Белый ликорис в Долине бессмертных. Том 2 - Шуан Мэйхуа

Ю Гай опустил голову, и челка прикрыла его взгляд серой тенью. Его плечи задрожали, но уже не от плача, а от смеха. Ю Чжэнхай посмотрел на него, не понимая, что стало причиной смены поведения. Лань Шицан послушно отвел лезвие от горла юноши, а после стал позади него, проговорив:

– Хозяин.

Все в комнате застыли в оцепенении. Ю Гай же отреагировал на выражение на лице своего отца мягкой улыбкой.

– Как?

Ю Гай спокойно ответил:

– Ну, для этого п-потребовалось довольно м-много времени. Н-но у меня все п-получилось. П-правда, мне п-помогли. Имя Чжоу Лань в-вам никого не н-напоминает?

– Чжоу Лань? – Император натянул фальшивую улыбку и помахал головой. – Неееет… Зачем ей это делать?! Она бы не посмела. Убив меня, ты что, удумал занять мое место? Думаешь, народ примет инвалида вроде тебя, как своего правителя и защитника? Не смеши меня, Ю Гай. Или ты собрался на трон усадить щенка этого демона, что стоит позади тебя?

– Вы дважды не уг-гадали, отец. Ваш трон з-займет самый достойный из н-нас, а именно – Ю Байху. На Ю Вэйюаня у м-меня другие планы.

Император усмехнулся, отчего кровь из раны начала сочиться еще сильнее.

– Ты глупец, что ли? Проделал такой путь, чтобы уступить трон тому, по чьей вине стал калекой? Это вид благородства такой? Или все от тупости?

Ю Гай нахмурился:

– На это е-есть ин-ные причины. Да и мне никогда не хот-телось становиться им-м-ператором.

Ю Гай посмотрел на Лань Шицана, и тот подошел к Сыну Неба. Ю Чжэнхай не сдержался и плюнул ему в лицо:

– Мерзавец… Он ведь не живой. Гнилой труп без собственной воли. Ты проклинаешь весь род, связывая себя этим. Культивировать нечто подобное равносильно навлечь на себя кару Небес.

– М-мы мож-ем это проверить. На воссоздание этого т-тела ушло очень много в-времени и сил. Д-да и никак-ких кар н-небесных я не боюсь. – Ю Гай позвал свою любимую игрушку: – Лань Шицан.

Тот сразу отозвался:

– Да, хозяин.

– Сделаю т-тебе небольшой подарок, раз уж сегодня т-такой важный день для всех. Как бы ты х-хотел избавиться от человека, который насиловал т-твою беременную возлюбленную, а до этого, в-воспользовавшись т-твоим изуродованным т-трупом, поймал в ловушку твоего названого отца и убил. А, и пока не забыл, еще зал-лил ваши трупы медью и хранил т-так девятнадцать лет на всеобщем обозрении. – Ю Гаю приходилось часто делать паузы из-за заикания. Особенно когда от перевозбуждения его сердце начинало биться чаще и дыхание учащалось.

Лань Шицан молчал какое-то время. Он резко изменился в лице, казалось, на нем промелькнули живые эмоции, свойственные человеку. Он сжал рукоять меча, а после тихо проговорил:

– Линчевать.

– Что ж, – усмехнулся Ю Гай. – М-можешь приступать.

Над императором тут же навис меч демона. Ю Чжэнхай вскрикнул от боли, когда Лань Шицан начал исполнять приказ. Лекари и Ю Гай молча наблюдали за происходящим, однако последний не переставал улыбаться, в отличие от врачевателей, которые не знали, куда деться от страха. Пока император еще не успел потерять сознание, Ю Гай посетовал:

– К-кстати, хочу вам раскрыть одну т-тайну, перед смертью. В отличие от моей п-почившей тетушки Чжоу Линь, моя мать вам не изменяла. Даже к-когда осознала, что в-вы бесплодны, Ваше Имп-ператорское В-величество. Она продолжала искать способ, ч-чтобы р-родить именно от в-вас наследника и п-продолжить императорский род, а не выдавать с-своих нагулявших д-детей за ваших. Но в-вы отвернулись от ед-динственного сына – меня, называя бесполезным куском мяса. А ведь этот бесполезный кусок мяса – единственный ваш родной сын.

– Что ты такое говоришь! Это неправда!

– Это правда. Как в-вы сказали? То, что у меня между ног член, не делает меня мужчиной. Т-так и тот факт, что в-ваш ч-член встает, не делает ваше с-семя годным для использования. Вы т-такой же никчемный к-кусок мяса, как и я, отец.

Лань Шицан пронзил императора мечом, прибив к стене. Его взгляд был холоден и бесстрастен. Усмирив кашель, Ю Чжэнхай оскалил зубы, на которых уже виднелись кровавые разводы от подступившей к горлу крови.

– Это неправда! Это ложь! – Белки глаз императора покраснели. Мысли путались. Когда он увидел лицо Лань Шицана перед собой, то не стал сдерживаться. До последнего пытаясь сохранить свое лицо. – И под такого урода легла эта тупая шлюха? Омерзительно.

– О-отец, у вас, по в-всей видимости, еще и плохо со зрением. Р-разве можно назвать Лань Шицана ур-родливым? П-пусть он д-демон и оживший т-труп, но его лицо п-поистине не уродливо.

Лань Шицан протянул руку, и на его ладони появился маленький белый паук. Он спрыгнул, протянув от ладони демона до пола тонкую нить. Когда паук начал взбираться по ноге императора, тот захотел сбросить его, однако любое движение приносило невыносимую боль, даже попытка сделать глубокий вздох. Прозрачными мелкими лапками маленькое насекомое обвило паутиной тело императора, а после, по указу Лань Шицана, начало медленно натягивать нити, одну за другой. Они прорезали плоть до самой кости. Снова и снова.

Лекари, молчавшие все это время, пали на колени, прося пощады для Сына Неба:

– Смилуйтесь…

Однако Ю Гай наградил врачевателей холодным взглядом:

– Будете в-вмешиваться – следующими на о-очереди будете в-вы. К тому ж-же, – посмотрев на Лань Шицана, Ю Гай тяжело вздохнул, – когда з-закончим здесь, подлатайте его как следует.

Император закричал во все горло:

– Этого не может быть. Я не умру вот так! Вы пожалеете об этом. Мы обязательно встретимся в Диюе, и я буду смотреть, как вы заживо сгораете в судном огне! Ты, твой брат, твоя сестра и этот омерзительный гаденыш, которого я прикормил своей рукой!

Лань Шицан кромсал его, снова и снова. На лице демона не дрогнул ни один мускул. Он выглядел сосредоточенно и бесстрастно. Медленно прорезая каждый цунь на теле императора. Эта пытка затянулась настолько долго, что Ю Гай, устав наблюдать за этим, медленным шагом, прихрамывая, направился к выходу, напомнив лекарям о том, чтобы, как только демон закончит, те обратили на него внимание и привели в порядок.

Он спросил у Лань Шицана:

– К-кто тебя так покромсал?

Лань Шицан холодно ответил, наблюдая за тем, как маленькое насекомое протягивает нить через кожу, медленно снимая ее с мяса еще живого императора.

– Какой-то демон. Он был с Ю Вэйюанем, когда я на них напал.

Ю Гай нахмурился, но решил разобраться с этим позже.

– Ладно. К-как з-закончишь, можешь съесть его д-душу. Если, к-конечно, не брезгуешь. Т-так твои р-раны затянутся быстрее.

– Ю Гай! Будь ты проклят!

С диким ревом прорычал император,