения оконной рамы со стеной.

Взгляд и рука Чжу Юйхэна одновременно скользнули вниз и точно нашли вмурованный в стену железный стержень.

Он снял с окна резную накладку, острым краем поддел кладку вокруг стержня, обнажив место соединения, и попытался вытащить застрявший штырь. Однако железо проржавело за долгие годы, штырь намертво застрял в гнезде. К тому же они располагались вровень, никакого выступа, за который можно было бы зацепиться снаружи.

– В моем браслете есть пружина, – сказала А-Нань, видя, что ему не за что ухватиться.

Чжу Юйхэн сразу понял, что девушка имеет в виду, но она сейчас висела в воздухе с помощью этого браслета и никак не могла перебросить его юноше. Подумав еще мгновение, Чжу Юйхэн перевел взгляд на зыбкие кирпичи пола.

– Приземляйся. Я помогу тебе пройти.

– А-Янь, ты знаешь, что там такое? – посмотрев вниз, вздохнула А-Нань. – Под кирпичами спрятан механизм, в ключевых точках используется упругий китовый ус, чтобы создать подвижность во всех направлениях. Он невероятно гибкий, направление поворота невозможно угадать…

– Мне хватит звука и шороха, – голос Чжу Юйхэна был тих, но полон уверенности.

Видя его уверенность, А-Нань больше не стала спорить, без колебаний свернула Сияющий луч и приземлилась на кирпичный пол.

Едва ноги коснулись пола, как она ушла в пустоту. Собрав последние силы, А-Нань резко подпрыгнула и правой рукой вцепилась в этажерку с ячейками, чтобы ее не затянуло в крутящуюся ловушку. Повиснув на качающейся этажерке, она изо всех сил подняла свободную руку, нажала на защелку браслета, сняла его и бросила в окно Чжу Юйхэну.

От резкого движения рукой и без того шаткая этажерка наконец рухнула. А-Нань оттолкнулась ногами от падающего стеллажа и, рискуя всем, перелетела на другую этажерку. Раздался пронзительный треск – этажерка позади разлетелась вдребезги, обломки дерева рухнули вниз, где их перемололо в щепки. Колеблющиеся кирпичи перевернулись и снова замерли в зыбком равновесии, поджидая следующую жертву.

– А-Янь, быстрее… – А-Нань стояла на готовой вот-вот рухнуть этажерке и смотрела на Чжу Юйхэна. – Сдвинь агатовую пластинку до второй орхидеи и нажми – откроется!

Он сжал брошенный ею браслет, выполнив все указанные действия. Браслет со щелчком раскрылся в форме дуги, явив взору множество компактно расположенных деталей. Как и в той атласной стрекозе, эти стальные механизмики были крошечными, но выполнены невероятно искусно.

Разглядывать было некогда. Чжу Юйхэн вытащил храповик, снял придавленную под ним стальную пружину, засунул ее под нижнюю часть засова, глубоко вздохнул, сильно растянул и отпустил, позволив ей с силой ударить вверх.

Раздался резкий металлический звон – энергия отдачи пружины была чудовищна. Ржавый железный штырь, дрогнув, выскочил наружу. Чжу Юйхэн немедленно ухватился за выступивший конец и, прилагая все силы, вытащил его. Затем повторил то же самое с верхним штырем.

Ситуация А-Нань была жуткой. Без браслета она больше не могла свободно выбирать точки опоры, а этажерка, за которую она держалась, под дрожью механизма все больше кренилась, грозя вот-вот утянуть вниз.

Когда Чжу Юйхэн наконец выбил окно, этажерка под ногами А-Нань с жутким скрежетом провалилась вниз.

– Прыгай! – услышала она голос Чжу Юйхэна.

Мозг еще не успел понять, куда прыгать, а тело уже сорвалось с рушащегося стеллажа и устремилось вперед по диагонали.

Под ногами разверзлась пустота.

На глазах у А-Нань кирпичи переворачивались. Без браслета и без опоры ей оставалось только наблюдать, как она падает прямо в эту безжалостную мясорубку.

«А-Янь, ты обманул меня! На этот раз мне точно конец!» – промелькнуло в голове.

Однако падения в механизм, который должен был перемолоть ее в порошок, не произошло. Там, где только что была пустота, вдруг возникла какая-то сила, подхватившая ее.

А-Нань едва удержалась на ногах, подняла глаза и увидела Чжу Юйхэна, стоящего на кирпичном полу напротив. Он жестом показал ей