Атланты 1-9 - Дмитрий Владимирович Колосов

— Ты с ними? — воскликнул он обращаясь к супруге, с усмешкой взиравшей на изумлённых Троих.

— Да, — подтвердила Кали. — Этот человек задумал хорошее дело. Мир Солнца нуждается в чистке. Большой чистке!

— Вот что я думаю! — Брама умиротворённо сложил на груди все свои четыре руки. — Не надо спешить с решением. Мы должны спокойно обсудить это. Но сначала следует освободить Брахмана, потом…

— Тебе некуда спешить, а мне есть куда! — отрезал Скилл, которому всё сильнее хотелось вернуться в мир лихих разбойничьих набегов, ночной степи и врагов, обладающих заурядной человеческой внешностью. — Если тебе не нравится мой план, твоё дело, но запомни одну простую истину: кто не с нами, тот против нас!

— Это угроза? — холодно спросил Брама, с неприязнью разглядывая дерзкого человека.

— А как сам ты считаешь?

Брама с достоинством кашлянул и умолк, изображая оскорблённую невинность. А Шива всё никак не мог прийти в себя от изумления.

— Ты, с ними?! — Кали молча кивнула. И тут Шива неожиданно расхохотался. — Вот здорово! Ай да кореш! Раз он сумел уболтать мою дорогую супругу, какую я и сам не могу убедить, значит, он задумал стоящее дело! Я иду с вами! Кореш, мои шула[6K71][6K72] и Брама астра в твоём распоряжении!

Напряжение, до того невидимым удушливым облаком стоявшее в зале рассеялось, словно по мановению волшебной палочки. Высшие разом заговорили, славя Шиву и призывая прочих Высочайших присоединиться к походу против ракшасов. Брама не заставил себя упрашивать. Он мыслил практично и понимал, какие выгоды таит план Скилла. К тому же теперь, когда Шива договорился с соперниками, неожиданно обрётшими силу, те стали слишком опасны. Брама понимал, что неровен час, и в деревеньке, окружённой со всех сторон колючей проволокой, может оказаться он.

— Ну что поделать?! — с добродушной миной воскликнул Владыка Сущего. — Я не могу быть против благого дела!

Брама с усмешечкой посмотрел на мрачного Вишну. Тот, оставшись без союзников, не мог боле противиться.

— Хорошо! — Вишну смачно сплюнул на мраморный пол. — Я с вами! Но учти, человечишка, я поквитаюсь с тобой!

— Учту! — пообещал Скилл.

Уже к вечеру боги были подле Леса обезьян, какие восторженно, со слезами радости на глазах, приветствовали своего возлюбленного Раму. Через день к лесу подтянулись дружины тридцати трёх раджей, поклоняющихся Высочайшим. Теперь можно было начинать штурм твердыни ракшасов…

Глава 14. Битва за Ланку

Слон Махападма воинственно трубил…

Войска шли на Ланку шестью колоннами. Три колонны — людей — вели Шива, Вишну и Индра. Вернувший силу Варуна вёл якшей, Кали — своих демониц-дакини. От Леса обезьян наступало грозное воинство Скилла: все обезьяны, начиная от гиганта Ханумана и кончая последней мартышкой, вышли на бой против заклятых врагов.

То было живописное зрелище. Блистали тысячи начищенных мелом шлемов, им вторили мириадами зайчиков доспехи, наконечники копий, обнажённые мечи. Грозной волною шли к стенам косматогривые якши, стройными, по-человечески строгими рядами шли обезьяны, облачённые, как и люди, в доспехи. Боги — и обрётшие силу, и сохранившие её — возглавляли атакующих во всём своём вышнем блеске.

Скакал на громадном быке Шива — прекрасноликий и синешеий. В одной руке его была шула, увенчанная полумесяцем и обвитая змеями, в другой — смертоносная Брама астра.

Неподалёку ехал Яма в новом пламенеющем платье. Скакуном Яме служил прекрасный огненный буйвол, а оружием — петля, какой бог смерти намеревался увлекать в ад грешные души ракшасов.

Другую колонну возглавлял Индра на своём любимом слоне Арвате. Грозный бог размахивал ваджрой, пред которой не могла устоять никакая броня.

Подле восседал на своей колеснице Брама, на всякий случай вооружившийся мечом, но пускать его в ход не намеревавшийся.

Дальше на гигантской птице Гаруде летел Вишну. Он был злобен и чёрен ликом, четыре руки Высочайшего были заняты луком, палицей и смертоносной чакрой. За Вишну спешили его верные телохранители — вселенский вепрь и человеколев, смутно напомнивший Скиллу Сфинкса.

Вишну сопутствовал Агни с факелом в руке. В качестве колесницы Агни использовал огненную повозку — гигантский язык пламени, то сокращающийся, то разливающийся на сотни шагов и выжигающий траву, так что за Агни тянулась широкая полоса дымящейся земли.

Кали избрала для боя гигантского тигра. Она была ослепительно ужасна, невольно можно было залюбоваться её бесстрастным устрашающим ликом.

Трёхногий, одноглазый Кубера вёл на бой таких же уродливых якшей, вышедших из подземелий на зов вернувшего власть господина. Якши не имели оружия, но зато несли с собой заступы. Они могли в мгновение ока подкопать любую стену или обрушить башню.

Из всех предводителей самое скромное впечатление оставлял Скилл, восседавший на Чёрном Ветре. Но зато по обе стороны от него шли Хануман и два десятка гигантских обезьян, нечто вроде гвардии, какой надлежало неотступно следовать за возлюбленным Рамой.

Одним словом, затевалось грандиозное действо, и ракшасы не подвели, не нарушили эту грандиозность, высыпав за стены Ланки всем своим неисчислимым воинством.

Они также разбились на полки под началом Раваны и его ближайших помощников. Сам повелитель ракшасов занял место в центре. Он облачился в роскошный доспех, скреплённый таким образом, что не ограничивал движений ракшаса, когда тот принимал иной облик. Рядом с Раваной был его сын Индражит, некогда одолевший в бою самого Индру. По правую руку встали Прахаста и Шука, по левую — Марича и неодолимый Рактавижда. Позади войска ракшасов колыхалось нечто такое огромное, чему Скилл даже не смог дать объяснения. Это была громадная, бесформенная туша, в сравнении с которой слон выглядел мышью, очутившейся рядом со слоном.

— Кубхакарна! — пояснил Хануман. — Брат Раваны. Он вечно спит, но если его разбудят, нам придётся туго!

— Будем надеяться, что не разбудят.

Войска сближались, в рядах уже раздавались воинственные кличи. Нетерпеливый Вишну бросил в атаку слонов и колесницы и сам, взвившись вверх на Гаруде, принялся осыпать врагов дождём стрел. Характер у карлика был скверный, но воевал он, надо отдать должное, не за страх, а за совесть.

В ответ ракшасы тоже натянули луки. Сражение началось.

Скилл полагал, что станет свидетелем боя, схожего с тем, что видел под Трипурой, но он ошибся. Равана был сторонником решительных действий, да и в союзном войске многие предпочитали перестрелке решительную рукопашную схватку.

Крыло, возглавляемое Рактавиждой, стремительно обрушилось на дружины Вишну и заставило их попятиться. Ракшасы, принявшие на случай боя самый выгодный для того многорукий облик, стреляли сразу из нескольких луков, а сблизившись вплотную, выхватывали мечи и пускали в ход копья. Один ракшас навязывал бой сразу десятку