Атланты 1-9 - Дмитрий Владимирович Колосов

— Ничего не поделать, тебе придётся съесть его.

— Его?! — Шива с ужасом уставился на равнину, посреди которой ворочалась, пожирая погибших, гигантская туша.

— Не сразу, но съесть!

— Решайся! — подбодрил Шиву Скилл. — Теперь всё зависит лишь от тебя.

— Я, конечно, люблю поесть, но… — заколебался Шива, а потом отчаянно махнул рукой. — Ладно, я готов. Буду пожирать этого ублюдка, пока не лопну.

— Тогда я возьму у тебя яд.

Брама извлёк откуда-то из одежд тонкую иголку и стеклянный пузырёк и подступил к Шиве. Тот побледнел, но послушно подставил шею. Оба глаза Шивы были закрыты, лишь третий пылал неугасимым огнём. Спустя несколько мгновений на донце пузырька оказалась крохотная ярко-синяя капелька.

— Отлично! — сказал Брама, довольный тем, что судьба битвы решается при его непосредственном участии. — Теперь надо придумать, как заставить Кубхакарну проглотить яд.

— Просто вылить его на землю, там, — предложил Сома, чей правый глаз совершенно заплыл от удара, нанесённого палицей ракшаса. — Он сожрёт эту землю и сдохнет.

— Но перед тем яд просочится в земные глубины и начнёт расползаться по миру! — язвительно возразил Брама, лучше прочих посвящённый в тонкости столь сложной темы, как отравительство. — И тогда его уже точно не остановить! Так не пойдёт!

— Яд принесёт стрела! — сказал Скилл.

— Это — лучший выход! — поддержал бледный, как полотно, Шива, всё ещё прижимавший громадную ручищу к ранке на шее.

— Но кто пустит стрелу? — Вишну с вызовом посмотрел на Скилла.

— Кто угодно. Хотя бы ты.

Карлик ухмыльнулся, давая понять, что доволен тем, что Скилл признал его первенство в искусстве владения луком. Но тут заговорили сразу несколько богов: Индра, Шива, Сома.

— Вишну, конечно, стреляет лучше всех нас, но он потерпел поражение от этого лучника! — сказал Шива.

— Мы не можем довериться Губителю Мадху! — поддержал Индра. — Он слишком много о себе мнит, но его рука в решительный момент может дрогнуть.

— Его лицо чёрно от гнева! — вставил Сома. — А гневливые подвластны эмоциям и не могут владеть собой.

— Да я спокойнее всех вас вместе взятых! — завизжал Вишну, чем вызвал лишь смех.

— Да, мы видим, какой ты спокойный! — согласился Брама. — Может быть, ты, Шива, сам сделаешь это?

Гигант с сомнением покачал головой.

— Я не уверен в себе. Особенно после того, как ты взял яд. Я думаю, лучше всех с этим делом справится мой кореш — человек.

Шива с подчёркнутым уважением склонил голову перед Скиллом. То же самое проделал Индра, а следом и Сома с Варуной, Куберой и Ямой. Вишну яростно засопел и отвернулся, а Браме не оставалось ничего иного, как кивнуть.

— Будь по-вашему, поручим это дело ему. Но знай, чужеземец, ты должен наколоть яд на острие стрелы и тут же пустить её. Всё это должно занять долю мгновения. В противном случае яд разъест сталь наконечника и упадёт на землю. И тогда нашему миру несдобровать, или Шиве придётся съесть всю землю окрест и сделать это с невероятной быстротой, иначе яд погубит Мир Солнца.

Скилл кивнул. Он понимал всю сложность задачи и был сосредоточен. Осмотрев стрелы, он выбрал лучшую из них, после чего легко вспрыгнул в седло. Брама осторожно подал скифу склянку с ядом.

— Будь точен и помни, что выстрел должен быть стремительным, в противном случае яд разъест железо и отравит мир! — напутствовал он.

Скиф вновь кивнул. Сопровождаемый возгласами богов, Скилл направил коня туда, где ворочалась гигантская туша монстра.

К тому времени чудовищный ракшас почти начисто подмёл поле битвы, отправив в бездонное брюхо горы трупов, оружие — всё это вместе с целыми холмами земли, а также тех неудачников из обеих армий, что не успели вовремя ретироваться от прожорливого чудовища. Ревя, Кубхакарна поглощал последние следы сражения, когда вдруг узрел перед собой скачущего во весь опор всадника.

Ракшас насторожился. Его убогий ум всё же смог осознать, что человек, ничтожный в сравнении с ним, может представлять угрозу, раз он так дерзко бросает вызов. Кубхакарна даже чуть попятился, но потом опомнился. Ему ли, одним куском глотающему целых слонов, бояться какого-то муравья?! Взревев, Кубхакарна устремился навстречу Скиллу.

Двигался он неторопливо относительно своей громадной комплекции, но скифу почудилось, что на него стремительно летит гора, которая вот-вот раздавит и человека и коня, не оставив даже воспоминания. Заволновался и Чёрный Ветер, совершенно не понимающий, зачем нужно скакать к тому, что приближается к тебе с ещё большей скоростью. Конь начал понемножку осаживать, и тогда Скилл ударил его плетью, чего не делал никогда. Оскорблённо всхрапнув, Чёрный Ветер закусил удила и бросился в бой.

Туша Кубхакарны стала столь огромной, что поглотила половину горизонта, заслонив золотые купола Ланки. Пора! Резким движением сунув стрелу в склянку, Скилл моментально приладил её к тетиве и разжал пальцы. Он не промахнулся, ибо не имел на это права. Описав стремительную дугу, стрела вонзилась темнёхонько в глаз ракшаса.

В первый миг Кубхакарна не понял, что же случилось. Он ощутил боль — несильную, словно от укуса — боль, вызывающую ярость. Ревя так, что дрожала земля, ракшас устремился за человеком, который повернул коня и скакал прочь, к лесу. Он бежал столь быстро, что казалось, вот-вот и гигантская лапа расплющит дерзкую тварь. Но… Мышцы гиганта вдруг ощутили страшную слабость. Конечности ракшаса подломились, и он с размаху рухнул на землю. Вызывающее ужас гигантское тело пару раз дёрнулось и окаменело. В тот же миг Скилл ощутил, как его тело приняло в себя некую силу, буквально налившую члены.

Над полем битвы пронёсся дружный вопль-крик. Кричали от восторга боги, люди и обезьяны, горестный вопль издали ракшасы. Скилл подскакал к холму, приветствуемый ликующими криками.

— Нельзя дать им опомниться! — бросил он. — Возобновляйте битву! Пусть дружины людей и боги ударят в фронт ракшасов, а Хануман зайдёт с тыла. Обезьяны запалят Ланку, и тогда ракшасы дрогнут!

Растекающиеся ослепительно сверкающими языками, колонны воинов устремились на битву. Они огибали гигантскую тушу Кубхакарны и шли к стенам, где Равана, поколебленный, но непобеждённый, выравнивал ряды своих воинов.

— Ничего! — кричал повелитель ракшасов. — Наш брат сделал своё дело, погубив стольких врагов, что оставшимся уже не одолеть нас. Осталось лишь раздавить тех немногих, что ещё дерзают поднять руку на ракшасов. Зато будет много мяса, я дарую вам тела наших врагов!

Равана взмыл вверх, принявшись пускать стрелы сразу из многих луков. Дружным рёвом ответствуя повелителю, ракшасы бросились навстречу врагам. Завязалась битва, ещё более упорная, чем поначалу. Теперь противники не полагались более на стрельбу из луков, а сходились врукопашную. Новые сотни тел испятнали землю. И