Атланты 1-9 - Дмитрий Владимирович Колосов

Аскета гости застали врасплох. Он был настолько увлечён своим занятием — поеданием лапши с мясом, что не расслышал негромких звуков копыт. Скилл с брезгливой усмешкой рассматривал честолюбца, чей вид был донельзя нелеп — с раскрытым ртом, жирно блестящими губами, с миской в руке, из которой свисали упитанные черви белой лапши.

— Все хотят чистой, непорочной власти, — размеренно выговорил Скилл, — но не всегда достаёт воли отказаться от маленьких благ, даруемых суетным миром.

Только сейчас Аскет справился с замешательством. Быстрым движением он швырнул недоеденную миску в угол с хламом и вскочил. Глаза его метнули молнии, глас изливал гнев.

— Как посмел ты нарушить уединение отшельника, отринувшего мирские заботы и наслаждения?! Как осмелился ты нарушить покой того, кто алчет соединения с единственно чистым, что именуемо Сосредоточением?! Как… — Тут Аскет приметил за спиной Скилла ужасный лик Кали и осёкся. Физиономия его приняла испуганное и виноватое выражение.

— А вот так! — Скилл прошёл в хижину. — У меня к тебе дело, приятель.

— Я слушаю тебя, — вполне деловитым тоном ответил Аскет, косясь на Кали, оставшуюся у входа.

— Я ищу один камешек, у меня есть основания считать, что он у тебя. Если отдашь мне его по доброй воле, разойдёмся миром.

— Этот? — Аскет потянул безделушку, болтавшуюся на его груди. — Бери, он твой!

Скиф покачал головой.

— Нет, не этот. Мне нужен настоящий камень, обладающий силой.

Глазки Аскета суетливо забегали.

— У меня нет больше камней.

— Лжёт! — сказала Кали.

— Я не лгу! У меня больше ничего нет! — истерично закричал Аскет. — И вообще мне пора. Вы отвлекаете меня от моего дела! Я должен толочь воду в ступе!

— Успеешь! — отрезал Скилл. — Сначала — камень, потом — ступа. И не вздумай шутить со мной, я не в том настроении.

Аскет попятился и вдруг прыгнул прямо в стену своего жилища. Стена эта, как оказалось, была с секретом. Тощее тело Аскета пробило её, словно ядро, пущенное из пращи. Во все стороны брызнула пыль, перемешанная с ошмётками пересохшей глины. Скилл очутился в настоящем облаке этой пыли, когда ж она рассеялась, Аскета и след простыл.

— Ах ты тварь! — завопил Скилл, бросаясь следом...

Но тут скифу пришлось сделать ещё одно открытие. Если Аскет прошёл сквозь стену иголкой, то Скилл шмякнулся об неё перезрелым персиком. Охнув от боли, он поднялся и прыгнул вновь, но результат был тот же, а вернее — полное отсутствие оного.

— Всё не так просто, как кажется? — со смехом спросила Кали.

Не отвечая, Скилл бросился из хижины с твёрдым намерением поквитаться с тощим лгуном. Кали что-то кричала ему вслед. Кажется, «будь осторожней!», но скиф не слушал её. В груди клокотала злость, подобной которой наш герой не испытывал уже давно.

Скилл обежал дом и разглядел на мягкой земле отчётливый отпечаток узкой ноги беглеца. Судя по всему, Аскет рванул к ручью. Скилл бросился по его пятам. Бегал он хуже, чем стрелял, но побыстрее Аскета: верно, стрелять из лука всё же лучше, чем толочь воду в ступе. Скиф бежал, полагаясь больше на своё наитие, нежели на следы, какие мог оставить беглец. И Скилл не ошибся. Вскоре впереди, прямо у берега ручейка в переплетении стволов и ветвей мелькнул белый лоскут. Скилл удвоил усилия. Аскет расслышал его шаги и теперь мчался, как преследуемый лисой заяц, петляя между деревьями, словно это могло сбить преследователя.

Ещё прыжок, и Скилл настиг беглеца. Тот, вскрикнув, обернулся, в руке блеснул змеиным жалом нож.

— Эй, ты, брось! По-хорошему говорю…

Скиф не договорил, потому что Аскет бросился на него. В последний миг увернувшись, Скилл перехватил тощую руку и резко вывернул её вверх. Аскет дёрнулся и обмяк.

— Вот так-то лучше! — Подобрав выпавший из ладони Аскета нож, Скилл зашвырнул его в ручей. Потом он легонько пнул безвольно распростёршееся на земле тело. — Вставай! Хорош притворяться!

Аскет никак не отреагировал, и тогда Скилл перевернул его на спину. Лицо Аскета было искажено мучительной гримасой, на губах пузырилась розовая, с кровью пена. Ощущение силы, прежде исходившее от тщедушного тела, исчезло. Что за черт? Скиф осмотрел тело аскета и обнаружил царапину на его правом плече. Скилл не вытаскивал оружия, а это означало, что рану нанёс себе сам Аскет, когда скиф вывернул ему руку. Но рана была неглубока — крохотный порез. Яд! Нож был пропитан ядом.

Скилл ощутил, как по коже его побежали предательские мурашки. Та чудесная защита, которой он обладал, вряд ли спасла от яда.

— Ну и тип! — прошептал Скилл.

Назад, к хижине он вернулся с мешком в руке. Кали ожидала его, усевшись в тени пальмы.

— Ну как? — спросила она, видно, догадываясь, что произошло.

— Мёртв. Он имел при себе ядовитый ножичек, о какой и порезался.

Кали кивнула, словно предполагала, что так и должно было случиться. Она не поинтересовалась содержимым мешка Скилла, а вместо этого бросила:

— Я нашла его камень!

— Где?

Вместо ответа богиня протянула скифу кристалл, небольшой, не необычайно красивый — правильный октаэдр густого синего, почти фиолетового цвета.

— Красивая безделушка, но в ней нет силы. — Поймав брошенный ему камень, Скилл убедился в правоте слов Кали. Кристалл и вправду был мёртв. Должно быть, на лице его отразилось разочарование, потому что Кали усмехнулась. — Что будешь делать теперь? Отправишься восвояси?

Скиф медленно покачал головой.

— Хотел бы, да не могу. Если я не найду камень, мой мир ожидает печальная участь. Я должен что-то сделать! А значит… Значит, остаётся Равана!

— Но Равана — не Аскет! — напомнила Кали. — Тебе одному не совладать с ним. Даже если я решу помочь тебе, мы не справимся с ним и вдвоём. Здесь нужна сила многих, но не думаю, что Высочайшие пожелают ссориться с ракшасами.

Скилл подумал и кивнул.

— Согласен. Они предпочитают враждовать с теми, кто заведомо их слабее. Это безопасней. Но я знаю, кто согласится пойти со мной!

— Обезьяны? — с усмешкой протянула Кали.

— Они. Но не только. А что ты скажешь о Высших?

— Ты хочешь сказать — о высших, — поправила богиня. — С тех пор как они утратили власть, они утратили и право на заглавную букву.

— Так вот, я собираюсь вернуть им это право! Все вместе мы одолеем Равану!

— Любопытно, как ты всё это сделаешь, — задумчиво вымолвила Кали. Взгляд её был изучающ, словно она впервые видела Скилла.

— Сама увидишь. Покажи-ка мне дорогу к дворцу Брахмана!

Как и в первом случае, путь до Брахмана оказался недолог. Кали была непревзойдённой